Дата
Автор
Валентин Барышников; Ольга Серебряная
Источник
Сохранённая копия
Оригинал материала
Мы, народ, пишем президенту США
21 декабря на сайте Белого дома была создана петиция, текст которой гласит:
“Мы, нижеподписавшиеся,
- считаем принятие “Акта Магнитского” как глубоко пророссийский шаг, который поможет гражданам России привлечь к ответственности лиц, причастных к коррупции и нарушениям прав человека;
- возмущены действиями российских законодателей, которые перешли все мыслимые границы гуманности, ответственности и здравого смысла и решили подвергнуть опасности жизни и благополучие тысяч российских сирот, некоторые из которых – больные или инвалиды – отныне, возможно, будут лишены шанса выжить, если запрет на международное усыновление вступит в силу;
- призываем Администрацию считать тех, кто вовлечен в принятие этого законодательства, подпадающими под действие “Акта Магнитского” и потому включенными в соответствующий список”.
Речь в петиции идет, очевидно, о списке российских официальных лиц, против которых в соответствии с “Актом Магнитского” предполагается вводить санкции. Список должен быть составлен администрацией президента США в ближайшие месяцы.
Днем позже на сайте Белого дома появилась еще одна петиция:
“21 декабря 2012 года российская Госдума одобрила Федеральный закон 186614-6, который запрещает усыновление осиротевших российских детей в США, а также лишает российских правозащитников возможности работать с американскими коллегами.
Этот закон был подготовлен в качестве ответа на “Акт Магнитского” и предварялся кампанией по очернению программ реабилитации сирот и правозащитников по всему миру.
Мы призываем наших политических лидеров выступить как минимум против этого антигуманного закона и дать ясно понять, что акты идеологической мести неприемлемы на международной политической арене.
Мы также просим, чтобы действие “Акта Магнитского” было распространено на сторонников этого закона в российской Думе".
23 декабря была создана третья петиция:
“Президент России рассмотрит “антимагнитский закон” после утверждения его Федеральным собранием.
Мы хотим, чтобы господин Обама ввел санкции в отношении господина Путина, если он подпишет этот закон”.
Белый дом незамедлительно дал ответ:
“Соединенные Штаты разделяют вашу озабоченность законопроектом, принятым российской Думой, который, если вступит в силу, запретит межнациональные усыновления между США и Россией и ограничит возможности российского гражданского общества сотрудничать с американскими партнерами. Мы продолжим поднимать эти вопросы в диалоге с российским правительством.
У детей должна быть возможность расти в любящих семьях; их судьба не должна быть связана с политчиескими расчетами, не имеющими к этому отношения. США и Россия заключили двусторонне соглашение о межнациональных усыновлениях, которое вступило в силу 1 ноября 2012 года. Соглашение предусматривает дополнительные гарантии, чтобы лучше защищать благополучие и интересы детей и всех вовлеченных сторон.
Соединенные Штаты продолжают поддерживать развитие гражданского общества и демократических процессов по всему миру, включая Россию. Последние меры по ограничению деятельности российского гражданского общества вызывают у нас глубокое сожаление, в частности особые ограничения для организаций, имеющих американских партнеров. В нынешнем взаимосвязанном мире неправительственные организации должны иметь полную свободу сотрудничать с международными партнерами...”.
В тот же день на сайте появилась еще одна петиция, также связанная с российской тематикой, но имеющая другую политическую окраску:
“Закройте Координационный совет российской оппозиции. Он тратит слишком много денег налогоплательщиков США без положительного эффекта”.
Кажется, сайт Белого дома становится теперь ведущим полем выяснения отношений российской публичной политики.
Раздел сайта Белого дома, где размещаются петиции, называется We the People (“Мы, народ”) – это первые слова Конституции США: “Мы, народ Соединенных Штатов...” Как говорится в пояснении к разделу, право обращаться с петицией к правительству гарантировано Первой поправкой к Конституции США, и платформа We the People дает новую возможность обратиться к администрации Обамы, чтобы принять меры в отношении важных вопросов, стоящих перед страной: “Мы создали We the People, поскольку хотим услышать вас. Если петиция получит достаточную поддержку, сотрудники Белого дома изучат ее, чтобы направить ее соответствующим экспертам, и дадут официальный ответ”.
Для того чтобы ответ был дан, петиция должна набрать в течение 30 дней не менее 25 тысяч подписей. Ответ, вместе с тем, не предусматривает обязательных действий со стороны президента США.
Хотя платформа предназначена, очевидно, для обращения граждан США, зарегистрироваться для голосования может каждый. Петиции активно обсуждались в российских социальных сетях, и, вероятно, многие из подписавших являются российскими гражданами.
У идеи писать петиции американскому президенту есть противники даже среди людей, настроенных критически к власти:
Врач, писатель, общественный деятель Максим Осипов:
“...Я совсем не сочувствую депутатам и их антисиротскому закону. Но лучше бы нам как-то научиться справляться со своими депутатами самостоятельно, раз уж с сиротами не справляемся...”
Эколог Сурен Газарян:
“...Сайт We the People создан только для реализации права граждан США на обращение к своему правительству, а не для отправки международных петиций... Россияне все больше надеются на администрацию Обамы, которая сможет наказать российских депутатов, чем на собственное правительство и президента и на собственные возможности противостояния безумным законам. Это именно то, что особенно бесит меня в нашем обществе...”
Филолог Роман Лейбов:
«Давайте еще попросите Обаму понизить цены на мобильную связь, наказать Мавроди и разрешить Лимонову митинговать на Триумфальной каждый день.
Как дети, честное слово».
Оппозиционный лидер Борис Немцов:
“Нам надо действовать не в Белом доме в первую очередь, а в России. Мы считаем, что 13 января нужно провести большой марш в Москве под двумя лозунгами: первый – за роспуск Госдумы, второй – за отмену закона подлецов. Я думаю, что чем более мощным движение будет в России, тем больше шансов, что негодяи окажутся в "списке Магнитского". Что касается Путина, то, в принципе, по сути верно, но нереалистично. Очевидно, что пока Россия – член Совета безопасности, входит в "Большую восьмерку", в "Большую двадцатку", в Совет Европы и т. д., сделать Путина персоной нон-грата не получится”.
Депутат Госдумы от фракции СР Валерий Зубов, голосовавший против “сиротского” законопроекта:
“...То, что было до сих пор, – шизофрения с одной стороны. А вот сейчас с другой стороны начинается тоже шизофрения. Такое впечатление, что шизофрения – это заразная болезнь...”
Внутрироссийская инициатива была предложена “Новой газетой”, начавшей сбор подписей за роспуск Государственной думы:
“Более 100 000 подписей против этого подлого закона о запрете усыновления иностранцами российских сирот, собранные на сайте "Новой" всего за два дня, были переданы в Государственную думу перед окончательным голосованием. Но Ваши голоса депутаты решили отложить на потом. В спешке подписали закон и улетели в теплые страны. Говорят — "регламент". Это не "регламент". Это — мухлеж. Они на открытии пленарного перед своим корпоративом обиделись на обложку "Новой газеты". А нас достал сам факт их существования. Почему все мы должны быть заложниками 450 человек? У нас — свой регламент”.
На Западе особой реакции на три петиции не последовало. Отчасти это объясняется рождественскими праздниками, когда журналистская работа ведется не так активно, отчасти отражает маргинальность самих петиций как средства достижения каких-либо политических целей.
Все ведущие американские газеты опубликовали материалы о законопроекте, принятом Думой, однако они, в основном, информационные. Эрик Экхолм, автор статьи в New York Times, упоминает, что бороться с "антисиротским законом" будут сотни молодых людей, усыновленных американцами в России. Они организуют кампанию по отправке писем российскому президенту с призывом не подписывать закон и после праздников планируют обратиться с петицией к послу России в США.
Одним из лидеров кампании является Татьяна Макфадден, уроженка Петербурга, которую американские родители удочерили в возрасте 6 лет. У Татьяны, родившейся с расщелиной позвоночника и вовремя не прооперированной, парализована нижняя часть тела. За шесть лет, проведенных в детском доме, она никогда не пользовалась коляской, потому что ее просто не было, и передвигалась исключительно на руках. Сейчас ей 23 года, она – медалистка двух последних Паралимпийских игр в гонках на инвалидных колясках.
При всей извращенности российского "антисиротского закона", все понимают, что администрация США не может радикально изменить ситуацию. Поддержку среди основной массы американцев эта кампания тоже вряд ли найдет: далеко не все осведомлены о российской внутриполитической ситуации, довольны собственным правительством и готовы бороться за права сирот в чужой стране. Из шести комментариев, оставленных читателями Washington Post под статьей об антисиротском законе, четыре являются крайне скептическими. Комментаторы считают причиной обмена биллями международные проблемы (вроде позиции России по Сирии в Совете Безопасности ООН), винят в принятии "антисиротского закона" американские агентства по усыновлению, констатируют, что жизнь ребенка в США подвергается крайним опасностям. Эти частные мнения, разумеется, нерепрезентативны, а порой и просто натянуты, но они, несомненно, полезны как отрезвляющее чтение для россиян.
Тем не менее сбор подписей под тремя петициями на сайте Белого дома может оказаться полезным как средство консолидации российских активистов. Как отмечает Маша Липман в колонке на сайте NewYorker, участники акций гражданского протеста, организованных в России за последний год, принадлежат к тому же слою российского общества, что и активисты волонтерских движений, занимающихся помощью сиротам и больным детям. Петиции, которые, по здравом размышлении, не демонстрируют ничего, кроме инфантилизма российского гражданского общества, могут стать важным этапом его взросления. От требования отставки Путина многие, возможно, перейдут к ежедневной работе по разбору завалов, созданных им во всех сферах российской жизни.