Сергей Балуев

Ведущая петербургского часа программы "Liberty Live" Ольга Писпанен: Сегодня у нас в гостях главный редактор петербургского журнала "Город" Сергей Валуев. Сергей, первое, что бросается в глаза при прочтении вашего журнала - обилие критики, причем во всех областях, будь-то политический раздел, или отчет с фестиваля, кинофестиваля, или с выставки, это так необычно в печатных изданиях, и нашего города тоже - это ваша информационная политика?

Сергей Балуев: Нет. Мы стараемся делать серьезный журнал, а серьезный журнал предполагает некую критику. Всегда есть, что поругать. Конечно, есть и что хвалить. Довольно много места мы уделяем политике, а там сейчас происходит много всяких вещей, интересных, и красивых, и некрасивых, поэтому сам Бог велел как-то заострять.

Ольга Писпанен: Тогда коснемся как раз политики. Я знаю, что существует движение которое называется "Петербургская линия", вы являетесь членом этого движения, расскажите пожалуйста о нем подробнее.

Сергей Балуев: Это такой неформальный клуб, скажем так, без всяких юридических лиц, форум, куда входит некое количество достаточно известных в городе журналистов – Татьяна Москвина, Лев Лурье, Даниил Коцюбинский и другие, и все это появилось после того, как в журналистском сообществе появилось некое беспокойство тем, что происходит, как в политике города, так и в среде масс-медиа. В частности, были закрыты несколько программ на разных каналах. Была закрыта программа Татьяны Москвиной и Дмитрия Циликина на петербургском эфире телекомпания "Россия", Андрей Разин в "НТВ" был отстранен от эфира на некоторое время, и снят с должности главного редактора, на ТРК "Петербург" закрыли все политические программы. В общем, каждая история сама по себе, может быть, ничего бы не значила...

Ольга Писпанен: Подождите, вы говорите о недавней истории, значит, это молодой клуб?

Сергей Балуев: Да, он появился буквально 2-3 недели назад. Это история текущая, то есть, были некие конфликты в среде СМИ, в Петербурге, в основном, на телеканалах, и эффект накладывался на выборы, и нам показалось, что все это как бы не спроста, и с этим надо что-то делать

Ольга Писпанен: Как вы прокомментируете вот это как раз закрытие программ, перестановки в руководстве ТРК "Петербург", на НТВ, естественно, все, что у нас происходит?

Сергей Балуев: Тут у нас сложилось впечатление, что некто пытается создать такое единое пространство, информационное пространство, с одной информацией, одной точкой зрения. Конечно, это касается не всех СМИ, а только телевидения, в первую очередь, которое играет большую роль на выборах. И при этом такая тишина в обществе, у нас вообще общество такое конформистское, в последнее время оно конформистское, не только в низах, грубо говоря, оно конформистское в среде политической элиты, оно достаточно конформистское в прессе, то есть, всех все устраивают, если надо что-то сделать - все сделают. Поэтому мы все почувствовали некое беспокойство и объединились в такое неформальное объединение, выпустили обращение, провели пресс-конференцию, и сейчас ведутся некие консультации с политиками и с другими журналистами о том, как с этим единомыслием можно бороться.

Ольга Писпанен: А что дальше? Ну вот, вы провели консультации вы написали обращение...

Сергей Балуев: Уже это само большой шаг. Как известно, был "Колокол" Герцена, который как бы, как говорил Ленин, много кого разбудил.

Ольга Писпанен: Вот ваше издание "Город" - началась предвыборная гонка, вчера она официально стартовала, и, естественно, вы, ваш журнал, будете освещать всю эту предвыборную историю – вы не боитесь давления властей за резкие, так скажем, комментарии, за ту критику, которой так много на страницах вашего журнала? По-моему, это практически единственный такой городской журнал, по-моему, подобного нет.

Сергей Балуев: Журнал, может, единственный, но какие-то вещи появляются в прессе, я вот не хочу говорить, что вот мы белые и пушистые, а все остальные зеленые и болотные. Но, во-первых, сейчас вступит в силу закон о выборах который запретит прессе впрямую комментировать кандидатов и ситуацию. А вообще, ситуация с выборами сложная. Можно сказать, что в Петербурге таких выборов не было никогда. В том смысле, что если раньше в любой ситуации, Яковлев ли выбирался, или Собчак выбирался, всегда были реальные кандидаты, которые рассматривались как реальные альтернативы, то есть, там, Собчак-Яковлев, или Яковлев-Артемьев, или тот же Яковлев-Матвиенко, и так далее, всегда это выборы были реальные, можно было пойти и реально выбрать. Сейчас мы находимся в ситуации, когда есть один кандидат, и другие кандидаты явно в понимании всех не могут ему сопротивляться, и даже не сопротивляться, но понятно, что их рейтинг будет минимальным, от долей процента до процентов, то есть, если раньше люди стремились занимать какие-то посты или претендовать на них, то сейчас все это происходит непублично, мы видим, как люди отказываются от желания стать градоначальником уже на самых ранних этапах. Больше всего заявлений о том, что кто-то не пойдет на выборы, кто-то не будет сейчас участвовать в выборах, кто-то думает о выборах. Все это такое странное впечатление производит.

Ольга Писпанен: Сергей вы работали в основном в так называемую теперь уже эпоху Яковлева, как-то можете дать какую-то оценку этой эпохе?

Сергей Балуев: Ну, я работал и в эпоху Собчака и в эпоху до Собчака. Эпоха Яковлева - она делится на два этапа, на мой взгляд. Первый срок, начало первого срока Яковлева - это были достаточно тяжелые времена для прессы, в частности, пришел человек, поменял всю команду, у Яковлева были довольно своеобразные представления о том, как должна выглядеть информационная картина, все должны оценивать, положительно оценивать позитивные усилия власти. Это обычно, по-моему, происходит, когда новый человек приходит во власть. А во второй срок желание Смольного рулить СМИ как-то поутихло, и, во-вторых, они поняли, что удобнее договариваться со СМИ, даже если не говорить о каких-то финансовых неприличных отношениях - если ты имеешь хорошие отношения со СМИ, даешь пресс-конференции, приглашаешь, даешь интервью - они тебе отвечают взаимностью. А, кроме того, появился второй центр власти - полпредство и СМИ стали тяготеть или к одному, или к другому лагерю. Это, конечно, нельзя называть такой свободой слова в чистом виде, но можно было при желании и журналистам, и политикам в тех или иных СМИ высказать свою точку зрения. В первую очередь, я говорю о телевидении, потому что печатных СМИ у нас довольно много, и там можно найти выход какой-то. То есть, если ты ругал Яковлева, можно было пойти на "Россию" если ты защищал Яковлева, или ругал Черкесова, ты мог пойти на ТРК "Петербург". Это, конечно, не классическая свобода слова, но хоть какая-то, такая относительная независимость журналистов. Сейчас, ситуация, к сожалению, меняется, один полюс исчез, на каналах меняется начальство, оно заменяется людьми с телеканала "Россия", в общем, есть такая гипотетическая опасность, что все это превратится в некую единую идеологическую струю.

Ольга Писпанен: Но вот этот клуб, так называемая "Петербургская линия", это, по сути, демократическое явление – а есть ли вообще демократия в России? Можно ли об этом говорить?

Сергей Балуев: Если смотреть в Конституцию, то есть. В том-то и противоречие - у нас же никто не скажет, что у нас управляемая демократия, или что у нас все вопросы решаются не на выборах, а в каких-то кабинетах в Кремле, или где-то еще. И вот на этом противоречии политиков и властителей поймать можно, и они этого боятся. Удивительно, что когда был конфликт на "ТРК" приехал разбираться министр печати Лесин. Казалось бы, совершенно несопоставимые вещи городской канал, журналисты без особых должностных званий – ну, закрыли программу, и закрыли. Тем не менее, чиновники, в общем, опасаются, и готовы вести переговоры, и в этом смысле любое движение снизу - оно положительно. Когда снизу нет никаких движений, то и никакого гражданского общества, естественно, не будет.

Ольга Писпанен: А еще было движение, в которое, естественно, тоже вы входили - движение за автономию Петербурга - это что такое? Это было где-то в середине 90-х.

Сергей Балуев: Было определенное количество телодвижений. Ну, тогда нам казалось, что интересы Петербурга не учитываются, и что если рассказать об этом людям, им это будет интересно, и мы найдем какое-то количество сторонников. Действительно, некое количество сторонников мы нашли, их было не безумное количество, их было немного, в основном, молодые люди, которые занимались или бизнесом, или какими то творческими делами. Мы пытались даже выдвинуть одного человека в Законодательное собрание города, это профессор Старцев, историк такой, достаточно известный сейчас. Но мы увидели, что люди, население в целом, эту идею абсолютно не разделяют, и как-то все это сошло на нет

Ольга Писпанен: Объявить войну Финляндии и сдаться в плен...

Сергей Балуев: Ну, это, конечно, идеальный вариант... Речь шла не об этом, а о разграничении полномочий с федеральным центром, о том, что бюджетные отношения между федерацией и Петербургом изменяются в сторону федерации. Но ведь известно, что Петербург - регион прибыльный, приносит много денег, 11-й, по-моему, в России, и он отдает, по-моему, 60 процентов собираемых в виде налогов средств в Москву, а потом Москва отдает их обратно, чтобы мы построили, отремонтировали метро. Нам казалось, что это не очень рациональный способ распределения денег.

Ольга Писпанен: Сергей, в колонке главного редактора вашего журнала "Город" прослеживается постоянная китайская линия, достаточно часто вы приводите высказывания китайских философов, либо какие-то притчи. От чего такая любовь?

Сергей Балуев: Это игра, конечно, такая, во-первых. Во-вторых, любопытно: если берешь какие-то, в частности, китайские рецепты и прикладываешь их к современной жизни. Вообще, у нас получается, что в России устройство власти такое конфуцианское, или квазиконфуцианское, потому что Конфуций говорил, что есть люди низкие, которые не должны заниматься политикой, а есть люди мудрые, которые должны заниматься государственными делами. Низкие не должны соваться, а высокие все сделают правильно. Одно исключение: вот эти мудрые должны быть, по Конфуцию, на самом деле мудрыми, и все делать достойно, честно, и так далее...