Иван Корнеев

Ведущий Петербургского часа программы "Liberty Live" Виктор Резунков:

Наш гость - директор Петербургского зоопарка Иван Корнеев. Иван, доброе утро, наконец-то вы доехали до нас...

Иван Корнеев:

Да, это очень сложно теперь сделать в городе нашем, но доехал.

Виктор Резунков:

Иван, вот была передача по поводу поисков кладов балерины Кшесинской в Санкт-Петербурге - что вы думаете на эту тему?

Иван Корнеев:

Я думаю, что тема очень сложная. Поскольку зоопарк входит в музейное сообщество, я знаю, что сотрудники музеев достаточно сильно напуганы таким желанием поиска кладов в Музее политической истории, потому что совершенно неизвестно, чем это может закончиться, и для здания, и для его фундаментов, и я думаю, что это, с одной стороны, конечно, очень интересно, и в детстве все мы хотели найти клад, наверное, но когда речь идет об исторических памятниках надо быть десять раз осторожным прежде, чем вообще что-то начинать предпринимать.

Виктор Резунков:

Ну, у вас друзья не были вообще кладоискателями, нет у вас таких друзей?

Иван Корнеев:

Нет, у меня есть друзья - археологи, но это несколько иное, это не кладоискательство.

Виктор Резунков:

Археологи, по-моему, к кладоискателям очень плохо относятся.

Иван Корнеев:

Да, одни другим очень сильно мешают, так скажем.

Виктор Резунков:

Но вы сами не мечтали поискать клады?

Иван Корнеев:

Ну, мечтал. В детстве, конечно же, все мечтали искать клады, и в зоопарке, скажем, уже работая при каждой новой стройке - нам было очень интересно, что же выкопают, когда роют котлован, и один раз была действительно уникальная находка, мы нашли целый комплект сразу послереволюционных билетов в Ленинградский зоопарк - уж кто, когда их спрятал там - совершенно непонятно, но теперь у нас есть такая ценность, безусловная ценность. Ну, там всякие осколки фарфора, которые выкапывали на территории зоопарка, то есть коллекция вообще есть такая интересная - что выкапывалось на территории зоопарка.

Виктор Резунков:

А вообще таких как бы официальных раскопок не проводилось археологических?

Иван Корнеев:

Нет, не проводилось никогда, и вот из таких опять же интересных исторических вещей, связанных с зоопарком: до сих пор на территории Ленинградского зоопарка лежит закопанная задняя половина слонихи, которая погибла в самом начале войны - 8 сентября 1941-го года - поскольку вывозить было некуда, ее захоронили прямо на территории зоопарка. Переднюю половину нашел после войны "Юннат" Ленинградского зоопарка, а вот задняя половина до сих пор захоронена где-то на территории.

Виктор Резунков:

Как вообще сейчас обстоят дела с зоопарком? Я знаю, вот это противостояние, которое уже всем надоело абсолютно, и как бы уже даже - ну, вот несколько слов...

Иван Корнеев:

На данный момент - работаем. Работаем много, потому что все это противостояние привело к тому, что, в общем-то, администрация города заявила, что никаких планов переноса у нее нет, и более того - зоопарку будут выделены деньги к 300-летию. Деньги эти, правда, недостаточные для того, чтобы принципиально изменить ситуацию с зоопарком, но все-таки, по сравнению с тем, что было раньше - серьезные деньги. И сейчас мы занимаемся и проектированием, и ремонтом, и составлением перспективного плана работ, потому что если мы хотим к 300-летию как-то привести зоопарк в порядок, то в первую очередь это будет сложно для наших животных, которых надо переселять, перемещать, и для животных это все очень сложно. Так что работы, ну, и это противостояние - это продолжается. Оно, похоже, не закончится. Четвертая ревизия вот вчера закончила свою работу, пятая придет на днях, ну, рабочие моменты...

Виктор Резунков:

Иван, вы выставили свою кандидатуру, уже зарегистрировали как кандидат по 209-му округу, что вкратце повлияло на ваше решение участвовать в политике?

Иван Корнеев:

Такого решения пока, до сих пор еще нет. Для меня важнее всего работать в Ленинградском зоопарке. Другой вопрос - если это не удастся сделать, тогда, в моем представлении, надо принимать какие-то законодательные меры для того, чтобы ограничить вот это всевластие чиновников. Это все совершенно ненормальная ситуация, когда, скажем, человек - возьмем вот мой случай - человек, который 11 лет работает директором учреждения из-за того, что он просто кому-то не нравится, должен уйти со своей работы. Это можно остановить только на законодательном уровне - я так понимаю, в результате всей этой истории. И если мне не дадут работать в Ленинградском зоопарке - ну, почему бы не попробовать тогда вот этим заняться?

Виктор Резунков:

Иван, у вас дома большая библиотека?

Иван Корнеев:

Учитывая, что три дня назад моя мама начала сорок первый сезон, скажем так, учебный, и она у меня заслуженный учитель по русскому языку и литературе, то понятно, что выросли мы в доме, в котором всегда было очень много книг, а моя личная библиотека - в силу жизненных обстоятельств - к сожалению, сейчас рассеяна по трем квартирам, в которых я пребывал в последние годы. Ну, вот вроде бы сейчас определилось, куда это все свезти, и когда я все свезу в одно место - у меня будет действительно большая, очень хорошая библиотека.

Виктор Резунков:

Можно предположить - у вас в библиотеке в основном книги о животных?

Иван Корнеев:

Книги о животных у меня в основном, мои личные - находились в зоопарке, а сейчас они дома, а так очень много фантастики - фантастику я всегда очень любил, поэтому книги о животных основа библиотеки и фантастика - так скажем.

Виктор Резунков:

Один мой знакомый постоянно говорил, что совершенно не имеет смысла держать дома много книг. Допустим, какие-то книги, которыми ты пользуешься - они должны быть под рукой, конечно, если ты пользуешься ими часто, а иметь, допустим, две тысячи томов, три тысячи томов, к примеру - это просто такая, как считал знакомый, совершенно уже ненормальность - вот ваше мнение?

Иван Корнеев:

Ну, несколько тысяч - это действительно наверное многовато, хотя, никогда не пробовал посчитать, но думаю, что около тысячи-то у меня их есть - другой вопрос - с каждой своей книжкой ведь связаны какие-то воспоминания. Домашние книжки - может, это такое несколько хамское обращение с ними, но когда ты в очередной раз вскрываешь свою книжку и видишь там, не знаю - пятно от кофе, пролитого 15 лет назад - ты знаешь, что ты пролил это кофе - ну, это другие ощущения, ты читаешь свою книгу, а не взятую на время на прокат... И главное - что она тебе доступна в любое время, то есть, проходя случайно мимо книжной полки и наткнувшись на нее взглядом ты тут же можешь взять, посмотреть, что тебе интересно, вечером она полежит у тебя на столе, дальше ее поставишь на место и о ней можно не вспоминать еще 15-20 лет. Поэтому своя библиотека - это своя библиотека, это несравнимо.

Виктор Резунков:

Ну а на "развал" вы ходите?

Иван Корнеев:

Да. На "развал" хожу. Это так - дело в том, что действительно сейчас стало такое количество книг, что их невозможно покупать. По сути дела, все, что у меня есть дома - то, что собиралось раньше. Сейчас настолько широк выбор и настолько высоки цены, что найти какую-то книгу и сказать: вот, я ее ужасно хочу - не знаю, не останавливается взгляд ни на чем, потому что хочется и это, и это, и это, а когда подсчитаешь, сколько это все стоит - пропадает желание покупать.

Виктор Резунков:

Иван, вот мы наблюдаем, как проходят выборы лидеров среди человеков, среди людей, могли бы вы привести примеры, как проходят выборы среди животных - лидеров?

Иван Корнеев:

Среди животных - тех, кто живет стаями, как человек - там все достаточно просто, там лидером всегда становится самый сильный - совсем необязательно самый умный - просто самый сильный. Тот, кто побеждает всех. Турниры проходят по-разному. Там "электорат" - если брать к примеру кого-нибудь из копытных животных - "электорат" в виде самок стоит и наблюдает, как дерутся самцы, и именно тот из них, кто победит - он и становится обладателем всего этого гарема. Это все достаточно забавно, но надо сказать, что животный мир - он гораздо боле мягок, потому что, как правило, все эти турниры и все поединки носят такой абсолютно ритуальный характер, все это ограничивается, скажем так, ну каким-то соперничеством, как правило, никогда не приводящим ни к каким тяжелым последствиям. К сожалению, у людей это все происходит несколько по-иному. Более того, в эту борьбу за лидерство втягиваются бывает целые группы людей, народы и так далее - то, что мы только что слышали в новостях. Кроме того, человек, наверное, единственное, если исходить из теории Дарвина, животное, которое ради идеи что-то делает - в животном мире все делается для гораздо более простых вещей, но и более понятных. Территория должна приносить корм, но не идеи, не из-за идей начинаются все конфликты среди животных. Поэтому по-другому все в животном мире.

Виктор Резунков:

А вы могли бы привести пример какой-нибудь интересной особенности выборов среди животных?

Иван Корнеев:

Особенности выборов? Ну, если сравнивать с теми же обезьянами - мы все-таки обезьяны, как говорят, во всяком случае, от них произошли - там действительно бывают такие очень интересные иерархические структуры в группах обезьян. Там есть, скажем, доминирующий лидер, вот действительно глава всего семейства. Есть те, кто вроде бы обладают каким-то весом, но все-таки подчиняются этому лидеру, но самое интересный на самом деле пример - всегда я привожу в пример, говоря о семейной жизни - это львы. Вот все представляют, что лев - это царь зверей, и действительно лев - он владеет всем прайдом, и ничего абсолютно не делает, 20 часов в сутки он спит, охотятся самки, оставшиеся 4 часа он занимается семейной жизнью, и всех всегда очень радует, когда рассказываешь вот эту историю... Но печальна очень судьба этого льва - когда появляется в прайде более молодой и более сильный самец - он постепенно вытесняет старого, а тот, поскольку всю абсолютно жизнь ничего не делал и ничего не умеет - его выгоняют... И он просто умирает от голода. Такая вот печальная история.