"Час крысы"

Ситуацию в Югославии в преддверии выборов анализирует редактор Радио Свобода, специалист по Балканам Андрей Шарый. Участвуют обозреватель Службы Южнославянских Языков Радио Свободная Европа Срджан Кусовац и корреспондент Радио Свобода в Париже Семен Мирский.

Андрей Шарый:

В воскресенье 7 миллионов 800 тысяч югославских избирателей должны назвать имя нового президента федерации, определить состав двух палат югославского парламента - это 40 и 138 депутатов, а также избрать муниципальные власти в Сербии. Однако, суть политического конфликта в Сербии сводится только к одной дилемме: останется ли у власти Слободан Милошевич или оппозиционным лидерам удастся-таки наконец взять верх?

В югославской ситуации много неясного, однако, очевидно одно - честно Милошевич не может победить ни при каких обстоятельствах. Большинство внимательных наблюдателей рассматривают три основных варианта развития событий. Первый: Милошевич - несмотря ни на какие результаты голосования - провозглашает себя победителем. Вариант второй: Милошевич отменяет выборы или аннулирует их результаты, спровоцировав введение чрезвычайного положения из-за гражданских беспорядков или конфликта с Черногорией. Вариант третий: Милошевич вынужденно делится частью власти, сам занимая пост президента Сербии или югославского премьер-министра - и тогда он добьется не чистой победы над оппозицией, а медленно, как это уже случалось прежде, выдавит ее из органов власти. Все эти три варианта, однако, могут оказаться далекими от реальности - потому что в Белграде вполне всерьез говорят о возможности массовых столкновений сторонников оппозиции и верных Милошевичу подразделений спецназа. И тогда: либо - льется народная кровь, либо - и президента, и его супругу Мирьяну Маркович повесят на фонарных столбах, а еще вероятнее - случится и то, и другое. Говорит белградский журналист и политолог, обозреватель Службы Южнославянских Языков Радио Свободная Европа Срджан Кусовац:

Срджан Кусовац:

Боюсь, что события в Белграде начнут разворачиваться уже в ночь с воскресенья на понедельник. Представители Милошевича объявили, что им стало известно о планах оппозиции с помощью агентуры НАТО подтасовать результаты выборов и украсть у нынешнего президента Югославии победу. Такое обвинение совершенно абсурдно, потому что даже чисто физически оппозиция не в состоянии этого сделать - она не имеет возможности контролировать голосование на всех избирательных участках, а технической организацией выборов занимаются, естественно, власти.

Лидеры оппозиции обратились к своим сторонникам с призывом выйти вечером в воскресенье на улицы, чтобы отпраздновать победу Коштуницы, и я очень опасаюсь провокаций со стороны власти. Если на площадях Белграда соберется 100 тысяч человек - Милошевич может попытаться подавить их танками, а вот если на демонстрации соберется полмиллиона жителей - вряд ли армия и полиция решатся выступить против собственного народа.

Андрей Шарый:

Особенность политической тактики Слободана Милошевича состоит в том, что он всегда заставляет своих противников играть по им определенным и ему выгодным правилам, а потому лично Слободан Милошевич еще не потерпел ни одного поражения. В свои победы он превращает поражения собственного народа. Нынешняя политическая компания ничем не отличалась от прежних. Летом в избирательный закон были внесены изменения, и теперь нет смысла бойкотировать выборы, потому что победитель будет провозглашен вне зависимости от числа граждан, принявших участие в голосовании. Демарш продемократических черногорских властей: президент Мило Джуканович приказал своим сторонникам не принимать участия в голосовании, считая его фарсом, что верно, на деле оборачивается лишней возможностью для Милошевича украсть в приморской республике несколько сотен тысяч голосов. Ведь Черногория все равно, по сути, участвует в выборах - такова уж суть нынешней ситуации в Югославии. Очень грубо, но очень точно, эту ситуацию и позицию черногорских властей обрисовал в одном из аршинных заголовков независимый еженедельник "Репортер": "Черногория - словно мужские яйца в половом акте - хотя внутрь не входят, но принимают в процессе самое непосредственное участие". Я прошу прощения за эту грубую цитату у слушателей, но привел я ее еще и потому, что она - очень типична для сегодняшней Югославии. Вот так пишут в этой стране журналисты, вот так кипят страсти, вот так обвиняют друг друга политические соперники.

Предвыборная компания сопровождалась столь чудовищным давлением власти на оппозицию, столь хамским и грубым нарушением прав граждан, что можно только руками развести. Но не более того: с западными странами Милошевич формально все еще находится в состоянии войны, контролировать его некому ни из-за рубежа, ни внутри страны, потому он и творит, что хочет. Его избирательная база до сих пор значительна: 600 тысяч членов Социалистической партии и 200 тысяч партии Объединенные левые проголосуют, как надо, не только потому, что боятся потерять привилегии - им, скорее всего уже розданы заполненные бюллетени, которые они и опустят в урны, а полученные на избирательных участках пустые бланки будут возвращены партийному руководству как подтверждение лояльности. За Милошевича крестьяне, за него - индоктринированные и хорошо обработанные армия и полиция. За него - получающие подачки в виде пусть нищенских, зато гарантированных зарплат и выплат пенсионеры и служащие государственных предприятий. Набирается миллиона полтора голосов, но этого до победы не достаточно. Поэтому используются "мертвые души" - косовские албанцы, которые давно уже югославскими гражданами себя не считают. Косово включено в состав двух избирательных округов: №24 и №26 в Южной Сербии, к которым приписано более полутора миллионов избирателей. Урны для голосования запечатываются там обычной монетой достоинством в один югославский динар, а поэтому эти ящики можно открывать и закрывать сколько душе угодно. Две государственные типографии, печатавшие бюллетени, как стало известно, напечатали бланков вдвое больше, чем нужно. Но даже если случится почти невозможное, и оппозиция сможет схватить жуликов за руку, цинизма у нынешней югославской власти хватит на то, чтобы просто заткнуть рот, заставить замолчать. Вопрос опять сводится только к тому, сколько еще сербы смогут терпеть такого хозяина страны, как Слободан Милошевич. Говорит Срджан Кусовац:

Срджан Кусовац:

Предвыборные опросы общественного мнения указывали на огромное преимущество Воислава Коштуницы. Кандидат Коштуница - это выигрышная комбинация для сербского избирателя, это человек, которого нельзя обвинить в сотрудничестве с НАТО и в предательстве национальных интересов, а подобные обвинения сейчас - самые страшные в Сербии. Милошевич не имеет никаких шансов украсть такое количество голосов, которое обеспечило бы необходимое ему преимущество - победу в первом круге. Прежде оппозиционные лидеры в Сербии являли собой верх непоследовательности: заигрывали то с национализмом, то с мондиализмом, шарахались из стороны в сторону. Коштуница для рядовых сербов - просто символ порядочности. Потому, что он ничего не получил от политических перемен, ничего не украл, не обогатился на войне, в конце концов, потому, что он 10 лет носит один и тот же костюм. Такое явление - новость на сербской политической сцене. И шансы Коштуницы на победу очень велики.

Андрей Шарый:

Честно говоря, я не разделяю некоторые оценки Срджана Кусоваца. Воислав Коштуница ничем не выделяется из довольно серого ряда сербских оппозиционных политиков второй категории - разве только тем, что из природной скромности помалкивал в тех случаях, когда другие захлебывались в националистической истерике. Мне Коштуница представляется переходной фигурой, за которой маячит густая тень подлинного творца предвыборной компании оппозиции Зорана Джинджича. Джинджич, неплохо знакомый с мировой практикой в области избирательных технологий, на этот раз смог угадать, кто может понравиться "среднему сербу". Однако Срджан Кусовац прав в другом. Он прав в главном - еще никогда прежде сербская оппозиция не имела столь реального шанса свалить Милошевича с пьедестала.

Андрей Шарый:

В своем архиве я нашел радиозапись зимы 1997 года - в гости в студию студенческой радиостанции "Индекс" пришел самый популярный и очень любимый многими в Югославии, и мною в том числе, бард Джордже Балашевич. Это было время, когда оппозиция добивалась признания победных для нее результатов местных выборов, и в Белграде третий месяц продолжались массовые демонстрации. Сербы увидели свет в конце тоннеля, и Балашевич написал песню "Слобода-не" - это легко понятная и русскому уху игра сербских слов "Слобо, Слободан, Слобода-не - ты - не свобода, не - слобода!" Сейчас эту песню вспомнили, она снова стала хитом, ее снова поют на улицах.

Срджан Кусовац:

У власти в Сербии находится не просто диктатор типа Лукашенко или Саддама Хусейна. Вместе с Милошевичем страной управляет целый олигархический клан, и для этих людей законы и правила ровным счетом ничего не значат. Супруга президента Мирьяна Маркович, мнение которой оказывает на него огромное влияние, вообще, как кажется, не имеет никакого соприкосновения с реальностью. В этом отношении Милошевич и Маркович похожи на семейную пару Чаушеску. Я не вижу никаких перспектив мирного ухода Милошевича с власти. Но, если раньше он умудрялся выигрывать в периоды кризисов - пользовался сербами из Хорватии, войной в Косово, не слишком продуманной порой политикой западных стран и России - то сейчас югославский президент может опираться только на силу. Больше у него ничего не осталось, только армия и полиция.

Андрей Шарый:

Недавно в Черногории я встречался с депутатом Эмилом Лабудовичем, горячим приверженцем идей Слободана Милошевича. Лабудович в голос кричал: "Вы можете думать о югославском президенте все, что хотите, но вы не можете не признать: он - великолепный политик, он- "политик пар-экселанс"! К сожалению, Лабудович недалек от истины: мало кто в современном политическом мире умеет так разделять и править, так кормить пряниками и так играть кнутом, так ссорить союзников и так предавать друзей, как это умеет делать Слободан Милошевич. Снова вернусь к тому, о чем уже говорил: весь мир играет по его неправедным правилам. Западные страны заявили о том, что выборы в Югославии незаконны, но тем не менее призывали сербскую оппозицию и черногорские власти принять в них объединенное участие. Одно из последствий прошлогодней военной операции НАТО состоит в том, что сейчас демократический мир вообще не имеет возможности для оказания какого-либо влияния на развитие событий в Югославии. Наблюдателей из ОБСЕ и стран Европейского Союза Милошевич в страну не пустил, и тем пришлось ограничиваться созданием специального наблюдательного комитета в изгнании. Франция - председатель ЕС, решила создать специальную комиссию по наблюдению за ходом завтрашних выборов в Югославии. Комиссия будет базироваться в Париже, так как югославские власти запретили ей въезд на территорию страны. Рассказывает корреспондент Радио Свобода в Париже Семен Мирский:

Семен Мирский:

Решение Франции создать комиссию по наблюдению за ходом выборов в Югославии - естественное следствие отказа Белграда разрешить въезд в страну комиссии наблюдателей от ЕС. Как мы знаем, в начале текущей недели министры иностранных дел 15 государств членов ЕС, собравшиеся в Брюсселе, заявили, что Евросоюз отменит санкции против Югославии, если в результате воскресных выборов эта страна встанет на путь демократического развития. Инициативу ЕС поддержали США. а также 11 стран кандидатов на вступление в ЕС, включая Болгарию, Венгрию, Чехию, Литву, Латвию, Эстонию и Словакию, И еще: как сообщает агентство "Франс Пресс" югославские власти уведомили целый ряд журналистов из стран ЕС, что они должны покинуть в ближайшие часы пределы Югославии. В сообщении "Франс Пресс" говорится, что мера высылки из страны касается журналистов из Германии, Финляндии, Швеции и Португалии, приехавших в Белград для освещения выборов с действительными паспортами и югославскими въездными визами. Эта мера расценивается, как попытка Милошевича отомстить ЕС за моральную поддержку, которую он оказывает сербской демократической оппозиции.

Андрей Шарый:

Завтра в Югославии выборы, которые могут окончиться неизвестно чем, но обязательно выведут страну на новый уровень политического противостояния. А я вспоминаю Румынию десятилетней давности: горящие дома в центре Бухареста, народное восстание, перестрелки, кровавая революция, оправданный желанием отомстить за тридцатилетие диктатуры, и, тем не менее, потрясший своей жестокостью расстрел диктаторской четы Чаушеску. Я вспоминаю замерзший ночной город, комендантский час, на улицах ни души, ни машин, ни людей, где-то вдалеке стреляют - и только крысы, очумевшие и почувствовавшие себя хозяевами, перебегают от здания к зданию. Мой друг-журналист, с которым вместе в январе 1990-го я работал в Бухаресте, очень образно охарактеризовал то время, вернее, тот драматичный исторический эпизод, которое тогда переживали Румыния и румыны: "Час крысы". За свободу обычно приходится платить очень высокую цену.