Фокус удался

На экраны выходит "Иллюзионист" Первое, чего хочется публике при виде фокусника, - понять секрет его манипуляций. Но искусству сценического обмана уже много веков, книжки с разоблачениями фокусов написаны, а маги-волшебники так и норовят поразить воображение публики новыми - или хорошо забытыми старыми - трюками.

В "Иллюзионисте" выведен некий венский маг начала ХХ века по имени Айзенхайм, которого изображает импозантный, в черном костюме и с бородкой, Эдвард Нортон. Его герой не заставлял, как Копперфильд, исчезать вагоны и архитектурные памятники, а наоборот, умел сотворить буквально из воздуха людей, считавшихся покойниками. Начал он, правда, с более простых фокусов: доставал из пустоты шарики и монетки, одалживал у публики платочек и обнаруживал его в совершенно неожиданном месте или за минуту-другую выращивал на сцене из семечка целое апельсиновое деревце. Но в этих выступлениях всегда было что-то неуловимо зловещее, как в том представлении, что устраивала в театре "Варьете" шайка Воланда.

Чем больше узнаешь о скрытых мотивах и тайнах фокусника, тем яснее, что сходство это не случайно. Нортоновский Айзенхайм столь прохладно относится к остальному человечеству, будто сам к нему не принадлежит. Даже удивительно, что его настигла по сюжету вполне земная любовь к женщине, причем не к какой-нибудь прачке, а к герцогине - невесте австро-венгерского кронпринца. Не исключено, впрочем, что фокусника привлекла именно недоступность красавицы для такого плебея, как он сам. Увести принцессу у без пяти минут императора - это настоящий вызов для высококлассного иллюзиониста "из низов".

К тому же попутно есть возможность поиздеваться над напыщенным властителем: в фокусах-то принц ничего не смыслит, и обмануть его нетрудно, как любого простачка. Самое забавное, что тайны из своих целей фокусник не делает. Кронпринц не только осведомлен о своем сопернике и обидчике, но даже подозревает его в антигосударственной деятельности. Еще больше об Айзенхайме знает вездесущая венская полиция, держащая иллюзиониста, как она думает, под колпаком. Особенно старается умный начальник полиции в отменном исполнении Пола Джиаматти. Но когда это фокуснику мешали те, кто следит за ним во все глаза? Напротив, внимательная, недоверчивая и все равно обманутая публика - один из залогов успеха.

То ли нечаянно, то ли нарочно, но фильм у режиссера Нила Бургера в плане выразительных средств вышел довольно аскетичным, чтоб не сказать примитивным. Актерская игра достаточно схематична - никаких глубоких переживаний, одни условные обозначения. Костюмы и декорации Вены столетней давности выполнены со вкусом, но простенько. А за кадром звучит музыка минималиста Филипа Гласса. Но от сочетания всего этого картина разом обретает вдруг и цельность, и стиль, причем весьма гармонирующий с холодной расчетливостью и отточенными манипуляциями фокусника.

17.10.2006 / ЕКАТЕРИНА ЧЕН Материал опубликован в "Газете" №190 от 18.10.2006г.