Гибель Павла Адельгейма. Суд

Сторона гособвинения требует отправить обвиняемого в убийстве московского оператора Сергея Пчелинцева на принудительное лечение

В среду Псковский городской суд начал рассматривать дело об убийстве священника, публициста и советского диссидента Павла Адельгейма. В совершении преступления, которое произошло 5 августа прошлого года, подозревают выпускника ВГИКа, московского оператора Сергея Пчелинцева. Ранее он был признан невменяемым. Комиссия экспертов установила, что Пчелинцев страдает психическим расстройством, социально опасен и должен находиться в изоляции от общества. Представитель гособвинения в суде потребовал направить Пчелинцева на принудительное лечение.

В начале августа прошлого года оператор Сергей Пчелинцев обратился за помощью к псковскому священнику Павлу Адельгейму и получил приют в его доме. 5 августа, по данным следствия, он напал на Адельгейма с ножом, впоследствии объяснив, что "получил этот приказ от сатаны", а при задержании ударил себя ножом в грудь. Эксперты московского центра социальной и судебной психиатрии имени Сербского признали Пчелинцева невменяемым. О начавшемся судебном процессе по делу об убийстве Павла Адельгейма радио Свобода рассказала корреспондент интернет-издания "Псковская лента новостей" Илона Васильева:

– Вначале на заседании присутствовал обвиняемый Сергей Пчелинцев, так как суд посчитал, что состояние здоровья позволяет ему сделать это. Были выслушаны показания свидетелей по делу. Также суд продлил Пчелинцеву срок содержания под стражей еще на три месяца. Следующее заседание назначено на 5 февраля. На сегодняшнем заседании были заслушаны показания свидетелей. Вдова Павла Адельгейма подробно рассказала о дне, когда это произошло, рассказала о личности Сергея Пчелинцева. Другие свидетели также рассказывали о том, как это все произошло, то есть все было обрисовано достаточно ярко, в красках. Обвинение настаивает на том, чтобы Пчелинцева принудительно лечили, так как у него есть психические отклонения патологического характера.

Павел Адельгейм, погибший на 76-м году жизни, был известен как критик руководства Русской православной церкви. Он служил в Псковской епархии РПЦ с 1976 года, и в течение последних двадцати лет митрополит Псковский и Великолукский Евсевий лишил его нескольких приходов. Адельгейм говорил, что "он не нравится Евсевию как человек". Отец Павел более 20 лет служил в храме Святых Жен Мироносиц – сначала настоятелем, в последние годы, по решению митрополита, – рядовым клириком. О Павле Адельгейме вспоминает его давний друг, депутат Псковского законодательного собрания, глава псковского отделения партии "Яблоко", главный редактор газеты "Псковская губерния" Лев Шлосберг:

– Убийство отца Павла было печальным, трагическим, знаковым событием, и все остальное на этом фоне меркнет абсолютно. Ситуация в целом была ясна еще до того, как следствие огласило свои выводы. Мы все общались между собой, и картина преступления нам известна в деталях, так что от суда я не жду ничего. Как, собственно, и от следствия, ничего нового, мы это все знаем.

Мы с отцом Павлом были знакомы с конца 80-х годов, то есть около 25 лет. Это уникальный человек, подвижник, человек, который осознавал свою миссию, он был пастырь, настоящий пастырь. Человек, который уникальным образом сочетал в себе церковное духовное и светское. То есть он был, как это ни парадоксально для священнослужителя, по кругу своего общения, по широте своих интересов больше, чем священнослужитель. Это был человек с очень мощной силой духа, и эта сила духа позволяла ему общаться, в том числе, и в светском мире с нерелигиозными, не воцерковленными людьми, оказывать на этих людей огромное человеческое влияние. Даже в тех случаях, когда его общение с ними не было каноническим, религиозным.

Не очень часты случаи в любой сфере деятельности, когда человек делает то, что он говорит, то есть когда слово и дело не расходятся ни в чем. Отец Павел – человек, преодолевший колоссальные испытания, угрозу смерти во время преследований. Он был арестован, осужден за свои убеждения, в процессе лишения свободы, в заключении он потерял ногу, сильно претерпел. Он при этом стал еще более добрым и сильным. Все те, кто общались с ним в течение жизни, все без исключения запомнили этого человека. Очень многим людям он помог совершенно бескорыстно. Строго говоря, если бы не его готовность помогать всем и вся, он бы никогда не познакомился со своим убийцей.

Он славен в народе, его имя известно, его авторитет просто непререкаем, его книги, а их всего две, читают, его проповеди слушают в видеозаписях, расшифровывают и переписывают от руки. Он жил без власти, ему светские власти ни в чем не помогали, и он не нуждался в их одобрении или в их оценке. И после земной кончины он точно так же в этом не нуждается. Если честно, и мы в этом не нуждаемся, – сказал Лев Шлосберг.