Оригинал материала
Параллельные книжные миры
...Заняты три этажа ЦДХ, в кассу очередь человек на сто. На втором этаже – выставка чешских иллюстраторов. Интеллигентные люди с пакетами скупают интересующую их литературу.
Вот критик Александр Шаталов у стенда издательства Corpus:
- Если говорить о самых важных книжках ярмарки, то это, конечно, Анатолий Кузнецов, "Бабий Яр". Потому что это одно из самых важных событий, одно из самых важных литературных, исторических явлений не советской, а всемирной, можно сказать, литературы. Она издавалась в СССР в 60-х годах, потом, после эмиграции Кузнецова в Англию, была запрещена. На Западе Анатолий Кузнецов опубликовал полный, не искалеченный цензурой текст романа, а с конца 90-х годов в России и на Украине несколько раз издавался именно этот, полный вариант текста. Сейчас, в год 80-летия Анатолия Кузнецова, издательство Corpus решило выпустить академическое издание этого романа-документа, с комментариями. Это книга, которая не будет, может быть, продаваться очень активно, но она всегда должна находиться в книжных магазинах, люди должны иметь возможность купить эту книгу.
К ярмарке "Нон-фикшн" писатели и издатели относятся, как к месту дружеских встреч. Глава издательства "Время" Борис Пастернак и поэт Лев Рубинштейн.
Лев Рубинштейн: Встретил двух-трех знакомых издателей, которые рвут меня на части, хотят издать мои книги. А если серьезно, то пришел посмотреть, вдохнуть прекрасной, живительной и вдохновляющей атмосферы книжной ярмарки.
На втором этаже – дискуссия Леонида Юзефовича и Сергея Лукъяненко о литературе и консерватизме.
Леонид Юзефович: Писателей я видел много. И мне кажется, те писатели, которых я встречал, не отличались умом и способностью к предвидению от историков или учителей. Мне кажется, что умных людей среди писателей ровно столько же, сколько среди водопроводчиков. Люди, которые сейчас говорят о том, что роль литературы упала, что писатель должен быть пророк, мне кажется - это обычные неталантливые люди, которые привыкли паразитировать на высоком социальном статусе писателя в советское время.
Когда общество погружается в какой-то застой, писатели, как правило, начинают поддерживать те или иные перемены
Сергей Лукъяненко: Раз уж мы говорим о том, что писатель – это третья власть, вместе со СМИ, то, наверное, писатели выступают в некоей противофазе. Я бы не назвал это оппозицией. То есть, в тот период, когда общество начинает бушевать и жаждать перемен, писатели, как правило, занимают более консервативно-сдержанную позицию. И напротив, когда общество погружается в какой-то застой, писатели, как правило, начинают поддерживать те или иные перемены.
Тема "Искусство и политика: новая апатия" продолжается на третьем этаже в дискуссии, устроенной порталом Openspace.ru. Искусствовед Екатерина Деготь, режиссер Павел Бардин, критик Александр Архангельский, художник Дмитрий Гутов.
Екатерина Деготь: Как можно совершить художественную инициативу вдали от капитала? Делать квартирные выставки…
Павел Бардин: Или можно придумать искусство, которое вам близко, но при этом будет коррелироваться с жадностью ваших инвесторов.
Александр Архангельский: Самое простое и дешевое дело – писать книжки, нужно только ваше личное время и ваша личная воля. В конце концов, есть интернет, если не найдется издатель.
Мы опять вернулись к реалиям застоя, реалиям 70-х годов – квартирные выставки прозвучали, возможно писание в стол или в интернет
Дмитрий Гутов: Большинство художников, которых я знаю, такая материя не возбуждает никоим образом. А вот отношение с политикой, оно возбуждает, причем необыкновенным образом. Я читаю, что Россия опустилась по уровню свободы прессы на 156 место в мире – это меня приводит в чувство внутренней ярости.
Глеб Морев: Мы опять вернулись к реалиям застоя, реалиям 70-х годов – квартирные выставки прозвучали, возможно писание в стол или в интернет.
Таков был вывод критика Глеба Морева, руководителя отдела медиа сайта openspace.ru, одновременно – члена жюри премии Андрея Белого. На ярмарке объявлены ее лауреаты, ими стали поэт Николай Кононов, прозаик Анатолий Барзах и филолог Наталья Автономова. По традиции вручены премии французского посольства за лучший перевод и лучшую книгу о Франции, а еженедельник "Книжное обозрение" вручает премию "Человек книги". Лучшим главным редактором издательства признана Ирина Прохорова, глава "Нового литературного обозрения":
- Происходит иногда кризис внутри одного издательства, когда издатель вдруг чувствует, что было замечательно год назад, а теперь не работает, книги не продаются. И это говорит не о том, что читатель у нас поглупел, а что происходит некоторая смена читательских приоритетов. Специфика российского рынка в его невероятной динамичности. Это странно, что ситуация мало меняется на протяжении почти 20 лет. Конечно, если издают книги академические, они имеют стойкую аудиторию, но тип названий, подходов, сама художественная литература меняется на глазах. И в этом смысле нет никаких налаженных каналов, где ты думаешь: ну вот, я запустил дело, и хоть здесь буду жить спокойно. И это особая специфика – напряжение, а с другой стороны, то, что по-английски называется "челлендж". Это дает такой драйв, ты все время как первооткрыватель, ты должен что-то такое найти. Называйте это кризисом, либо называйте, наоборот, креативностью. Так что кризис кризисом, но полно народу, полно издателей, полно книг.
Издатель Ирина Прохорова – член экспертного совета ярмарки NON/FICTION с момента ее основания. Ее коллега по совету - глава издательства Ad Marginem Александр Иванов:
- Выстоять и как-то любыми средствами попытаться удержать этот формат. Очень надеюсь, что это устоит. А если устоит, дальше будем разбираться. У меня тревожное ощущение, мягко скажу. Оно связано не только с самой ярмаркой, сколько с тем, что происходит за пределами ярмарки, я имею в виду книжный мир. Бог с ним, не обсуждаем политику, социальную сферу, я говорю о книжном мире. Очень резкое падение продаж, особенно в провинциальных сетях. Непонятно, что произойдет с "топ-книгой", с какими-то крупными игроками. И скорее шанс – это когда действительно маленькие, средние издательства могут начать сейчас на наших глазах создавать параллельные рыночные структуры, клубы, маленькие магазины. Я думаю, что если это движение будет продолжаться, то ярмарка, естественно, как-то отсканирует ситуацию и будет предлагать варианты.
Издатель Александр Иванов - о перспективах книжного дела в России и ярмарке интеллектуальной литературы "Нон-фикшн".