Оригинал материала
От Африки до Арктики
«Повстанцы из западного горного города Зинтан контролируют аэропорт. Бойцы из Мисраты охраняют центральный банк, порт и канцелярию премьер-министра. При помощи граффити они переименовали одну из площадей в “Площадь Мисраты”. Бедуины из города Яфран взяли под контроль центральную площадь Триполи, где они оставили надписи яркой краской “Революционеры Яфрана”. Спустя неделю после того, как повстанцы ворвались в бывший оплот полковника Муаммара Каддафи, большая часть Триполи остается разделенной на части территорией, напоминающей феодальное землевладение: разными районами управляют абсолютно независимые воинские подразделения, презентующие различные географические области страны. Цветные граффити, которые они оставляют не стенах домов в Триполи, свидетельствует о полном отсутствии лидера в столице Ливии».
«Нью-Йорк Таймс» пишет, что среди причин этого кризиса – откладываемый переезд представителей Национального переходного совета из Бенгази в Триполи. Частично эту проблему пытались решить назначением военного лидера, который бы объединил разрозненные подразделения в столице. Пока что эти попытки не увенчались успехом. Одного из кандидатов отклонили либерально настроенные повстанцы по причине связей с исламистами. Второй кандидат – Махмуд Джибриль, один из высокопоставленных руководителей ливийского переходного совета - не понравился влиятельным повстанцам из Мисраты, которые считают, что Джибриль выступал на стороне Каддафи при подавлении протестов в их городе. В Мисрате против этого назначения протестовали около 500 жителей:
«Еще до того, как Муаммар Каддафи пришел к власти, Ливия была свободным объединением областей и живущих в определенных регионах племен. Придя к власти, полковник полагался на фаворитизм и репрессии, что вовсе не способствовало преодолению региональных, этнических и идеологических разногласий в стране. Этого не удалось добиться и повстанцам, отстранившим Каддафи от власти. Повстанцы родом из западных горных районов, центральных прибрежных регионов, где расположен город Мисрата или из находящегося на востоке Бенгази воюют порознь, и часто со снисхождением относятся друг к другу», - заключает «Нью-Йорк Таймс».
***
Еще одна широко обсуждаемая в международной прессе тема - сделка компаний «Роснефть» и ExxonMobil, договорившихся разрабатывать нефтяные месторождения на арктическом шельфе, принадлежащем России.
Газетные комментаторы сходятся во мнении, что сделка отчасти противоречит стремлению некоторых стран ограничить влияние России на энергетическом рынке. Отныне «Роснефть» станет первой российской компанией, получившей право добывать нефть в Соединенных Штатах, так как в обмен на разрешение работать в Арктике, Exxon предложил России поучаствовать в разработке нефтяных месторождений в США, в частности, в Мексиканском заливе и Техасе.
«Нью-Йорк Таймс» при этом считает, что радоваться по поводу достигнутого соглашения рано, и вспоминает не только о разногласиях, возникших при подписании подобного договора с компанией BP, но и о том, что в 2006 году Exxon не мог договориться с «Газпромом» о продаже природного газа с Сахалина.
«Для компании Exxon, являющейся крупнейшей в Северной Америке, это соглашение дает возможность глубже окунуться в опасную деловую среду России. Документ почти со сто стопроцентной уверенностью будут изучать в Вашингтоне, так как будущие инвестиции компании и ее будущий доход будут частично зависеть от стратегии, выбранной Кремлем. Россия уже однажды не сдержала слово в отношении западных нефтяных компаний. В 2006 это заставило Royal Dutch Shell продать 50 процентов своих сахалинских активов государственной компании «Газпром». Несмотря на то, что Shell потратил десять лет и более 20 миллиардов долларов как собственных, так и заемных средств, чтобы создать инфраструктуру для проекта».
Этот и другие материалы читайте на странице информационной программы "Время Свободы"