Оригинал материала
Прачечная культуры
Подчеркиваю: я учился у Марины Юльевны Хмельницкой в начале 80-х годов, всегда глубоко уважал ее как очень талантливого педагога и историка театра. И потому, конечно же, я необъективен, в чем и признаюсь. Я в этой странной истории автоматически на стороне педагога и ученого - и не на стороне министерства.
Подчеркиваю также, что не имею ни малейшего понятия о причинах увольнения Хмельницкой. И именно потому и возмущаюсь:
- отчего Министерство культуры вполне в бюрократическом духе не сообщает общественности о причинах увольнения?
- отчего Министерство не стесняется ссылаться на 278-ю статью Трудового Кодекса, где говорится о праве снимать ректора по решению Учредителя? Мне кажется, в случае с ректором крупнейшего творческого вуза такие бюрократические "загибы" в принципе не могут случаться!
- отчего Министерство спешит назначить нового ректора (пусть хоть и "и.о."), тогда как существует Устав РАТИ, где черным по белому сказано, что "утверждать ректора может только Ученый Совет" вуза?
- отчего этим самым "и.о." назначается человек, не имеющий ничего общего ни с ГИТИСом-РАТИ, ни с театральной педагогикой? Это таким образом Министерство стремится "устранить театрально-педагогический застой" (слыхал я недавно такие сплетни)?
Во-первых, насчет "застоя" следовало бы устроить общественную дискуссию, что ли, а не рубить административно. Помнится, в 1987 году проблемы театрального образования обсуждались на Сьезде Союза театральных деятелей, после была создана Комиссия по театральному образовнию. А в ее работе активно и, уверяю вас, очень творчески участвовали работники Министерства культуры. Я сам тому свидетель, поскольку был ответственным секретарем этой Комиссии.
Во-вторых, скажем, если Министерство полагает, что исчерпаны все возможности работы с ректором Хмельницкой, которая занимает этот пост вот уже 9-й год, стоит пригласить человека, все же разбирающегося в процессе? Скажем, какого-то известного театрального педагога из крупной зарубежной театральной школы? Так, например, пригласили в футбольную сборную России и санкт-петербургский футбольный клуб "Зенит" голландских тренеров - соответственно Гуса Хиддинка и Дика Адвоката. Результаты известны.
Это все важно, если Министерство интересуется качеством обучения, мнением людей театра и вообще, чем-то еще, кроме своих, как я подозреваю, не вполне корректных целей. В противном случае, зачем же вести себя в стиле Глеба Жеглова: "Я сказал!" Зачем же по-хамски, без объяснения причин разрывать контракт с Мариной Хмельницкой, действующий до конца 2009 года? Зачем плевать в лицо другим и демонстрировать свое лицо, не стесняясь никого и ни по какому поводу?
Надеюсь, все деятели культуры прекрасно знают анекдот про прачечную. Кто не помнит – там старушка звонит по телефону в прачечную, но ошибается номером и в ответ получает матерную тираду и гневный возглас: "Вы попали в Министерство культуры!" Нецензурный анекдот, поэтому не могу его привести даже в блоге.
Так вот, нынешнее "решение вопроса" с ректором РАТИ – вполне в духе того анекдота. Повторяю, не по сути – сути, увы, я не знаю. По форме! А для театра форма – почти то же содержание. По форме решения вопроса мы можем судить о том, как принимаются решения в этом замечательном министерстве.
Впрочем. Марине Юльевне еще повезло. Ее предшественник на посту ректора, доктор философских наук Сергей Исаев в 2000-м году… был убит. Пятью, кажется, выстрелами. После такие методы назвали "спором хозяйствующих субъектов".