Оригинал материала
Смешавшаяся мозаика Европы
Биография Лукьянова - пример того, как преданность любимому делу становится залогом успеха. Он начал свою деятельность в редакции иновещания Московского радио. Затем работал в газете «Сегодня», после занимал должность зам. главного редактора газеты «Время новостей». В 2002 году Лукьянов возглавил журнал «Россия в глобальной политике». Годом позже он стал членом Совета по внешней и оборонной политике. У Лукьянова есть редкое хобби - политическая карикатура советского периода. Об авторе Руководитель международного направления одной из крупнейших европейских газет пожаловался недавно в частном разговоре, что, приезжая в Вашингтон, не может добиться встречи ни с кем из сколько-нибудь значимых чиновников Госдепартамента. По его словам, отсутствие интереса к Европе в американском истеблишменте никогда не было столь демонстративным.
Подтверждением стало выступление в пятницу на ежегодном Брюссельском форуме, который всегда считался самым важной общественной демонстрацией трансатлантического единства, главы отдела политического планирования Госдепа Анны-Мари Слотер. Она сообщила, что саммиты ЕС–США, которые с начала 1990-х годов проводились сначала дважды, а потом один раз в год, больше не будут регулярными, созывать их будут лишь по мере необходимости. Это объясняется тем, что, мол, Европа и Америка настолько близки, что нет необходимости устраивать специальные встречи, все прекрасно решается в рабочем порядке. Тем не менее основной посыл очевиден: тратить время на символическое подчеркивание важности отношений, в чем и заключалась суть саммитов, Вашингтон больше не собирается.
| Анна-Мари Слотер сообщила, что саммиты ЕС–США, которые с начала 1990-х годов проводились сначала дважды, а потом один раз в год, больше не будут регулярными, созывать их будут лишь по мере необходимости |
Причины охлаждения США к европейским союзникам понятны: американцы сегодня довольно низко оценивают их способность вносить вклад в решение актуальных для Соединенных Штатов задач. Главная из них в сфере внешней политики – «перезагрузка» американского лидерства в мире. Приоритеты на этом направлении – стимулирование американской экономики, режим нераспространения и ядерное разоружение, нахождение модели сосуществования с растущим Китаем, решение региональных конфликтов (Ирак, Афганистан, Иран, Палестина–Израиль), закрепление военно-технологического превосходства США, восстановление морального облика Америки.
Во всех этих вопросах, за исключением последнего, роль Европы незначительна. Она не является ни оппонентом, которого надо привлечь на свою сторону, ни союзником, способным стать серьезным подспорьем. Старый Свет в принципе мог бы оказать содействие по разрешению конфликтов, но большая часть усилий уходит на согласование позиций внутри ЕС и особенно на преодоление общего нежелания европейцев вовлекаться в сложные процессы далеко от собственных границ. С начала 1990-х гг., когда были реализованы далекоидущие решения о введении единой валюты и масштабном расширении, Евросоюз пребывал в состоянии сначала проектирования (разработка Конституции), потом рефлексии (после провала Конституции на референдумах), а теперь, после вступления в силу Лиссабонского договора, занялся самосозерцанием, осмыслением того, что получилось.
Снижение интереса США к Европе – крайне необычная ситуация. За 60 лет Старый Свет привык к положению главного партнера Соединенных Штатов и с трудом адаптируется к утрате такого статуса. Дополнительную нервозность придает тот факт, что Европа никогда не жила в мире и гармонии, пока не оказалась под американским зонтиком – вся ее история до создания НАТО и ЕЭС представляет собой череду военных и политических конфликтов. Сейчас трудно представить себе возврат Европы к политике такого типа, но исключить полностью нельзя. Это соображение, кстати, нередко приводится среди американских аргументов в пользу сохранения Европы в орбите США – рост там межгосударственного напряжения создаст Вашингтону большие проблемы.
Как все это может сказаться на европейской политике?
Прежде всего подобная ситуация способна изменить взаимоотношения между западной и восточной частями континента, внешнеполитические приоритеты которых различны. Для экс-коммунистических стран близость к Соединенным Штатам всегда служила главным источником их уверенности в будущем. Потеря Америкой интереса к Европе заставит часть стран Центральной и Восточной Европы стремиться к укреплению отношений с крупными государствами Западной Европы, но другая часть, скорее всего, приложит усилия для того, чтобы вернуть внимание Вашингтона к себе. К последним, наверняка, относятся страны Балтии и, скорее всего, Польша, которые воспринимают российский фактор и перспективу сближения Германии с Россией как экзистенциальную угрозу.
Вероятность сегментации Европы по такому принципу станет понятной в ходе обсуждения новой стратегической концепции НАТО во второй половине года. Восточноевропейские страны настаивают на том, что альянс должен сосредоточиться на защите территории стран-членов от внешней угрозы (то есть России). Западная Европа не видит в этом острой необходимости, но не имеет собственного четкого видения будущего блока. При наиболее негативном сценарии развития событий можно ждать попыток восточноевропейских стран перейти на двусторонние военно-политические отношения с США. По сути, это уже происходит, дискуссия по американской противоракетной обороне и на первом этапе (Польша, Чехия), и теперь (Румыния) идет вне рамок НАТО.
Когда-то Европейское сообщество создавалось не в последнюю очередь для того, чтобы компенсировать падающее мировое влияние европейских держав. По мере относительного международного ослабления Евросоюза западноевропейские страны, вероятнее всего, будут искать другие способы упрочения своих позиций. Для Германии и Франции, а отчасти и Италии основное направление в этом случае – использование особых политических и экономических отношений с Россией. Для Испании – укрепление связей с Латинской Америкой, этим недооцененным международным активом Мадрида. В самом трудном положении оказывается Великобритания, которая в последние полтора десятилетия окончательно утратила самостоятельный внешнеполитический курс, полностью ориентируясь на Вашингтон. Консервативное правительство, которое намерено сменить лейбористов летом, собирается выстраивать с США «близкие, но не рабские отношения», при этом оно будет более антиевропейским.
Ситуация в Европе в целом создает возможности нового оживления отношений России и европейских стран, хотя борьба вокруг стратегической ориентации Старого Света далека от завершения. Экономические проблемы наподобие угрозы банкротства Греции объективно укрепляют позиции Германии, но одновременно увеличивают напряжение между разными странами и усугубляют опасения тех, кто боится германского доминирования. США, сколь скептически они ни смотрели бы на Европу, не допустят ее излишнего сближения с Россией, что чревато созданием мощного конгломерата в Евразии. Значимость России для решения ряда жизненно важных проблем Америки сейчас несколько повысилась, и Соединенные Штаты могут попробовать сориентировать Москву на сотрудничество через голову европейцев.
Оставаясь самым спокойным и процветающим регионом мира, евро-атлантическое пространство неожиданно превратилось в смешавшуюся мозаику. При попытке снова собрать ее, элементы могут сложиться совсем в другую картинку.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции GZT.RU