Били. Бьют. И бить будут?

Вместе с Вячеславом Ярошенко в газете "Коррупция" работает корреспондент Радио Свобода Сергей Слепцов. Он рассказал, что Ярошенко подкараулили в подъезде вечером 30 апреля и нанесли несколько ударов в висок. Журналист был доставлен в больницу, где ему сделали операцию. Сейчас Вячеслав находится в реанимации нейрохирургического отделения больницы скорой медицинской помощи № 2 Ростов-на-Дону.

- К утру сегодня наметилась положительная динамика, - говорит Сергей Слепцов. - Отключили аппарат искусственного дыхания. Вячеслав получил тяжелейшую травму. В милиции мне стали рассказывать о том, что он очень неудачно упал с лестницы. Я бы, может быть, в это поверил, если бы мы не издавали газету, занимающуюся проблемами преступности и коррупции, и если бы полтора года назад я не попал в такую же ситуацию в подъезде собственного дома. Сейчас мы, естественно, занимаемся своим расследованием, но о его выводах, о результатах я бы пока воздержался говорить.

Получить комментарии в правоохранительных структурах Ростовской области Радио Свобода не удалось. Но ранее представители пресс-службы ГУВД Ростова-на-Дону сообщали: версия нападения на журналиста газеты "Коррупция" Вячеслава Ярошенко не подтверждается, а полученные им травмы носят бытовой характер.

За последние месяцы в России произошло несколько нападений на журналистов. Одно из самых громких преступлений – жестокое избиение главного редактора подмосковной "Химкинской правды" Михаила Бекетова. Врачи говорят, что он выжил чудом. Сейчас друзья Бекетова собираются покупать ему инвалидное кресло, чтобы вывозить журналиста на свежий воздух. Поправится он нескоро.

В ноябре прошлого года Михаила Бекетова, избитого до полусмерти, обнаружили соседи во дворе его дома в Старбеево, - напоминает в эфире Радио Свобода наш корреспондент Вера Володина. - Первоначально уголовное дело было возбуждено по статье "Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью", впоследствии переквалифицировано по статье "Покушение на убийство", поскольку потерпевшему были нанесены множественные удары в жизненно важные органы, после чего он был оставлен в бессознательном состоянии на морозе и пролежал на земле около суток во дворе дома за высоким забором. Врачи диагностировали закрытую черепно-мозговую травму, сотрясение мозга, перелом голени и множественные гематомы. Михаила через два дня после обнаружения перевезли из районной больницы в институт Склифосовского, поскольку, по словам близких, стали поступать звонки с угрозами добить его в химкинской больнице. Ногу пришлось ампутировать, позже провели несколько черепных операций, ампутировали несколько пальцев на руке. Сначала расследованием занималась милиция, но под давлением общественности дело передали следователям прокуратуры Московской области.

Михаил Бекетов известен своими критическими статьями в адрес администрации Химок. Несколько лет назад он привлек внимание общественности к разорению могилы летчиков у Ленинградского шоссе, подробно освещал в своей газете борьбу за сохранение Химкинского леса. Ему неоднократно угрожали и накануне нападения, в том числе. Год назад у журналиста взорвали машину, а когда Бекетов высказал предположение, что в акции устрашения были заинтересованы чиновники химкинской администрации, против него было возбуждено уголовное дело по статье "Клевета". Адвокатом Михаила был Станислав Маркелов, убитый в январе этого года.

Еще одно жестокое нападение на журналиста произошло два месяца назад: в Саратове избили главу медиа-холдинга "Взгляд" Вадима Рогожина. Он получил многочисленные ушибы и травмы головы, долго находился в коме, но сейчас поправляется и уже готов выйти на работу. Об этом Радио Свобода рассказал друг и коллега Вадима, главный редактор саратовской газеты "Взгляд" Дмитрий Богатырев:

- Первые недели Вадим не приходил в сознание и, по большому счету, балансировал между жизнью и смертью. Но он выжил и находится в прекрасном состоянии – с учетом полученных травм: ходит, разговаривает, абсолютно все помнит, за исключением второй половины дня того самого 5 марта, когда все произошло. Абсолютно адекватен, рвется опять вернуться в строй.

- Что говорят врачи, когда Вадим сможет уже выйти на работу?

- Ориентировочно это будет конец мая - начало июня. Не хотелось бы загадывать, потому что все, что угодно может быть, такие травмы бесследно не проходят...

- На какой стадии находится расследование нападения на Рогожина?

- Пока ни официальное расследование, ни то, которое проводим мы, результатов не принесли.

- Что вы можете сказать про качество расследования, которое ведется правоохранительными органами?

- С самого начала у нас возникали некоторые подозрения в его необъективности. Допустим, когда с упорством, достойным лучшего применения, всерьез рассматривалась версия, что это какой-то внутриредакционный заговор или что тут замешана какая-то любовница. Хотя мы подсказывали: проверьте того-то и того-то. Сейчас, как я понимаю, наконец именно в нужном направлении ведется расследование. Насколько оно профессионально ведется? Не берусь судить, потому что я сам не профессионал. Мы все-таки надеемся, что расследование ведется объективно и что оно даст какие-то положительные результаты.

***

Нападения и убийства журналистов в России, как правило, остаются нераскрытыми. По данным Комитета по защите журналистов, Россия лидирует в списке стран, где убийцы сотрудников СМИ остаются безнаказанными. Не менее показательна ситуация со свободой прессы: международная организация Freedom House в своем докладе о свободе печати по итогам прошлого года определила Россию на 174 место. Вот что думает о российской свободе слова руководитель Центра экстремальной журналистики Олег Панфилов:

- Такую ситуацию я называю информационными потемкинскими деревнями. Власти утверждают, что в России есть свобода слова, президент Медведев дает оппозиционной газете интервью, опять говорит те же слова, которые говорил в начале своего правления президент Путин. Но на самом деле ситуация эта настолько катастрофичная, что место России в рейтинге Freedom House вполне закономерно.

Я говорю не только об убийствах журналистов, которые не расследуются с 1993 года (их более 40), не только о ежегодных нападениях – мы их фиксируем примерно 80 в год. Есть еще многочисленные уголовные дела против журналистов – ежегодно примерно 60 уголовных дел. Плюс – огромное количество других форм давления на журналистов и на прессу. Это, наконец, попытки поставить под контроль Интернет, многочисленные судебные процессы над блогерами, над людьми, которые посещают форумы, чаты, которые высказывают там свое мнение. В общем, ситуация очень печальная – что бы ни утверждали российские политики и представители общественных организаций, близких к Кремлю.