Аманда Левквист

Ведущая петербургского часа программы "Liberty Live" Ольга Писпанен: 14 марта в Петербурге пройдет сразу пять избирательных кампаний одновременно: президентские выборы, довыборы депутата Государственной Думы, дополнительные выборы в Законодательное собрание города, а также выборы муниципальных советов. Как сообщил председатель Центризбиркома Александр Вешняков, за выборами будут наблюдать 600 международных наблюдателей из 40 стран мира. Сегодня в петербургской студии Радио Свобода международный наблюдатель от шведского международного Либерального центра и организации "Молодая Европа" Аманда Левквист.

Давайте сначала послушаем репортаж на тему, которую мы будем обсуждать. Городская избирательная комиссия Санкт-Петербурга отрапортовала о полной готовности к выборам президента России. Независимые наблюдатели указывают на многочисленные нарушения выборного законодательства. Рассказывает Дмитрий Казнин:

Дмитрий Казнин: Тем, кто впервые придет на выборы, будут вручаться значки с фразой "Я выбирал президента", их изготовлено 10 тысяч штук. Кроме того, администрация города решила установить на каждом участке ящики для писем губернатору Петербурга, куда пришедшие проголосовать заодно смогут опустить свое обращение к Валентине Матвиенко. Более всего, как считает политолог Борис Вишневский, на предстоящих выборах власть боится низкой явки, поэтому задействует всю мощь административного ресурса.

Борис Вишневский: Есть анекдотический случай, когда во Фрунзенском районе глава администрации просто рассылает письмо по управлениям жилищно-строительных кооперативов, где написано - вот, извольте представить план мероприятий по обеспечению явки избирателей, ваша работа должна привести к тому, что явка будет не менее 70 процентов, в зависимости от результатов будет дана оценка вашей деятельности. Дальше в течение последнего месяца идут постоянные "накачки" во всех районных администрациях, куда вызывают руководителей всех подведомственных учреждений, главным образом это бюджетники, и объясняют им, что нужно обеспечить такой-то процент. Все это происходит в такой грубой и циничной форме. Никто ничего не стесняется абсолютно. Администрация прекрасно понимает, что действует незаконно, но так же понимает, что никакому наказанию она не подвергнется, потому что и администрации, и избиркомы, и прокуратура, и милиция, и, к сожалению, суд в данной конкретной обстановке - подотделы избирательного штаба Владимира Владимировича Путина.

Дмитрий Казнин: В СИЗО Петербурга и Ленобласти не принимают задержанных, пока они не заполнят бланк с доверенностью на получение открепительного талона на избирательном участке. Все силы брошены на обеспечение высокой явки. Все это, по словам политолога Бориса Вишневского, напоминает времена 20-летней давности:

Борис Вишневский: Некоторые термины заменены на другие. Был ЦК КПСС, стала президентская администрация. Была КПСС, стала "Единая Россия". Был генеральный секретарь, стал президент. А методы те же, и отношение общества к ним похожее. Ведь все, что творится, все эти безобразия не вызывают никаких массовых протестов.

Дмитрий Казнин: В преддверии выборов ходит много слухов о возможных массовых фальсификациях. Например, в некоторых округах якобы активно составляются новые списки избирателей, общее число которых намного меньше их истинного количества. А если вас при попытке голосовать не окажется в списках, то ваши данные впишут и дадут возможность опустить бюллетень в урну, но при этом на результатах голосования это никак не скажется.

Ольга Писпанен: Аманда, с какого момента начинают работать международные наблюдатели? Вы начинаете фиксировать нарушения непосредственно в день выборов, либо задолго до выборов наблюдаете, как проходит предвыборная гонка?

Аманда Левквист: Я здесь с группой из Белоруссии, Украины и Швеции, и мы работаем только в день выборов. Конечно, есть другие наблюдатели, которые были и раньше.

Ольга Писпанен: Вы будете сидеть непосредственно на каком-то избирательном участке? Как происходит работа наблюдателя? Имеете ли вы право, например, вставать со своего места?

Аманда Левквист: Я не знаю, я буду наблюдать за выборами в первый раз, я раньше этого не делала.

Ольга Писпанен: Какой-то "курс молодого наблюдателя" вы проходили?

Аманда Левквист: Это все будет завтра, в субботу.

Ольга Писпанен: Кто будет вас учить?

Аманда Левквист: Это будет Биненко Александр, депутат и специалист по избирательному праву.

Ольга Писпанен: Почему вы решили приехать в Россию и быть международным наблюдателем?

Аманда Левквист: Я, конечно, хочу, чтобы в России общество благоприятно развивалось, и я думаю, что честные и открытые выборы - ключевой момент, чтобы в обществе было доверие, и оно могло развиваться.

Ольга Писпанен: А вам уже рассказывали, может, вы уже читали мониторинги предыдущих выборов, какие самые частые нарушения в ходе голосования?

Аманда Левквист: Я была здесь во время думских выборов в декабре, не как наблюдатель, но я следила все-таки за выборами, и мне кажется, что самые распространенные нарушения - именно превышение явки и вброс бюллетеней.

Ольга Писпанен: Каким образом это делается?

Аманда Левквист: Я была на одном семинаре, где были люди из "Мемориала", и они сказали, что вброс бюллетеней очень трудно сделать без согласия председателя избиркома.

Ольга Писпанен: Вчера председатель Центризбиркома Александр Вешняков представил новые электронные урны, и, как он заявил, главная задача использования этих устройств - чтобы была полная и абсолютная уверенность избирателей, что подсчет избирателей идет беспристрастно и открыто. Как вы считаете, помогут ли эти электронные урны действительно избежать нарушений при голосовании?

Аманда Левквист: Я не знаю, как они технически работают, но не думаю. Все равно люди работают с этими урнами. Не думаю, что это что-то изменит.

Ольга Писпанен: Как фиксируются нарушения?

Аманда Левквист: Мы смотрим протоколы, сравниваем протоколы разных уровней... Я раньше не наблюдала...

Ольга Писпанен: А не знаете ли вы, будут ли присутствовать наблюдатели при подсчете голосов в избирательных комиссиях?

Аманда Левквист: Да.

Ольга Писпанен: А сопровождать эти урны уже после того, как подсчитали голоса и их отправляют в центр?

Аманда Левквист: Думаю, что нет. Но мы же будем брать протоколы, чтобы они не менялись на другом уровне.

Ольга Писпанен: А какой бюллетень может считаться испорченным?

Аманда Левквист: Я не совсем понимаю вопрос. Я знаю, что на президентских выборах можно выбрать только одного человека.

Ольга Писпанен: Вы участвовали в выборах у себя на родине?

Аманда Левквист: Да.

Ольга Писпанен: Вы можете уже сравнить их с выборами, которые вы видели в России? Самые яркие различия.

Аманда Левквист: Самые яркие различия – это то, что здесь политики вообще не говорят друг с другом. Это, по-моему, самой большой недостаток – Путин ни с кем не обсуждает политические вопросы.

Ольга Писпанен: Вы имеете в виду предвыборные дебаты?

Аманда Левквист: Да - их нет. Главный кандидат вообще ни с кем не разговаривает.

Ольга Писпанен: А как вам кажется, помимо того, что главный кандидат в президенты России не участвует в предвыборных дебатах, еще какие самые яркие отличия предвыборных гонок на Западе и в России?

Аманда Левквист: Ну, СМИ освещают очень неровно. Человек, который находится у власти, получает очень много преимуществ.

Ольга Писпанен: Аманда, с президентскими выборами у нас все понятно. Самое интересное - то, что будет происходить в этот же день на выборах муниципальных. Можете ли вы сказать, чего вы, как международный наблюдатель, ожидаете от этих выборов? Ожидаете ли вы более активного выражения волеизъявления, либо вы уже предвидите, как все это примерно будет происходить?

Аманда Левквист: Очень интересно сравнивать разные выборы. Многие люди, наверное, придут на участки, не зная о том, что будут выборы местного самоуправления, и интересно, будут они голосовать против всех, или просто выбрасывать бюллетени. Интересно сравнить, знают ли вообще люди кандидатов, наверное, многие не знают ни одной фамилии.

Ольга Писпанен: Вы наблюдали, как шла предвыборная кампания именно по выборам местного самоуправления? Хотя бы замечали наблюдатели какую-то агитацию предвыборную?

Аманда Левквист: Нет, я просто шла по городу с друзьями из "Яблока" и просто смотрела плакаты.

Ольга Писпанен: У нас в эфире слушатель.

Слушатель: У меня такой вопрос. Я в газете "Правое дело" читал раньше очень интересные статьи о том, как административный ресурс задействуется в следственных изоляторах, в закрытых учреждениях курсантов, даже в психоневрологических интернатах, когда администрация заставляет голосовать определенным образом тех, кто там находится. Туда наблюдателям трудно попасть. Вот вы пытались попасть именно в такие учреждения, и если да, то будете ли вы наблюдать за тем, как там будут проходить выборы? Причем речь шла о муниципальных выборах раньше, но ведь сейчас президентские проходят. Интересно, как будут принуждать.

Ольга Писпанен: То есть, вопрос о том, будут ли допущены независимые наблюдатели на голосование в местах лишениях свободы. Вы не знаете?

Аманда Левквист: Извините, но я не знаю. Я здесь с группой, нас здесь 8 человек, и мы будем наблюдать только на обычных участках. Но это очень интересный вопрос.

Ольга Писпанен: Да, тем более, что вчера было объявлено, что в Петербурге и Ленинградской области проголосуют более 5 тысяч заключенных. В городе образованы даже 4 избирательных участка в местах лишения свободы. И представители избирательной комиссии будут приезжать туда к заключенным с урной, но неизвестно, будут ли сопровождать их независимые наблюдатели. У нас еще один звонок от слушателя.

Георгий Георгиевич: Это Георгий Георгиевич. Тут, понимаете, когда вы будете сидеть на этом избирательном участке, понятно, что все будет хорошо, без инцидентов всяких, а вот когда вы уйдете? Второй вопрос – есть ли наблюдатели там, где Вешняков уже будет принимать данные со всей страны?

Аманда Левквист: Мы будем наблюдать за подсчетом голосов и проверять протоколы, и потом они посылаются наверх. Мы не будем наблюдать за бюллетенями, но чтобы протоколы не подменили, не добавили, так это будет делаться.

Ольга Писпанен: Вы не знаете, будут ли в самом Центризбиркоме международные наблюдатели?

Аманда Левквист: Нет, не знаю.

Ольга Писпанен: У нас еще один звонок.

Тамара Сергеевна: Санкт-Петербург, меня зовут Тамара Сергеевна. Узнайте пожалуйста у вашей гостьи, может ли кто-то из жителей, горожан, принять участие, как бы оказать помощь международным наблюдателям, и если можно, то как это сделать?

Ольга Писпанен: Какую помощь вы имеете в виду?

Тамара Сергеевна: Тоже участвовать в наблюдении, если есть желающие, которые хотели бы помочь им.

Аманда Левквист: Я не знаю, по-моему, чтобы стать наблюдателем, надо регистрироваться заранее. Я не знаю, какие у вас здесь в России законы, может ли наблюдатель по собственному желанию просто прийти и наблюдать за выборами, смотреть, что там делается. По-моему, это было бы логично, но это надо узнать.

Ольга Писпанен: А вы как стали наблюдателем?

Аманда Левквист: Нас пригласила "Молодая Европа", и мы регистрируемся в Центризбиркоме. Чтобы наблюдать за президентскими выборами, надо регистрироваться там. Для выборов местного самоуправления можно зарегистрироваться в местных избиркомах.

Ольга Писпанен: Какие нарушения при голосовании вам известны в Швеции?

Аманда Левквист: Это звучит, наверное, глупо, но у нас практически нет нарушений. Это звучит, может быть, наивно, но я думаю, что на самом деле так и есть. У нас есть возможность голосовать по доверенности. Если я болею, я могу послать другого человека. С этим были проблемы: люди, которые представляли очень многих людей, наверное все-таки делали это их с согласия, но это тем не менее против закона, надо представлять только родственников или людей, с которыми живешь. Проблемы были с этим. Но я думаю, что вообще, чтобы имело смысл фальсифицировать выборы, нужен какой-то масштаб, а такие масштабные операции у нас невозможны. Это так сурово осуждалось бы обществом... Люди у нас просто менее циничные. Мы не думаем, что политики нас все время обманывают. А если знаем, что обманывают, мы их сурово наказываем.

Ольга Писпанен: А когда будут озвучены результаты контроля со стороны независимых наблюдателей?

Аманда Левквист: Это произойдет после того, как Центризбирком озвучит свои данные, чтобы их можно было сравнить.