Оптимизм дна или дно оптимизма

Объем промышленного производства в России в феврале сократился на 13,2% к уровню февраля прошлого года, но в сравнении с предыдущим месяцем он вырос, сообщила Федеральная служба статистики. Эксперты, отмечая, что в феврале рабочих дней в России все-таки было на треть больше, чем в январе, тем не менее, уже предсказывают начало постепенного восстановления промышленности страны. Об этом в интервью Радио Свобода рассказал заместитель директора Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозированияВладимир Сальников:

– Как мы и предсказывали приблизительно месяц назад, промышленность оттолкнулась от достигнутого в январе дна и начала восстанавливаться. И темпы восстановления оказались весьма неплохими. Спад в 13,2% еще нужно скорректировать на то, что февраль прошлого года был високосным. С учетом этого глубина спада уменьшилась приблизительно до 10% против 16% в январе – то есть, практически в полтора раза. И это, конечно, очень неплохой результат.

– С чем он связан?

– С тем, что перестали действовать те краткосрочные негативные факторы, которые обусловили шоковый провал в конце прошлого и в начале нынешнего года. Речь идет, прежде всего, о накоплении тогда избыточных с точки зрения текущего уровня спроса запасов, о резком росте неопределенности с динамикой рынков, и, кроме того, о девальвационных ожиданиях. То есть в этих условиях в январе мало кто занимался реальным производством, все были озабочены другими делами. Сейчас ситуация стабилизировалась.

– Если рассматривать российскую промышленность по отдельным составляющим, какие из них в феврале показали наилучшие и наихудшие результаты?

– В принципе, в большинстве секторов отмечается восстановление, а в производстве пищевых продуктов даже зафиксировано превышение уровня февраля прошлого года – если скорректировать показатели на этот один високосный день. Но есть сегменты, которые не почувствовали улучшения и там спад остался на уровне января или даже несколько углубился. В первую очередь это касается производства строительных материалов, производства грузовых автомобилей (это, прежде всего, проблемы "ГАЗа") и производства мебели. Это наиболее крупные сегменты, где ситуация ухудшилась.

– Можно ли ожидать дальнейшего замедления спада в российской промышленности?

– Мы рассматривали и пока продолжаем рассматривать январь как локальное дно, которое, действительно, пройдено. И восстановление, по-видимому, будет. Но здесь есть два момента: насколько быстрым будет это восстановление, и не прервется ли это восстановление к середине года – не получим ли мы какое-то новое сжатие?

Ответы на эти вопросы зависят от двух факторов. Внешний фактор – это состояние мировой экономики и мировых сырьевых рынков. До тех пор, пока будет сохраняться хотя бы та ситуация, которая наблюдается сегодня, можно быть небольшими оптимистами. Если же произойдет какое-то резкое дальнейшее ухудшение ситуации, то Россия неизбежно так же это почувствует.

Второй фактор – внутренний. Он связан с тем, что будет происходить с кредитами реальному сектору, с кредитным сжатием, которое сейчас имеет место, и с ростом дороговизны кредитных ресурсов. То есть ситуация пока сложная – понятно, что простых и легких решений здесь нет.

– В целом насколько по итогам года может сократиться в стране объем промышленного производства?

– По итогам года мы пока не пересматривали наш прогноз, поскольку не видим для этого оснований. Пока все складывается так, как мы ожидали. То есть, от 5% до 7% спада промышленного производства, по-видимому, будет зафиксировано.