Референдум в Чечне: неразрешимый узел противоречий

Олег Кусов: "Референдум в Чечне юридически неправомочен", - к такому выводу пришли некоторые юристы, изучив обстоятельства его проведения. Юрист правозащитного центра "Мемориал" Кирилл Коротеев считает, что в данном случае право приносится в жертву политической необходимости.

Кирилл Коротеев: Референдум в субъекте Российской Федерации, в частности в Чечне, может быть назначен только представительным органом, то есть только парламентом республики. В случае, когда парламент не делает этого, и парламента нет, как сейчас в Чечне, регулирование может быть осуществлено из федерального центра, что, в общем-то, и сделал президент Российской Федерации своим указом. Однако закон прямо говорит, что указ может заменить только закон субъекта, он не может заменить конституцию субъекта. Дело в том, что этот указ возлагает полномочия по проведению референдума не на конституционно созданные органы Чечни, а на созданные же указами президента администрацию, избирательную комиссию, администрацию Чеченской республики. Таким образом, проведением референдума будут заниматься органы, которые не созданы конституцией республики. Второе, действующий режим контртеррористической операции в Чечне. Формально он не является ни режимом чрезвычайного положения, ни режимом военного положения, потому по закону прямо не препятствует проведению. Однако закон о борьбе с терроризмом вводит серьезные ограничения прав человека на территории, где проводится контртеррористическая операция, в частности можно задерживать и досмотреть без объяснения причин. Ограничивается свобода передвижения, ограничивается свобода пользования своим имуществом, свобода собственности. Что самое важное, ограничивается свобода средств массовой информации, поскольку по этому закону они подчиняются руководителям оперативного штаба контреррористической операции. Таким образом, это является нарушением одного из основных принципов, которые заложены в законодательстве о референдуме, свободы агитации как за вопросы референдумы, так и против. И, наконец, еще одно препятствие, это круг лиц, которые могут принять участие в референдуме. Общеизвестно, что по разным оценкам от 100 до 200 тысяч человек покинуло Чеченскую республику во время последнего вооруженного конфликта, и далеко не все они находятся компактно в Ингушетии, многие находится и в других субъектах Федерации; и сложно определить всех, кто должен был бы принять участие в референдуме. В закон такой указ президента вводит два критерия: факт нахождения постоянного места жительства должен быть на территории избирательного участка, он должен быть подтвержден органами регистрационного учета. И, соответственно, этот человек должен временно пребывать на территории избирательного участка. Что это значит? Человек, который находился вне Чечни, он должен установить через органы регистрационного учета, что его место жительства находилось в Чечне, но это в отношении только тех, кто находится в лагерях беженцев в Ингушетии. С другой стороны, по этим нормам вполне смогут голосовать российские войска, находящиеся там. Они участвовали в сборе подписей, они будут участвовать и в голосовании. Таким образом, создается ощущение, что волю тех, кто покинул Чечню, подменяют на волю тех, кто туда пришел.

Олег Кусов: Чеченский юрист Дадаш Алиев утверждает, что республиканская избирательная комиссия образована с нарушениями законодательства, поскольку не утверждена представительным органом власти. Более того, сама процедура принятия решения о проведении референдума, по его мнению, имела мало общего с законом.

Дадаш Алиев: Это государствообразующий документ, это очень важный документ. И все начинается с фальсификации. Избирательная комиссия обращается к главе республики, что ко мне обратилась инициативная группа, умоляющая и требующая провести в Чечне референдум по конституции. К президенту обращается глава республики. И что делает президент Российской Федерации? Президент Российской Федерации подписывает указ об определении порядка проведения референдума Чеченской республики, но не подписывает указ о проведении референдума Чеченской республики. Это бы значило, что он уже перешел пределы конституции, но, очевидно, ему подсказали, да он и сам юрист. На основании этого документа сегодня проводится референдум в Чечне, других директивных документов о проведении референдума в Чечне нет в природе. Следовательно, комиссия фальсифицирована, она функционирует незаконно на территории Чеченской республики. Комиссия, как юридическая база, как правовая база, сегодня от этой комиссии отталкиваются все другие вопросы, на основе этой комиссии проводится это мероприятие. Я заявляю, что это мероприятие незаконно, антиконституционно.

Олег Кусов: По мнению юриста Абдулы Хамзаева, российские военнослужащие если и имеют право голосовать в Чечне, то только на выборах в федеральные органы власти. Абдула Хамзаев считает, что голосование военных, временно находящихся на территории Чечни, незаконно. О том, каким образом появилась идея о проведении референдума, напоминает Дадаш Алиев.

Дадаш Алиев: Эта идея родилась, она созрела в кремлевских стенах, а потом эта идея была озвучена устами той пресловутой инициативной группы, которая была показана по телевидению на встрече с президентом Российской Федерации. Уверяю вас, не могла эта идея зародиться в головах этих людей, потому что они даже и не знали зачем и для чего они были приглашены на прием к президенту. Я беседовал с несколькими участниками, там им изложили эту идею. Для чего это делается, что преследуется этим? Настало время сократить число расквартированных в Чечне воинских подразделений, вывести войска оттуда, приступить к восстановлению социально-экономической сферы, а выводить войска здесь в центре не очень хотят. Как сделать так, чтобы продлить срок их пребывания в Чечне? Для этого и придуман референдум. Прекрасно зная, что он нереализуем, прекрасно зная, что люди добровольно не придут голосовать за этот референдум, но, зная и другое, зная возможности административного ресурса, что на территории Чечни расквартировано точное число, которое держится в секрете, очень громадное количество российских войск. Приказ сверху для солдата закон, пойдет и проголосует. По некоторым данным, их не менее двухсот тысяч, солдат на территории Чеченской республики. Плюс чиновники аппарата администрации республиканского уровня, районных уровней, их родственники и различного рода прихлебатели всякие придут. По моим подсчетам, где-то 50 тысяч человек, наверное, наберется. Эти протоколы будут составлены, что референдум проведен, все это будет сделано.

Олег Кусов: Одним из тех кто поддержал идею проведения референдума был спецпредставитель президента России по обеспечению прав и свобод человека и гражданина в Чеченской республике Абдул-Хаким Султыгов. По его мнению, голосование должно перевести конфликт в плоскость политического противостояния.

Абдул-Хаким Султыгов: Крайне важно предоставить возможность для всех, в том числе для вооруженной оппозиции, разумеется, они будут участниками общественного договора, они будут участниками референдума. Совершенно понятно мне, что они будут голосовать против, и таким образом мы сможем выявить объем этой воли. Это тоже очень важно, согласитесь, это политический процесс, который исключает неполитические методы достижения тех или иных целей, исключают террор, насилие и иные формы давления. Вот это важно крайне, все остальное бесперспективно. Это первый референдум, а не последний. После референдума последуют выборы президента республики, будут десятки кандидатов, что чрезвычайно важно, будет выражена вся палитра общественно-политических мнений. Разумеется, так называемые сепаратисты будут выставлять своих кандидатов, и не одного, и не двух. Это очень важно. Следующий этап - это выборы в парламент, когда можно будет также отстоять свои позиции: сепаратистские, монархистские или иные, экстремистские по определению, запрещенные и российским законодательством, и международным правом. Тоже эта группа людей сможет получить свое количество место в парламенте, 15, 20 или 30 процентов, но это опять же политический метод, политическая дискуссия, это ровно то, через что прошли все народы мира. Другой путь - это путь в никуда. Очень понимаю тех, кто говорит, что нет идеальных условий. Идеальных условий, к сожалению, никогда и нигде не бывает, даже в очень высокоразвитых странах.

Олег Кусов: Заместитель представителя Чеченской республики при президенте России Ваха Байбатыров считает, что референдум способен решить множество проблем в Чечне. По его прогнозам, за конституцию республики проголосуют примерно 90 процентов от принявших участие в голосовании избирателей.

Ваха Байбатыров: Референдум даст Основной закон для Чеченской республики, которого на сегодняшний день нет, даст конституцию, определит правовое поле Чечни, будет возможность разрешить конфликтную ситуацию, создать власть, сформировать местные органы власти, обеспечить вывод избыточных войск и сократить количество блокпостов. Определить право народа на самоуправление, заключить с Российской федерации договор о разграничении полномочий и предметов ведения. Самый больной вопрос сегодня, решить вопрос о выплате компенсаций по утерянному жилью и имуществу. Предоставить Чечне на восстановительный период особый экономический статус, освободить полностью или частично на определенный период от налогов население. Избавить чеченский народ от уничтожения и предоставить ему полные права наряду с гражданами Российской Федерации. Очень много положительного. На мой взгляд, 99 процентов населения, избирателей скажут, что нужна конституция, нужен президент, нужен парламент, нужны легитимные органы власти. Если чеченский народ скажет, что он в составе Российской Федерации, весь мир увидит, что бандиты есть бандиты, что они несут разрушение, дестабилизацию. Это будет хороший намек и спонсорам бандитов на теракты, на разрушительные акции.

Олег Кусов: Однако, судя по реакции чеченских беженцев в ингушском лагере "Спутник", далеко не все избиратели согласны с самой идеей проведения голосования до окончания боевых действий.

Материал об акции протеста чеченских беженцев в ингушской станице Орджоникидзевская подготовила Лада Леденева.

Лада Леденева: Около 30-ти человек ежедневно выходили на дорогу, соединяющую "Спутник" с пунктом временного размещения чеченских беженцев под названием "Сацита". Люди держали в руках сделанные из обрывков белых простыней плакаты с лозунгами "Нет референдуму под дулами автоматов", "Референдум - это попытка внести раскол в чеченское общество и вызвать гражданскую войну", "Требуем создать условия для проведения референдума и положить конец беспределу России в Чечне".

- "Мы требуем создать условия для референдума: вывести войска, остановит войну и создать условия, чтобы каждый мог сказать то, что он хочет".

- "Мешает то, что идет до сих пор насильственное удерживание наших ребят, бесследные исчезновения наших детей, убийство нашего народа. Одним словом, геноцид, по-моему, все понятно".

Как рассказали собравшиеся, их требования поддерживают большинство жителей лагеря. Однако люди боятся выходить на митинги из своих палаток. В лагере ходят упорные слухи о санкциях, которые будут применять к отказавшимся участвовать в голосовании.

- "Боятся, запуганы люди. Я в первую войну потеряла мужа, во вторую - брата. Я сегодня все бы отдала за мирные переговоры. Референдум, я считаю, я бы пошла на референдум, если бы было в мирное время, если бы спрашивали нас не под дулами, пойдете - не пойдете, а свободно, хотите - не хотите".

- "Само слово референдум - воля народа. А где народ?".

- "В автобусе, в маршрутках, в любом транспорте идут слухи: "После собрания с Кадыровым, когда были все главы администрации на собрании, на совещании, им сказали, что каждый глава администрации, кому шесть тысяч голосов поручили принести, кому десять тысяч поручили. Если они не принесут голоса, значит, они будут уволены с работы". Второе. В мэрии города Грозного в Старопромысловском районе разговор идет в автобусе: "Заммэрии дал указание всем директорам школы содрать со всех учителей по 50 рублей на подготовку референдума. Если кто откажется сдавать по 50 рублей, записать полностью, принести списки учителей". А что это значит, вы, наверное, должны понять".

Однако, со слов представителей официальной власти, подготовка к референдуму в чеченских палаточных лагерях проходит без каких-либо инцидентов.

Олег Кусов: Специальный представитель Аслана Масхадова в Москве Саламбек Маигов считает, что за проект новой конституции Чечни проголосуют лишь те, кто поддерживает войну против чеченского народа.

Саламбек Маигов: Получается, что чеченцы примут основной закон, и в тот же миг военнослужащие российской армии начнут исполнять статьи этого закона. В конце концов, есть конституция России, есть законодательство Российской Федерации, в конце концов, есть Устав вооруженных сил, которые грубейшим образом нарушается военнослужащими российской армии. Что, после проведения референдума бойцы чеченского сопротивления перестанут осуществлять нападения на колонны российской армии, подрывать бронетехнику, обстреливать блокпосты? Я думаю, очевидно, что этого не произойдет. По большому счету, война будет развиваться автономно по своему сценарию и то, что в Чечне объявят с телеэкранов, что принята конституция, я думаю, что в умах и в поведении военнослужащих ничего ровным счетом не изменит. Мы приходим к выводу, что референдум ничего общего не имеет к процессу стабилизации в Чеченской республике. Референдум и та политика, которая реализуется в Чечне насильственным путем, ведет к усугублению ситуации, но не к развязке. Президент Путин однозначно заявил: "Кто выбирает Масхадова - выбирает войну". И кто не выбирает Путина - выбирает войну. Кремлем сегодня объявлен конкретный курс на проведение референдума и проведение в последующем выборов в высшие органы власти республики. Я думаю, ни у кого не вызывает сомнения, что изначально конфликт и кризис на Северном Кавказе был предопределен именно противоречиями, касающимися статуса Чеченской республики, неопределенностью взаимоотношений между Чеченской республикой и Российской Федерацией.

Сегодняшние действия Кремля являются лишний раз доказательством того, что изначально цель была не столько борьба с проявлениями терроризма, а именно установление в Чеченской республике того правового режима, того конституционного поля, которое вписывалось бы в новый формат российской вертикали, которая создается новой властью. В общественности звучит тезис, что власть реализует политический процесс, который должен произвести к стабилизации в Чеченской республике. То есть речь идет от состояния войны к миру. Что такое война для самих чеченцев? Война для чеченцев и вообще для населения Чеченской республики - это непрекращающиеся зачистки, это насилие, это пытки, это исчезновения людей, это уничтожение инфраструктуры, это уничтожение экологии, это уничтожение памятников архитектуры и культовых сооружений. Избрание новых руководящих органов или законотворчество, что оно изменит?

Олег Кусов: За несколько дней до начала референдума в Чечне группа представителей российской интеллигенции обратилась к российскому руководству с требованием остановить войну в Чечне. Обращение подписали около 30 деятелей литературы, искусства и науки России. Драматург Марк Розовский, также поставивший свою подпись под обращением, в беседе с нашим корреспондентом Никитой Татарским призвал власти как можно быстрее исправить свои ошибки на Северном Кавказе.

Марк Розовский: Перед референдумом наш президент, я совсем недавно слушал его заявления, высказался весьма терпимо. Он высказался в том плане, что были какие-то ошибки. Я впервые это слышал из уст главы государства, оказывается, были ошибки. Правда, не было сказано, какие ошибки, эти ошибки никто не перечислил, сам президент не назвал, во всяком случае, в том репортаже, который я смотрел по телевидению. Я слышал то, что слушали все. Какие ошибки? Ошибкой была сама война, ошибка - вооружать экстремистов, ошибкой было не выступать против истинных террористов в тот момент, когда он того заслуживали. Почему это происходило? Потому что есть множество людей, которые очень, тут мы должны сказать правду, очень заинтересованы в бесконечном продолжении этой войны. Туда перекачивается огромное количество денег из кармана российского налогоплательщика. Шестьдесят пять процентов, официальные лица об этом говорят, не прокуратура, а люди, которые там, говорят: "Шестьдесят пять процентов денег, которые ушли от нас из центра России на восстановление Чечни, испарились, то есть были украдены". Это же огромные суммы. Сейчас нужно качнуть туда еще большие деньги, еще большие деньги будут украдены, так будет бесконечно продолжаться. Та нефтяная труба, она же замешена на крови. Поэтому есть люди, они обывателю неизвестны, гражданину обыкновенному они не очень, не слишком, которые находятся в тени, но они-то и ведут эту войну, а гибнут дети, гибнут мальчики, гибнут девочки. И растет, самое страшное, растет общее безбожье и с мусульманской стороны, и со стороны, я даже христианской не могу назвать, потому что это не так. Потому что для меня священник, который посылает на войну солдата, я не понимаю такого священника. Прямая его обязанность сказать: "Брось оружие! И никогда не воюй". Так было в русской культуре, в русском религиозном сознании. Никогда не целься в человека. В зверя нельзя целиться, потому что охота - это тоже грех, ты отнимаешь жизнь живого существа.