Росатом призвали стать прозрачным

На официальном сайте Росатома участники исследования отобрали 300 заказов, относящихся к строительству, к поставкам сырья и различным соглашениям и контрактам, заключенным госкорпорацией. Рассказывает заместитель директора центра "Трансперенси интернешн Россия" Иван Ниненко:

– Из этих 300 заказов отобрали 200, которые вызвали некоторые сомнения, и очень подробно проанализировали. Из них, по нашему мнению, в 83 заказах нарушается стандарт, принятый самим Росатомом. При этом стандарт сам по себе не идеален...

Росатом для исследования был выбран неспроста. В "Трансперенси интернешнл" еще в начале года поступили сразу несколько обращений, преимущественно от предпринимателей, с просьбой проверить коррупционные риски госкорпорации. Говорит директор "Трансперенси интернешнл" Елена Панфилова:

Сегодня госкорпорацию Росатом практически никто не контролирует – ни антимонопольная служба, ни Счетная палата не имеют практически никаких прав в области контроля за ее деятельностью

– Это не просто мы вот сидели и думали: а какую бы госкорпорацию "прихватить"?.. Где-то с год назад к нам стали поступать обращения людей, предпринимателей, которые сталкивались с весьма неблаговидными историями в ходе попыток войти в тендеры, в государственные закупки, проводимые Росатомом. И именно количество этих обращений и их содержание подтолкнуло нас к тому, чтобы Росатом стал фокусом нашего исследования и частью наших, наверное, будущих, более широких исследований, посвященных госкорпорациям. То, что мы выбрали Росатом, не значит, что именно они самые ужасные и кошмарные...

Впервые в работе над антикоррупционным исследованием приняли участие вместе с "Трансперенси интернешн" экологи из группы "Экозащита". Их вывод: огромную государственную компанию в России никто не контролирует, она живет по своим законам и правилам. Рассказывает сопредседатель международной экологической группы "Экозащита" Владимир Сливяк:

– Ни антимонопольная служба, ни Счетная палата не имеют практически никаких прав в области контроля за деятельностью Росатома. Это государство в государстве, которое, с нашей точки зрения, должно быть поставлено под жесткий контроль государства. Саму госкорпорацию Росатом мы считаем, по духу деятельности, фактически частной, очень крупной компанией с государственным капиталом. Безусловно, такая компания должна быть под жестким государственным контролем, под контролем правительства и под общественным контролем, чего мы и добиваемся. Нужно либо изменить законодательство, то есть прописать в законе, что функции контроля в отношении Росатома имеют и антимонопольная служба, и Счетная палата, и все остальные, кому это положено. А также – определить, что правила для Росатома такие же, как для всех остальных компаний. Либо отказаться вообще от такой довольно спорной формы, как госкорпорация. На это даже обращал внимание президент...

Этот доклад – в первую очередь не только призыв просто пересмотреть требования к госкорпорациям. Тут вообще ставится вопрос о том, нужны ли нам госкорпорации

Исследование показывает наличие высоких рисков коррупции при размещении заказов подразделениями госкорпорации Росатом, считает заместитель директора центра "Трансперенси интернешнл Россия" Иван Ниненко:

– Мы не хватаем кого-то за руку и не говорим, что вот этот человек что-то украл, мы говорим о высоких коррупционных рисках. Мы говорим, что некоторые контракты устроены таким образом, что в них может быть задействован только один участник. Запускаются всякие ограничения, которые направлены явно не на обеспечение качества выполнения контракта, а на ограничение количества участников данного контракта. Один из примеров – это когда в нарушении всех регламентов, включая стандарты Росатома, вводятся ограничения на местоположение участника конкурса. Это, если не ошибаюсь, было в Калуге – введено ограничение, что исполнитель должен находиться в радиусе 10 километров от места строительства, предполагающегося ремонта. Понятно, что это сильно ограничивает участников и что это не может быть связано с безопасностью. Ясно, что Росатом в некоторых случаях требует каких-то дополнительных ограничений по безопасности – мы осознаем, что это все-таки атомная промышленность, которая, наверное, имеет право вводить такие ограничения. Но то, о чем мы говорим, не имеет никакого отношения к безопасности.

В интересах Росатома снижать коррупционные риски, уверена директор центра "Трансперенси интернешнл Россия" Елена Панфилова. А начать можно с того, чтобы корпорации стать более открытой для общественного контроля, изменить свое отношение к тем, кто критикует компанию:

– Нам не удается донести до людей - что во власти государственной, что в госкорпорации, - что чем больше они скрывают и чем больше наводят тень на плетень и не объясняют зачастую очевидные вещи, тем хуже для них... За любой цифрой, может быть, стоит вполне разумный, понятный и вполне одобренный обществом факт, и мы скажем: да, конечно, это нужно для безопасности, это нужно для чего-то еще. Но расскажите! Не надо в деталях (про безопасность – это мы понимаем), но расскажите так, чтобы у нас не возникали подозрения, что это не про безопасность, а потому что здесь находится компания, которой вы хотите отдать контракт. Именно это - первое, что приходит любому нормальному человеку в голову. Поэтому наш доклад – в первую очередь не только призыв просто пересмотреть требования к госкорпорациям. Тут вообще ставится вопрос о том, нужны ли нам госкорпорации. Даже на тот период времени, пока они еще будут существовать, надо допустить проверяющих к уже существующим нормам, потому что мы зачастую стремимся подозревать и искать злой умысел там, где всего-навсего отсутствует прозрачность.

В "Трансперенси интернешнл" не исключают, что продолжат исследовать деятельность российских госкорпораций. Возможно, помогать им в этой работе будут не только экологи, но и другие общественные движения и объединения.