Оригинал материала
Сарай вместо дворца
Cайт NEWSru.com сообщает о том, что Сотрудники правоохранительных органов в ближайшем будущем перестанут заниматься обеспечением безопасности на стадионах во время футбольных матчей. Об этом сообщил директор по безопасности Российской футбольной премьер-лиги (РФПЛ) Александр Мейтин.
"Нам необходимо перенимать европейский опыт, где обеспечением безопасности на стадионах занимаются службы стюардов. Мы работаем с представителями полиции в этом направлении", – цитирует "Интерфакс" заявление Мейтина, сделанное им в понедельник на пресс-конференции в Петербурге.
Чиновник РФПЛ сообщил, что удалось достичь договоренности о том, что представители полицейских спецподразделений, таких, как ОМОН, не будут привлекаться для поддержания правопорядка на стадионах. "Такой опыт уже есть. На прошедших матчах в Ростове и Нижнем Новгороде сотрудники ОМОН были выведены за пределы стадиона, что положительно сказалось на атмосфере на трибунах", – добавил он.
Привлекать сотрудников правоохранительных органов для обеспечения безопасности на стадионах в будущем планируется в исключительных случаях и на платной основе, в остальное время, по его словам, поддержанием порядка должны будут заниматься стюарды и лицензированные охранники, которых нанимают футбольные клубы.
В свою очередь, заместитель генерального директора по безопасности ФК "Зенит" (Петербург) Юрий Федотов подчеркнул, что в Петербурге безопасность на стадионе "Петровский" давно обеспечивают стюарды. По его мнению, главное при проведении футбольных матчей – грамотно провести предварительную работу, инструктажи как с представителями фанатских движений, так и правоохранительных органов.
Каждый раз, когда на стадионах возникают беспорядки, это свидетельствует о том, что конкретные представители полиции не смогли правильно оценить оперативную обстановку
"Каждый раз, когда на стадионах возникают беспорядки, это свидетельствует о том, что конкретные представители полиции не смогли правильно оценить оперативную обстановку", – подчеркнул Федотов.
Он призвал представителей клубов, которые не имеют опыта в организации матчей в премьер-лиге, перенимать опыт команд из Петербурга, Москвы, Казани и проводить совместные мероприятия.
* * *
Обозреватель газеты "Спорт-Экспресс" Елена Вайцеховская подподит итоги завершившегося в Шанхае чемпионата мира по водным видам спорта.
Когда первые четыре дня плавательного турнира были позади, всех российских журналистов, аккредитованных на чемпионате мира, собрал президент российской федерации плавания Владимир Сальников. Некогда выдающийся спортсмен не скрывал, что крайне недоволен общим тоном публикаций. Журналистам он сказал: "Пока идет бой и у каждого спортсмена есть хоть один заплыв в запасе – надо дать им выступить. Считаю, что абсолютно некорректно делать какие-то выводы уже сейчас".
Чемпионат завершился. Поэтому позволю себе порассуждать.
В главном бассейне чемпионата произошло еще одно событие с громадным знаком "минус": российская мужская комбинированная эстафетная команда не попала в финал, причем случилось такое впервые за всю историю чемпионатов мира.
За восемь дней Россия завоевала в плавании 4 медали. Из них одну золотую. Понятно, что медали Анастасии Зуевой и Юлии Ефимовой скрасили картину в достаточной степени: они как минимум позволяют говорить, что чемпионат получился не столь уж провальным – случались в истории российского плавания и менее удачливые в плане медалей выступления.
Кроме Зуевой и Ефимовой в Шанхае за Россию выступали 30 спортсменов. В полуфиналах – за исключением наших "медальных" девочек – плыли 9 человек. В финалах – четверо.
Винить спортсменов в столь плачевном выступлении бессмысленно. Они старались как могли. Не попавших в финал девочек из эстафеты 4х200 м вольным стилем впору было откачивать прямо на бортике. Сергею Фесикову, прошедшему вчерашний предварительный этап в комбинированной эстафете с чудовищно слабым для себя временем, стало плохо в тренировочной ванне. Причем до такой степени, что руководству сборной команды было предложено отвезти парня в больницу.
Другими словами, команда честно умирала на своих дистанциях, карабкаясь из последних сил. И то, что это явление было массовым, достаточно красноречиво свидетельствовало о каком-то глобальном просчете. И абсолютной недееспособности существующей системы подготовки на всех ее уровнях.
В плавании ведь, как и в любом другом циклическом виде спорта, не бывает чудес – если, разумеется, исключить чудеса фармакологического характера. Для того чтобы подниматься на пьедестал тех или иных соревнований, надо за год до этого как минимум плыть в финалах.
Сказать, что российские спортсмены на это не способны, я не могу. Ну да, причин для провала в Шанхае сошлось множество: просчитались с пиком формы, не сумели грамотно подойти к чемпионату, недооценили прогресс соперников, не сумели уже в ходе соревнований решить вопросы восстановления и так далее. Говоря о команде, Сальников неоднократно упоминал о некоей ультрасовременной лаборатории, которая должна дать руководителям российской комплексной научной группы (КНГ) ответы на все вопросы. Но вот что удивительно: руководитель КНГ Сергей Колмогоров работает со сборной России с 1992 года – с Олимпийских игр в Барселоне. А сейчас мы вынуждены констатировать, что почти за 20 лет нам, например, не удалось наработать опыта даже в такой области, как акклиматизация спортсменов.
Получается грустная картина: либо Колмогоров не очень хорошо разбирается в том, что составляет его профессию, либо его мнение просто никем не принимается в расчет.
После отмены скоростных полиуретановых плавательных костюмов многие тренеры отметили даже такой вроде бы незначительный факт: у большинства сильнейших пловцов значительно изменились фигуры – они стали совершенно иначе выстраивать силовую подготовку на суше. Это – вопрос изменившихся тренировочных методик. Которых у нас либо нет, либо российские тренеры не считают нужным ими интересоваться.
Главный тренер Андрей Воронцов – отдельная грустная история. Место это он занял честно, выполнив, что называется, все критерии отбора: заявился в конкурсе и выиграл его. То, что в конкурсе больше никто не участвовал, – это другой вопрос. Будь иначе, кого-нибудь наверняка насторожил бы факт, что Воронцов, проработавший 10 лет в Англии, рассылал свои резюме по всем вакансиям в процессе специального конкурса по набору тренеров, который англичане объявили под программу Игр-2012. И по большинству позиций его даже не включили в число соискателей.
За три года работы Воронцову так и не удалось заработать в команде авторитет. То, что его не любят и не уважают спортсмены, – это полбеды. Беда в том, что главного тренера не принимают всерьез те, кто его назначал.
На совести Воронцова в этом сезоне – поначалу объявленные и вроде бы достаточно четкие критерии отбора, а затем комплектование команды с нарушением этих критериев на каждом шагу. Одно это усилило в команде обстановку полного недоверия руководителю. Когда перед самым чемпионатом мира Воронцов объявил, что отчисляет из состава Аркадия Вятчанина за то, что тот так и не выполнил норматив в ходе летних турниров, все расценили это однозначно – как сведение счетов. Потому что норматив "А" международной федерации плавания, позволяющий стране выставить в Шанхае на дистанции 200 м на спине двух спортсменов, Вятчанин на чемпионате страны выполнил. То, что не выполнил нормативы федерации – так их не выполнила куча людей, что с того?
Разъяснения, которые главный тренер давал в ходе чемпионата журналистам по поводу проблем, сорвавших заблаговременный приезд команды на акклиматизацию, выглядели абсолютно нелепо. Потому что оставляли лишь две версии: либо тренер не находит в себе сил признать, что для своевременного бронирования мест были просто пропущены все сроки, либо он искренне полагает, что вся Юго-Восточная Азия – это Сингапур, Пекин, Шанхай и Владивосток. И что в Сингапуре имеется всего один закрытый 50-метровый бассейн, а остальное – джунгли со свирепствующей лихорадкой денге.
На встрече с журналистами в Шанхае почему-то не Воронцов, а первый вице-президент российской федерации плавания Виктор Авдиенко вдруг стал рассказывать, что не понимает, с какой стати болельщики ждут каких-то серьезных результатов от серебряного призера Олимпийских игр Данилы Изотова. Авдиенко сказал, в частности, следующее:
– Год назад я сам говорил сотрудникам КНГ: покажите мне хоть одного спортсмена в мире, который выигрывал бы 200 метров вольным стилем, не плавая 400. Когда в призеры попадали такие люди? Для того чтобы завоевывать медали, нужно работать совсем на другом уровне. Существуют определенные модели, мы их знаем. Ни для меня, ни для специалистов секрета в этом нет.
Тоже странно, не правда ли? Если секрета нет, то почему сборная так бездарно плывет? Допустим, первый вице-президент не считает правильным вмешиваться в работу главного тренера – за такую позицию чиновника можно только похвалить. Но почему тогда именно Авдиенко позволяет себе в ходе вот уже второго мирового первенства устраивать в присутствии главного тренера командный "разбор полетов" в таких тонах, что спортсмены и тренеры после этого полночи не могут заснуть?
Так было на чемпионате мира в Риме, так повторилось и в Шанхае.
Мне кажется, что из спортсменов и тренеров никогда не получится вырастить звезд или хотя бы уверенных в себе людей, если постоянно унижать их и запугивать. Именно это, по рассказам ваших тренеров, происходит в российской сборнойГуляя с утра по городу в заключительный день чемпионата, я встретила известного в прошлом пловца, а ныне тренера южноафриканской команды Игоря Омельченко.
– Мне кажется, что из спортсменов и тренеров никогда не получится вырастить звезд или хотя бы уверенных в себе людей, если постоянно унижать их и запугивать, – сказал он. – Именно это, по рассказам ваших тренеров, происходит в российской сборной.
Тоже ничего странного: если у руководителей нет авторитета, остается только держать подчиненных в страхе. Угрожать лишением денег, например.
В ноябре прошлого года Авдиенко сказал мне в интервью:
– Меня сейчас часто спрашивают: почему в российском плавании вот уже почти полтора десятилетия нет олимпийского чемпиона? Да потому что тренеры занимаются всеми делами одновременно. Решают бытовые вопросы, пытаются пробить какие-то дополнительные стипендии. Но не понимают главного: для того чтобы сделать золотую олимпийскую медаль, тренер и спортсмен должны, во-первых, стопроцентно доверять друг другу, а во-вторых, отбросить все второстепенное и на определенный период полностью посвятить себя одной цели.
Тренер был совершенно прав, но почему-то он забыл о другом: и он сам, и Сальников в своих нынешних должностях – обслуживающий персонал. Люди, чья главная задача сводится как раз к тому, чтобы их тренеры, во-первых, захотели отбросить все второстепенное и посвятить себя единой цели, а, во-вторых, получили для этого все условия.
О том, что российские пловцы сейчас не испытывают недостатка ни в чем, тоже неоднократно говорилось в Шанхае. Собственно, это ни для кого не новость: на недостаток средств российские спортивные федерации перестали жаловаться отнюдь не сейчас, а еще на этапе подготовки к Играм в Афинах. Уже тогда финансовые проблемы в олимпийских видах спорта исчезли практически полностью.
Сейчас денег стало не в пример больше. Есть возможность проводить сборы в любой точке мира, есть возможность приглашать к себе лучших иностранных врачей, тренеров. Людей, умеющих добиваться результата, а не просто осваивать деньги, исправно информируя тех, кто эти деньги дает, о мифических олимпийских медалях.
Может быть, пора задуматься именно об этом?
Иначе нам и через год придется вспоминать старую истину: если бездарному архитектору дать много денег, то построит он в лучшем случае очень большой сарай...
* * *
Главный редактор "Радио Спорт" Николай Яременко в газете "Московский Комсомолец" делится опасениями, что Россия может потерять право на домашний чемпионат мира.
Первое, что пообещал Сергей Фурсенко в момент избрания главой РФС, — это победа сборной России на чемпионате мира в 2018 году. Нынешний тренер сборной Швейцарии, знаменитый в прошлом футболист Оттмар Хитцфельд, комментируя это высказывание, заявил: гарантировать победу в 2018-м может только тот человек, что крепко связан с подпольными тотализаторами и пресловутой мафией.
Не будем кусать клеветника. Ну сказал, не подумав…
Речь о другом. С чем мы придем к тому, пока столь далекому первенству (дай бог, чтоб не потеряли его по дороге) рассуждать еще рано. Одно можно прогнозировать точно: в ближайшие годы нас ждет увлекательная борьба не на футбольном поле, а в тиши кабинетов — подковерное толкание локтями за право принять чемпионат в том или ином городе. Ведь список городов из заявочной книги и список городов, реально принимающих чемпионат, — не всегда одно и то же.
Собственно, уже началось… Рамзан Кадыров успел напугать мир заявлением о возможности провести игру-другую в Грозном. Затем глава Дагестана Магомедсалам Магомедов не исключил возможности проведения нескольких игр в Махачкале или Дербенте. (Выбор последнего города объясняется просто: это родина Сулеймана Керимова, основного спонсора местной команды "Анжи".)
По правилам ФИФА окончательный список городов должен определиться в 2013 году. Но ведь наши чиновники уже отличились, когда пообещали строить все стадионы (их 16), а за год-два до чемпионата понять, везде ли успевают в срок, и тогда, возможно, список подсократить. Дело вкусное: на 16-то стадионов спустить денег можно побольше, чем на 12 или 13…
Особенно умиляет откровенность обитателей спортивного олимпа. Министр спорта Виталий Мутко, тот самый, что годом ранее устным распоряжением запретил в своем министерстве "откаты и закаты", вышел в массы с новым обещанием: гарантирую, говорит, что распилов не будет!
Мне вообще нравятся подобные заявления. Это как если глава МВД издаст циркуляр с требованием от всех подчиненных с такого-то дня опираться в работе на действующее законодательство. Нравится мне и ставшая традиционной для чиновничества фраза "распилов не будет". Если это заявление транслировать по телевизору, надо закадровый смех включать.
Не знаю, каким будет талисман ЧМ-2018, но немалая часть слушателей "Радио Спорт" постоянно названивают в эфир с требованием утвердить в его качестве "веселую пилу".
Почему? Давайте последим за некоторыми словами и цифрами.
– Стоимость стадиона должна быть не более 10 миллиардов рублей. Одно посадочное место должно стоить 5,5 тысячи евро, — говорит Мутко. — На сегодня стоимость спортивной футбольной инфраструктуры в районе 105 миллиардов рублей… Распила не будет!..
Не знаю, откуда взялась цифра в 5500 евро за кресло. Зато знаю, что во время последнего чемпионата мира в ЮАР все стадионы, вместе взятые, стоили полтора миллиарда долларов (около 45 миллиардов рублей) — значительно меньше, чем у нас: наверное, на жаре цемент легче схватывается.
Итак, мы имеем 105 миллиардов рублей. В любые валюты можете для сравнения переводить сами. Все равно по затратам мы победим все прогрессивное человечество. У нас сметы растут быстрее, чем чужие дети.
Вспомним хотя бы, как в разы выросла смета на уже несколько раз перепроектированный "зенитовский" стадион в Санкт-Петербурге. Господин министр, правда, обещал больше ничего не перепроектировать — взять все и посчитать один раз. Чтобы смета не росла. Вот только цифра у меня, как говорится, не бьется. Если каждый стадион стоит по "десятке" миллиардов, то у нас выходит 10 с половиной стадионов. А их должно быть 12 или 13.
Тут, правда, на помощь приходит то обстоятельство, что пять стадионов в том или ином виде уже строятся на частные инвестиции. Плюс еще строительство в Сочи по программе Олимпиады-2014 и строительство стадиона в Казани, заложенное в программу финансирования Универсиады-2013. То есть выходит, что деньги нужны на 8 стадионов. Но откуда ж тогда 105 миллиардов? Если на тридцатипроцентное увеличение сметы, то с какой целью? Ох, сдается мне, свистит уже в чьих-то ушах "веселая пила"…
Конечно, деньги найдут, "распилят". Когда кончатся, попросят и "распилят" еще. Все будут довольны. Осталось только под веселящий аккомпанемент пилы не потерять само право на проведение чемпионата.
Вам это кажется невозможным? Отнюдь.
Предоставив право на проведение мирового первенства в 2010 году Южной Африке, ФИФА не скрывала, что во многом преследовала политические причины. Потом в течение нескольких лет судьба чемпионата висела на волоске: стадионы безбожно выбивались из графика строительства, проблемы безопасности гостей так и не были решены. Мировое сообщество почертыхалось, посчитало убытки от сворованного в отелях имущества и разбитых или украденных на улицах камер и вроде как тот чемпионат пережило.
Пережить Евро-2012 — задача, которая еще впереди. Украинская половина чемпионата будет для еврочиновников от футбола головной болью до финального свистка в последнем матче. Президент УЕФА Мишель Платини прямо это признал, добавив:
– Что мы можем сделать? Возможно, это было ошибкой, но мы им предоставили это право… Впрочем, надеюсь, что люди, приехав в Украину, прекрасно проведут время. И в отличие от чемпионата мира в ЮАР там будет теплая и праздничная атмосфера.
Минувшие полтора-два года в российском футболе стали слабейшими за десятилетие. Коррупция, проевшая наш футбол насквозь, замалчивание судейских скандалов, полная импотенция в работе с болельщиками…Когда глава УЕФА произносит слова про допущенную ошибку, у любого руки опустятся. Признаюсь, очень не хотелось бы такие чувства испытывать в 2015 году, в 2016-м, в 2017-м… Ты ждал этого чемпионата, сроднился с мыслью, что он пройдет в твоей стране, а из-за воровства, неспособности чиновников выполнить свои обещания судьба праздника — твоего праздника! — будет висеть на волоске.
Но вся логика, весь характер мыслей и набор поступков российского футбольного руководства, увы, показывают только одно: именно так, возможно, и будет. Работать на будущее, а не говорить о грядущих победах не получается.
Минувшие полтора-два года в российском футболе стали слабейшими за десятилетие. Коррупция, проевшая наш футбол насквозь, замалчивание судейских скандалов, полная импотенция в работе с болельщиками… Все это на фоне громко-бредовых заявлений не позволяет быть уверенным в судьбе чемпионата-2018.
Болельщики, опасаясь за свою жизнь и здоровье, отказываются посещать выездные матчи на Кавказе. Бананы скоро будут лететь на поле целыми связками, а бутылки и камни уже летят. На такой футбол не сходишь с ребенком. А слова руководства Российского футбольного союза о необходимости возрождать традицию семейных походов на футбол так словами и остаются. Оно лишь создает опереточные комитеты, комиссии да советы.
Глава РФС Фурсенко обвиняет прессу и болельщиков (то есть те два социальных института, которые еще способны говорить ему правду). Наши судьи увязли в коррупции — нас просят не относиться с излишней подозрительностью друг к другу. Число команд, играющих "странные" матчи, растет — нас просят смотреть футбол и получать от него удовольствие. Скандалы, связанные с болельщиками на трибунах, уже невозможно спрятать — нас просят опять "не нагнетать".
Число обиженных тем, что в борьбе за ЧМ-2018 победила российская заявка, немалое. И они постараются сделать все, чтобы показать мировому сообществу: в России царят дикость и расизм, нет гарантий безопасности для футболистов и болельщиков. Когда эти — обоснованные и неискореняемые — претензии к России достигнут критической массы, ФИФА уже не сможет их игнорировать.
Сначала еще можно было думать, что это в чьем-то воспаленном воображении рисуются апокалиптичные картины того, как злобные враги из зарубежья отбирают у нас честно купленный… сорри, завоеванный в честной борьбе чемпионат-2018. Но сейчас об этой проблеме говорят уже очень многие футбольные специалисты.
Владимир Перетурин так просто уверяет меня, что любой вариант, при котором у нас отберут мундиаль, будет для России благом, иначе все это закончится гигантским позором для страны. А депутат Госдумы Валерий Драганов, пусть и более осторожен в высказываниях (при этом он прекрасно осведомлен обо всем, что происходит в футбольном хозяйстве, так как годы работы в исполкоме РФС даром не проходят), тоже говорит, что определенные риски потерять право на проведение чемпионата все-таки стоит принимать во внимание.