Огненный реквием

Автор программы Марио Корти

Dies irae (Cherubini)

Я давно хотел сделать передачу о Реквиеме - сравнить Реквиемы разных композиторов. А по какому поводу - спрашивали мои коллеги? Как правило, для передачи нужен повод - информационный ли, годовщина, и так далее. Я долго искал повода и нашел его случайно. Я пошел в музыкальную библиотеку Радио Свобода. Дайте мне "Реквиемы", все, кроме Моцарта и Верди. "Кто умер" - спросил хранитель. "Каждый день кто-то умирает" ответил я. Вот вам готовый повод - каждый день, каждую секунду, кто-то умирает. По нему играют "Реквием".

Dies irae

В музыкальной библиотеке оказались Реквиемы Фукса, Зеленки, Томашека, Дубравского, Берлиоза, Руттера, Хауэлльса, военный Реквием Бриттена и немецкий Реквием Брамса. У меня дома есть Реквиемы Антонио Лотти, Франческо Дуранте, Михаэля Гайдна, Лукези, Госсека, Чимарозы, Паизиелло, Сальери, Керубини, Форе. И, разумеется, Верди и Моцарта.

Еще оказалось странное сочинение современного бельгийского композитора по имени Николас Ленс. Взял в руки компактный диск и свернул с дороги. О Реквиемах разных композиторов на традиционный литургический текст католической церкви - в другой раз. На этот раз я познакомлю вас с Реквиемом под названием "Flamma Flamma. Огненный Реквием". Перевод с латыни - мой.

Пламя пламя
похищенное у солнца и звезд
Смелых свет
Пыл любви
Чтоб душу освободить
Чтоб победить мрак
Тебя освящаем

Flamma Flamma

Вы догадались. Это не традиционный Реквием, и текст, хотя и латинский, не обычный. В сочинении Ленса использованы разные стили и жанры, от рока, от музыки ренессанса до - как любят говорить сегодня - этнической музыки и World music. Признаюсь - я не знаю, что такое World music и этническая музыка. И знать особенно не хочется.

Исполняют шесть оперных певцов - сопрано Claron McFadden, меццо-сопрано Laverne Williams, контр-тенор Gary Boyce, тенор Zeger Vandersteene, баритон Henk Lauwers, басс Marcello Rosca, хор Бельгийского Радио и Телевидения; певицы из ансабля "Тайна болгарских голосов" - Надька Караджова, Анастассия Костова, Кера Дамьянова; ансамбль традиционных инструментов - флейта, гобой, английский рог, труба, четыре скрипки, ударные; а также электронные клавиши, другие электронные иинструменты и, опять-таки, инструменты, называемые сегодня этническими.

Покрывайте зерала
Умер отец
Ненавидим и любим его
Чью кровь и имя
Носим без утешения
Покрывайте зеркала
Лицо отца
как маску нашей смерти
как шрам жизни
носим без утешения

Tegite specula

Автор этого языческого Реквиема - бельгийский писатель и дипломат Херман Портокарреро - так объясняет задачу, которую он и композитор Николас Ленс себе поставили.

"Задача состояла в том, чтобы написать работу, которая по своему замыслу и структуре приблизилась бы к латинскому Реквиему, но была в то же время скорее нерелигиозной, более светской и магической по содержанию. Мы решили, что лучше всего употреблять латынь. Во-первых, потому что латынь передает некий мистицизм, что естественно соответствует нашей задаче. Во-вторых, потому что латынь, как ни парадоксально, с одной стороны язык мертвый, а с другой универсальный. Латинский текст способен выразить эмоции, совершенно противоположные религиозным чувствам традиционных текстов Реквиема. Контраст здесь вопиющий. Кроме того, с точки зрения автора, крайняя лаконичность и потенциал латинского языка в смысле understatement, недосказанности, являются в то же время и вызовом и огромным преимуществом, особенно когда речь идет о глубоко эмоциональной теме. И, наконец, потому что латынь с ее крепкой "костистой" структурой звучит прекрасно".

Агнец пречистый
Белоснежный
Нож в горле твоем
Да не поколеблется
Ударь жрец
И пусть хлынет кровь
Из дымящего нутра
Как пламя
Как солнце из мрака

Agnus Purus

Реквием Ленса состоит из 14-и номеров: Hic iacet 1 и 2 - Здесь лежит; Sumus vicinae - Мы соседки; Tegite specula - Покройте зеркала; Complorate filiae - Плачьте дочки; Vale frater - Прощай брат; Amice mi - Друг мой; Corpus inimici - Тело противника; Deliciae meae - Сладкая любовь; Flamma Flamma - Пламя пламя; Ave ignis - Здравствуй огонь; In corpore - В теле; Agnus purus - Агнец непорочный; Ardeat ignis - Гори огонь.

Кто знает, какие мысли бушуют в головах присутствующих на похоронах? Соседки стоят у гроба - "Смотри, красиво, как лежит. Будто спит".

Мы соседки
Красиво как лежит
Будто спит
Кому льют вино
Горе вдове
Горе детям
Оторви свой зад женщина
Здесь сижу я
Дайте мне вино
Горе вдове
Горе детям
Простыня истрепанная
Стерва даже
Кольцо его
да зуб золотой стащила
Горе вдове
Горе детям
Укус любовника
на шее старой шлюхи
Она благоухает
А он уже смердит
Горе вдове
Горе детям

Sumus vicinae

Здравствуй огонь очищающий
Здравствуй огонь искупающий
Весь мир заполняешь
И движешь им
Исполнь небо
Пыла твоего

Ave ignis

Структура "Огненного Реквиема", как указал автор текста, каким-то образом подражает схеме траурной заупокойной мессы. Это становится явным особенно в номерах In corpore, Agnus purus и Ardeat ignis. В тексте Портокарреро, в отличие от литургического Реквиема, не забота о спасении души, не страх перед страшным судом, не молитва о покое дущи, не мольба о прощении грехов, а светские чувства, первородные эмоции, те слабости нашей человеческой природы, которые и перед смертью не стыдятся. Внутренний бес, который берет верх, мрак внутри, побеждающий свет - ненависть к покойному, сплетни, граничащие с кощунством. Кто не видел фильмов о мафии, показывающие присутствие убийц на похоронах убитого, на лице маска скорби, на душе злорадство. "Тело противника / оплевываю / Ненависть была как пламя / А жизнь моя / Пусть будет возмездием"

И в то же время это светлое сочинение - Libera ardor sacer animam (Освободи пыл священный душу).

Ardeat ignis

Здесь лежит тело
Тюрьма души
Еще растут
Волосы и ногти
Колесо жизни и смерти
Все крутится одинаково
Светит и портит солнце
Живет и умирает плоть
Неси цветы сестра
Чтоб запах мертвых
Живых не будоражил
Бросай камни брат
Чтоб гриф танцующий
Гроб не осквернил
Здесь лежит тело
Тюрьма души
Вещество вселенной

Hic Iacet

Композитор Николас Ленс искал вдохновения у огнепоклонников, которые все еще бытуют в отдаленных углах земного шара. Вместо канонической скорби - спокойное принятие смерти как естественное явление - смерть во плоти, смерть как центр и пик жизни. Как заявляет композитор: "Для меня, то, что делает жизнь выносимой, так это уверенность в том, что я иду навстречу кончине, потому что признание этого факта единственный путь безоговорочно и свободно получать удовольствие от жизни". И надо отдать ему должное: он не использовал тему "Dies irae" из григорианского, католического "Реквиема" для создания своих варварских эффектов, как это делали, например, Камиль Сен Санс в своей Dance macabre или Франц Лист в "Totentanz".

Deliciae meae

Мой сладкий
Твоя прелесть
Даже смерть побеждает

Последний раз помою
Твое нагое тело
Моими слезами

Костер гореть не может
Выше пламени
Любви моей

Ненавижу гробовщиков
Которым разрешено тебя трогать
Я им завидую

После меня
Ни один любовник
Кроме смерти
Тебя познает

В первой части я говорил, что сочинение Николаса Ленса - которое, кстати, было впервые исполнено в католическом костеле в городе Мехелен, в Бельгии - граничит с кощунством. Может быть, это и не так. Для контраста я прощаюсь с отрывком из традиционного Реквиема. Здесь надежда на прощение, на спасение души вопреки тяжести греха: "Ты, который простил Марию / и выслушал разбойника / подал надежду и мне". Прелесть этой части из Dies irae Джузеппе Верди в том, что ее исполняет шведский тенор Jussi Biorling, один из лучших певцов двадцатого века. Радио Свобода. Огненный Реквием. С вами прощается Марио Корти.

Ingemisco