Оригинал материала
"Восточный экспресс" тронулся
В Таджикистане, где уровень нищеты зашкаливает, а безработные исчисляются сотнями тысяч, на Россию продолжают смотреть, как на кормилицу и спасительницу. Несмотря на то, что многие трудовые мигранты плохо владеют русским языком и часто подвергаются насилию со стороны милиции и местного населения, по неофициальным данным, более миллиона граждан республики добывают свой кусок хлеба в бывшей метрополии. Сегодня трудно найти в Таджикистане дом, откуда бы не отправился на заработки в Россию сын, брат, муж или жена. И худого слова от этих людей о России не услышишь.
Своих попутчиков я нашел в холле железнодорожного вокзала Душанбе. Помогли отзывчивые кассирши. Узнав, что я и мой коллега Александр Кулыгин планируем совершить путешествие на поезде Душанбе-Москва, они решили облегчить нам задачу. Пока очередной клиент приобретал билет на конкретное число, инициативные женщины искусно задерживали процесс оформления проездного документа и оперативно созванивались со мной. Где бы я ни находился - город Душанбе небольшой - через пятнадцать минут я оказывался у железнодорожных касс и знакомился с будущими героями репортажа. Уговорить их принять участие в проекте было не сложно. Таджики народ открытый, контактный и любят сниматься в кино. Таким образом за пару-тройку дней я нашел себе четверых попутчиков, троих мужчин и одну женщину, которые, как и я, стали пассажирами поезда Душанбе-Москва.
Для сотрудниц Таджикской железной дороги поездка земляков в Россию - это повод для тревог и переживаний.
"Когда пассажир приобретает билет на Москву, в глазах у него чувствуется какая-то тоска", - делится своими впечатлениями старший билетный кассир Мавлюда Абдуллаева. "И вот иногда, даже у нас, на глаза наворачиваются слезы, когда мы смотрим на них. Найдут ли они там работу, как они там будут жить, вернутся ли, самое главное, живыми и здоровыми...". У самой Мавлюды Абдуллаевой в Москве учится сын, за которого она, мягко говоря, беспокоится и звонит ему чуть ли не каждый день.
Прошальный ужин в кишлакеКишлак Катаган, расположенный в пригороде Душанбе, - типичная таджикская глубинка: глиняные дувалы, разбитые дороги, косые переулки, наспех сколоченные из фанеры и картона прилавки с ширпотребом. Кирпичные дома - редкость, в основном, крытые серым шифером мазанки. 28-летний дехканин Умед, наш первый герой, с которым мы познакомились на вокзале, встретил нас у местной мечети и провел по кривой дорожке в свой двор, полный зелени, цветов и фруктовых деревьев. На деревянном топчане уже собралась почти вся его родня: мать, тетя, братья, племянники и даже соседи. Завтра Умед в очередной раз покидает отчий дом, едет на стройку в Сочи, но настроение у парня - далеко не праздничное.
«Если бы не нужда, разве поехал бы в Россию? Лучше здесь работать, чем так далеко от дома, родителей и жены"
«Грустно, вынужден ехать…», - берет он на руки свою годовалую дочь Замиру, которая испуганно смотрит на незнакомых людей с камерой и микрофонами. «Если бы не нужда, разве поехал бы в Россию? Лучше здесь работать, чем так далеко от дома, родителей и жены".
Родители Умеда Рахимова решили отказаться от помпезных проводов, ограничились скромным семейным ужином. Мать испекла в дорогу лепешек, жена сварила десяток яиц и еще набила сумку супами «Доширак» - вот и весь продовольственный запас на четыре дня. В целях экономии прощальную молитву прочитал не приглашенный мулла из мечети, а племянник Умеда, 15-летний Алишер, пока еще школьник. А в перспективе, через пару лет - тоже гастарбайтер.
Несмотря на то, что Умед работает в России с 12 лет, каждый раз, когда он покидает родной дом, его мать, школьная учительница Фируза Рахимова, волнения не скрывает.
Умед и его мама Фируза"Только недавно женили его", - кивком указывает она в сторону дома, из окна которого выглядывает совсем юная девушка. Эта жена Умеда - Рухшона. "Неизвестно, что с ним там будет. И жена переживает: будет у него работа или нет?"
Волнения Фирузы передались и многодетной соседке Сайри. Все шестеро ее сыновей находятся в России. В отличие от Фирузы, которая, конечно же, довольна своим заботливым сыном Умедом, Сайри на своих детей серьезно обижена.
"Мои сыновья уехали несколько лет назад, - жалуется она нам. - От них - ни слуху, ни духу, ни денег. Я тут от переживаний совсем слегла с больным сердцем. Жены двоих моих сыновей, не дождавшись мужей, ушли из дома вместе с детьми. А это позор! Даже не знаю, как жить дальше…".
Аксакал ГафарЗа день до отъезда в Москву мы с моим коллегой, оператором Александром Кулыгиным, успели побывать в гостях и у других наших героев. Житель пригородного поселка Сомони, бывший тренер по дзюдо 57-летний Мухаммед Али свой отъезд в Москву отметил в кругу старейшин. Он приготовил плов и позвал на угощение стариков из мечети. Как обычно, первое слово взял самый старший из них, 80-летний Абдугафар.
"Я хочу, чтобы их хорошо приняли, - произнес старик. - Пусть не будет милицейского беспредела. Это же круговорот. Завтра, к примеру, русские вновь вернутся в Таджикистан, еще вчера они были здесь. Теперь - наша очередь ехать туда. Надо помочь нашим детям".
Мухаммед Али слушал гостей долго и, когда они ушли, вышел во двор. Он выглядел несколько уставшим и задумчивым. В Москве он собирается работать на знаменитом Черкизовском рынке.
Мухаммед Али"Надеюсь увидеть там живыми и здоровыми своих сыновей", - Мухаммед Али специально переоделся для съемок в кимоно, чтобы продемонстрировать, как он тренируется с младшими сыновьями. Все они занимаются дзюдо. "Но, если вы думаете, что я испытываю страх, то сразу скажу вам, что никого и ничего я не боюсь. Боюсь только одного Бога. Я ведь в Россию езжу с того момента, как распался Советский Союз, я через все прошел. И тележку таскал, машину водил, и грузчиком подрабатывал на Черкизовском рынке".
Другие мои попутчики - сельский учитель Джамшед Набиев и повариха Гуля Вахитова - также провели последний день дома среди родных и близких. Эти картины прощания мало чем отличаются друг от друга. Семейный ужин, вечерний намаз, советы старших и волнения отъезжающих.
Джамшед НабиевСорокалетний Джамшед, отец троих детей из кишлака Дукони, едет в Брянск, работать на стройке. Тридцатипятилетняя Гуля, мать четверых детей, держит путь в подмосковное Орехово-Зуево, где уже несколько лет работает шеф-поваром в ресторане. Все мои герои ровно в полночь собрались на вокзале, чтобы, пройдя таможню и пограничников, сесть в поезд «Душанбе-Москва». Впереди - четырехдневный путь через Узбекистан, Туркмению и Казахстан. Конечная точка - Казанский вокзал.
Репортаж второй."Восточный экспресс": Узбекистан
Репортаж третий."Восточный экспресс": Туркмения
Репортаж четвертый."Восточный экспресс": Казахстан
Репортаж пятый. "Восточный экпресс": РоссияДушанбе-Москва