Оригинал материала
August 1991
Отдыхающий в своей резиденции в Форосе первый Президент СССР Михаил Горбачев был изолирован. А в Москве был спешно образован Государственный Комитет по Чрезвычайному Положению. Утром 19 августа на всех телеканалах советской страны началось с одинаково пасмурной заставки и унылой музыки из балета "Лебединое озеро". Народ, привыкший к тому, что подобные изменения телевещания не сулят ничего хорошего, ринулся к приемникам. По коротковолновым "Спидолам", "Океанам" и "Ригондам" люди ловили западные радиоголоса. В те три дня августа 91-го люди больше доверяли Радио Свобода, нежели официальному советскому агитпропу.
В эти три дня Горбачев был самой известной фигурой. В транспорте и библиотеках, в парках и на своих рабочих местах все разговоры людей неизменно сводились к теме "дорогого Михал Сергеича". –Что с ним? Где он? Почему не выступил сам по ТВ, почему не сообщил об уходе с поста Президента?
Официальным сообщениям о том, что Горбачев отказался от поста Президента по состоянию здоровья не верил, похоже, никто. Среди людей циркулировали самые разные слухи: "убили, когда не захотел отречься от власти", "бежал с семьей в Америку", "умер от инсульта, а от народа скрыли" и т.д. .
У меня тоже остались воспоминания о путче… В первый же день, 19 августа, по приказу тогдашнего командующего Приволжским военным округом генерала Альберта Макашова, его адьютанты на военных "УАЗиках" мотались по Самаре, опечатывая помещения независимых редакций. Была опечатана и редакция "Самарской газеты", где я тогда работал. Военные опечатали в нашей редакции комнату с компьютерами, на которых макетировали газету. Но нам удалось чудом сохранить макет газеты, которая вышла 21 августа, рассказав самарцам о том, что члены ГКЧП совершили государственный переворот. И были листовки, напечатанные самарцами – листовки с речью Бориса Ельцина, с перепечаткой Новостей Радио Свобода, которое мы тогда слушали, ловя правду на коротких волнах.
Самарские диссиденты Анатолиий Черкасов и Марк Солонин распространяли самиздатовские листовки с воззванием не поддерживать антинародный режим ГКЧП. На квартирах самарских диссидентов шли конспиративные встречи, смысл которых сводился к одному: если режим ГКЧП продержится больше недели, надо связываться с московскими диссидентами и правозащитниками и ликвидировать передатчики самарского телецентра. Как вспоминает историк и политолог Валерий Павлюкевич: "диссиденты понимали, что главное оружие преступного ГКЧП – телевидение".
Самарская пресса тоже не захотела скрывать своего отношения к происходящему в стране. Однако, если газета "Волжская Заря" в те дни откровенно поддержала новое советское правительство, то против ГКЧП выступила независимая местная пресса и первый самарский независимый телеканал "СкаТ", транслировавший с 19 по 21 августа репортажи западных информационных телевизионных агентств о событиях в Москве. Одни радовались возобновлению эпохи "железного занавеса", другие стремились всеми силами противостоять восстановлению тоталитарного режима.
А потом – знаменитая оборона "Белого Дома", сплочение демократических сил вокруг трех знаковых фигур того времени – Бориса Ельцина, Руцкого и Ростроповича. Первый Президент независимой России Борис Ельцин разрубил гордиев узел, доказав, что России никогда уже не стать СССР. Народ ликовал, осознав, что в эти дни сбрасывает коммунистические оковы.
Мстислав Ростропович, узнав о введении в СССР чрезвычайного положения, тут же прервал свои зарубежные гастроли и прилетел в Советский Союз. Маэстро прибыл в "Белый Дом", уже фактически окруженный внутренними войсками. Впереди предстояла страшная ночь с 20 на 21 августа. Ночь обороны "Белого Дома". Защитники "Белого Дома" поклялись до последнего защищать Ростроповича, ставшего "послом доброй воли". Здесь же, в здании "Белого Дома" самоотверженно работали журналисты первой в СССР независимой телекомпании ВИД. Прямо отсюда вели свои репортажи мои коллеги по Радио Свобода Андрей Бабицкий и Михаил Соколов. Лучшие люди России были в те дни у "Белого Дома". Одни – как заложники свободы – внутри здания, другие – за металлическими ограждениями, которые милиция и военные обнесли "Белый Дом" – объект, который по приказу Крючкова должна была штурмовать "Альфа".
21 августа в Москву прилетел Михаил Горбачев. Форосского пленника столица встретила без особых сантиментов. А вот выступление Бориса Ельцина у "Белого Дома" стало настоящим звездным часом первого Президента России. Народ ликовал, скандируя "Ельцин! Ельцин!"
Вскоре не стало Советского Союза. Его заменила свободная Россия с первым Президентом – Борисом Ельциным. Теперь события августа 1991-го школьники изучают в учебниках истории. Тогда, в августе 1991-го победили те, кто надеялся и надеется во славу действительной свободной, независимой России.
России, которой не стыдно будет стать одной из просвещенных и богатейших стран мира.