Когда эфир рассеялся

Не знаю, согласится ли со мной Владислав Сурков, не говоря уже об Эрнесто Че Геваре (как известно, первый считает второго идейным вдохновителем концепции "суверенной демократии"), но прошедший сеанс теле- и радиосвязи российского президента с гражданами - это как раз вершина той самой "суверенной демократии".

Я абсолютно уверен в том, что ни один другой лидер крупной страны (Куба и Фидель не в счет; в свое время на что-то подобное был способен Михаил Горбачев) не в состоянии повторить марафон, с блеском пройденный Владимиром Путиным. Никто не поразил бы таким знанием самых удивительных вещей и, соответственно, так полно не вписался бы в образ отца нации.

Почему? Да потому, что большинство стран ориентируется совсем на другие образцы демократии. На конкуренцию людей, умеющих не сыпать цифрами, как отличник на экзамене, вытянувший к тому же заранее известный билет (в СМИ есть доказательства того, что вопросы президенту были расписаны заранее, соответственно, были готовы и ответы), а выдвигать и добиваться выполнения решения проблем избирателей, которые по результатам и выносят свой приговор. В "суверенной демократии" не так. Здесь в центре не избиратель и конкурирующие политические программы, а суверен.

Прошедший сеанс теле- и радиосвязи российского президента с гражданами - это вершина "суверенной демократии"

Главные политические решения принимает один человек, и, что характерно, он может дистанцироваться от того, как его решения воплощаются, - за это отвечает тот или иной чиновничий аппарат. Он же решает и вопрос, к кому перейдут (если перейдут) его полномочия, а избиратели его решение оформляют.

Тем сладостнее миг торжества эфирной демократии. Но есть и издержки. Закон эфирной демократии: президент на голову выше всех, кто есть во власти. Соответственно, любые, независимо от масштаба, проблемы (с указанием сроков и ответственных исполнителей) разрешаются в диалоге президента с гражданами. Тогда резонен вопрос: кому и зачем нужен год от года пухнущий чиновничий класс? Вот и премьер Михаил Фрадков на вчерашнем заседании кабинета сетовал: "Вот, дождались, президент по секрету всему обществу рассказывает о проблемах у нас в организации управления, связанных с организационной немощью и недостаточным знанием предмета".

Однако законы "суверенной демократии" не сводятся к эфирным. Шоу - это, конечно, политика, но далеко не вся. Само построение "суверенной демократии" предполагает расслоение чиновничьего сословия. Есть исполнители, а есть приближенные к политическим решениям. Есть те, кого назначают, и есть те, кто составляет шорт-лист кандидатур, будь то губернаторы, министры или премьеры. Возможно, когда президент с телеэкрана говорил тут же растиражированные слова, что уходить из политики не собирается, он имел в виду, что эта высшая чиновничья прослойка, которая, собственно, и выдвинула концепцию "суверенной демократии", в основном сохранится и после 2008 года. Тогда это совсем не лишняя гарантия от излишней самостоятельности преемника.

Вам такая "суверенная демократия" ничего не напоминает? А мне живо напоминает демократию советскую, когда все было во имя человека и для его блага. И все знали, как этого человека зовут.

26.10.2006 Материал опубликован в "Газете" №197 от 27.10.2006г.