А мужики-то не знали

"Председатель Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева рассказывает о приказе для служебного пользования №800, в соответствии с которым милиция получила право стрелять на поражение в митингующих граждан" – сообщают сегодня ленты новостей со ссылкой на сайт ингушской оппозиции ingushetia.org. Поясняют: "Такие меры предпринимаются в связи с ожиданием массового выступления населения против экономической ситуации, сложившейся в стране в результате глобального кризиса". К сообщению прилагалась видеозапись недавнего выступления Людмилы Алексеевой. В настоящее время запись удалена пользователем, разместившим ее в сети YouTube. Однако в распоряжении Радио Свобода имеется расшифровка выступления Людмилы Алексеевой:

"<...> Недавно погибший адвокат Станислав Маркелов принес нам закрытый для рядовых граждан приказ №800 по МВД – гриф "для служебного пользования", только для сотрудников министерства. Приказ о том, как вести себя милиционерам, идущим на разоружение вооруженных бандитов, террористов и против участников беспорядков на социально-экономической почве. Я видела текст этого приказа – там именно так, через запятую. В приказе сказано, что милиционер при оказании сопротивления имеет право открывать огонь на поражение – убивать, и ему за это ничего не будет. Что значит "сопротивление" – не объясняется. <…>

Этот приказ подписан Борисом Грызловым, когда он был министром внутренних дел. Я себе представила: были волнения по поводу монетизации льгот; старушка взмахнула сумкой на милиционера, грубо ее схватившего. По этому приказу он может ее хлопнуть! Мы обращались всюду – в Минюст, МВД, Генпрокуратуру: "Хотя бы строчку об участниках социально-экономических беспорядков уберите из этого приказа, скрытого от нас незаконно! Мы имеем право знать, что с нами может быть, если мы позволим себе выразить свое недовольство на улице". Нам ответили: "Все законно, приказ продолжает оставаться под грифом". Только мы продолжаем распространять информацию об этом приказе среди сограждан - своими весьма небольшими возможностями <...>".

Более подробно Людмила Алексеева рассказала об истории с приказом в эфире Радио Свобода. Выяснилось, что адвокат Маркелов скопировал этот приказ из столь же громкого, сколь и подзабытого дела о массовых избиениях жителей башкирского города Благовещенска сотрудниками МВД (декабрь-2004). Процесс, где Станислав выступал в интересах потерпевших, начался год спустя, в 2005-м. Сам же приказ №800 министр Грызлов подписал в декабре 2002-го. Для сенсации – старовато.

"Да мы уже больше двух лет об этом на каждом углу кричим!" – недоумевает Людмила Алексеева, услышав вопрос корреспондента РС "Почему о приказе №800 вы говорите только после убийства Стаса Маркелова?" Перечисляет несколько правозащитных форумов и других мероприятий - вплоть до ее совместной со Станиславом Маркеловым пресс-конференции в прошлом году, "как раз по этому поводу".

В сухом остатке, таким образом, имеются два вывода: а) стрелять по протестующим, согласно приказу № 800, можно было и раньше; б) кто хотел об этом знать - тот знает давно. Теперь вот и мужики узнали. Осталось понять, почему очередное упоминание Людмилой Алексеевой этого ведомственного документа вызвало столь бурную реакцию через шесть лет после того, как приказ увидел свет.

По факту приказ №800 – узковедомственный,"грифованный" – получил полноценную законодательную поддержку лишь с недавнего времени. Нет, не в части "стрелять на поражение" - но и не слишком далеко от того. Под нынешний Новый год – а именно 31 декабря 2008-го – президент Медведев подписал закон, изымающий из юрисдикции суда присяжных дела нескольких категорий. По шпионажу, например. По терроризму. По измене Родине. И – по участию в массовых беспорядках; наказание – вплоть до 10 лет. Разница между присяжными и "традиционными" судьями (в ведение последних теперь и попадает старушка, взмахнувшая сумкой на милиционера) – чисто статистическая. Присяжные за последние годы выдают от 12 до 18 процентов оправдательных приговоров, профессионалы – от 3 до 5.

Но можно ли впрямую подверстать под понятие "беспорядки" массовые протестные акции - в том числе и социально-экономические, кризисные? На этот насущный вопрос правоприменительной практики несколько дней назад ответил Михаил Ильин - руководитель центра "Э" (борьба с экстремизмом) при ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области. В интервью газете "Наша Версия на Неве" Ильин заявил:

"Я вообще против такого слова – "оппозиция". Раньше существовала оппозиция в лице диссидентов, недовольных социальным строем. А сейчас какая у нас оппозиция и по отношению к кому она направлена? Они хотят только устраивать провокации, организовывать стычки с правоохранительными органами и втягивать туда людей".

Михаил Ильин также очертил правовое поле общественного протеста – в форме, близкой к совету:

"Бороться надо эффективными методами. Первый – через суд, второй – создавать политические движения с программой, которую поддержат люди. Как было у большевиков в 1917 году. Так называемую оппозицию никто не поддерживает, она оплачивается и поддерживается в государстве искусственно. Реальная оппозиция – та сила, которая довлеет над властью. А эти движения только давят на психику граждан города. И на свою собственную".

"Спасибо милиции за то, что она все это время не использовала приказ №800 для массового безнаказанного отстрела протестующих", без иронии отметила Людмила Алексеева. Кроме доброй воли сотрудников МВД, других – внешних, законодательных - ограничителей для этого святого дела становится все меньше.