Оригинал материала
Не дать себя съесть
Радует то, что граждане начинают об этой схеме догадываться – как, впрочем, и те, кто принимает такие решения. Тут стартуют игры на опережение. Наши экологические права – не исключение. Здесь выражение "рубить сук, на котором сидишь" принимает почти буквальное значение. 26 декабря 2011 года было подписано постановление о добыче никеля в аграрном Черноземье – без каких-либо стратегических социально-экологических и экономических оценок, без консультаций с местным населением. Это предновогоднее решение почти сразу же сдетонировало и понятным образом вызвало в Прихоперье то, что мы наблюдаем уже два года. 26 же декабря, год спустя, Московская городская дума приняла в первом чтении поправки в Градостроительный кодекс Москвы, ограничивающие права москвичей в отношении публичных слушаний.
Когда жители столицы с помощью независимых муниципальных депутатов и Facebook узнали, что без учета их мнения теперь будет можно застраивать и сдавать в аренду любые территории – даже особо охраняемые, произвольно прокладывать магистрали сквозь жилые кварталы и так далее – они, несмотря на праздники, атаковали Думу обращениями. Помню, как я пришла с жалобой в Мосгордуму: в холле было не протолкнуться, толпились граждане вперемежку с муниципальными депутатами – такой "Оккупай МГД". Тогда москвичам удалось отстоять свои конституционные права на благоприятную окружающую среду (42-я статья) и на участие в управлении делами государства (статья 32) – и не дать принять поправки.
Предпраздничные дни – 2013 принесли новые неприятности. 18 декабря, невзирая на большой общественный резонанс, поднятый, в частности, общественной кампанией "Гринпис", и десятки тысяч подписей под петициями протеста, Государственная дума приняла законопроект №97705-5 "О внесении изменений в Федеральный закон "Об особо охраняемых природных территориях" и некоторые законодательные акты Российской Федерации". Этот закон может нанести серьезный удар по правовой защите заповедников и привести к разрушению уникальных природных мест, которые и без того существуют в ситуации постоянной угрозы.
Если объяснить просто, то в ближайшие два года любой заповедник может быть преобразован в национальный парк, на территории которого могут построить так называемые "объекты туристической индустрии". Чем это грозит в условиях коррупции и частых "любовных" отношений местной власти и бизнеса, мы себе представляем. При этом заместитель главы Минприроды Ринат Гизатулин дает противоречивые комментарии в защиту этого закона: например, о том, что "во многих заповедниках живут люди, находятся города, но из-за жестких законодательных рамок жители не имеют права даже построить дом".
При этом из всех подведомственных Минприроде заповедников только один – "Столбы" в Красноярском крае – находится рядом с городом. Также непонятно, как уживаются две реалии, о которых заместитель министра говорил журналистам: "Во многие заповедники уже давно пришел бизнес, освоены туристические маршруты", но при этом "разговоры о повальной коммерциализации особо охраняемых природных территорий "не соответствуют действительности". Эти и другие противоречия отмечены в блоге "Гринпис".
Это только один из случаев, когда принимаемые законы лоббируют интересы крупного бизнеса и разных хозяйствующих субъектов, но далеко не интересы природы и местного населения. Под самый Новый год, 31 декабря 2013 – еще один "подарочек": в Госдуму внесен законопроект, ограничивающий право граждан знакомиться с планами строительства железнодорожных и автомобильных дорог, трубопроводов, ЛЭП, линий связи и так далее, позволяющий вести строительство без предварительных публичных слушаний. Это законопроект №391826-6 "О внесении изменений в статью 46 ГК РФ и статью 28 ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" (об исключении необходимости проведения публичных слушаний в случае подготовки документации по планировке территории для размещения линейных объектов).
По мнению экспертов, эти поправки противоречат Конституции, идут вразрез с поручениями тогдашнего президента Дмитрия Медведева на заседании Госсовета в июне 2011 года, противоречит нормам как российского, так и международного законодательства. А на практике они чреваты повторением конфликтов, которые мы наблюдали при строительстве трасс через Химкинский, Цаговский и другие, менее известные российские леса. Активная общественность быстро сорганизовалась и, несмотря на каникулы, направила председателю Комитета Госдумы по федеративному устройству и вопросам местного самоуправления Кидяеву отзывы на этот законопроект. На днях я получила ответ (среди адресатов было приятно увидеть много знакомых фамилий): на заседании комитета принято решение не поддерживать законопроект и рекомендовать Госдуме отклонить его в первом чтении.
Зная нравы "бешеного" принтера, легко сделать вывод: такой ответ означает, что бдительность гражданам терять не стоит. К чему приведут все эти процессы, обостряющиеся под Новый год? К тому, что мы получим еще больше "горячих" экологических точек, еще больше битв по всей стране, подобных битве на Сорокинском поле при реке Хопёр. Не так давно на встрече экологов, посвященной общественному экоконтролю в условиях деэкологизации законодательства, оказался представитель ферросплавного завода, который красноярцы в ходе долгой жесткой борьбы не дали развернуть в своем городе. Он стал приводить в пример борьбу на Хопре – мол, нельзя же доходить "до такого экстремизма", как 22 июня на Сорокинском поле.
Пришлось напомнить ему: тогда местным жителям пришлось самостоятельно убирать незаконный забор, "захватывающий" чужие участки, ибо никто из ответственных лиц его не трогал, несмотря на постановление полиции снять ограждение до 7 июня. И не хочет ли этот представитель большого бизнеса спросить об обострении ситуации на Хопре у губернатора Воронежской области Гордеева, который многократно обещал не допускать работ на никелевом месторождении, если население будет против? Почему следующим действием местной власти, после этого заявления главы области, стал отказ в проведении районного референдума?
Итак, к чему все это приведет? Наверное, теперь вместе с 42-й статьей Конституции о праве на благоприятную окружающую среду и информацию о ее состоянии активные граждане все чаще будут вспоминать и статью 58 о том, что каждый обязан сохранять природу (вкупе с 59-й статьей – об обязанности защищать Родину). И статью 3 придется вспоминать, где написано: народ осуществляет свою власть непосредственно. А органы государственной власти и органы местного самоуправления, которые идут в этой статье в пассаже "а также", уже непонятно кого представляют.
Во всем этом законодательном апокалипсисе есть то, что если не радует, то хотя бы внушает надежду. Многие мои знакомые, ранее далекие от гражданского активизма, уже начинают напрягаться. Они увидели, что некогда абстрактная для них власть своими свежими решениями начинает подступать к их домашним очагам. Думаю, это должно нас сделать быстрее, злее, умнее и дружнее – чтобы не дать себя съесть по кусочкам.
Татьяна Каргина – директор по развитию движения ЭКА, участник движения "В защиту Хопра"