Внутренний радиус действия

Ракеты средней дальности стали новым аргументом в спорах вокруг ПРО Визит в Москву госсекретаря Кондолизы Райс и министра обороны США Роберта Гейтса в конце прошедшей недели, как и ожидалось, закончился ничем. Сначала гостей из Вашингтона принял Владимир Путин, затем они поучаствовали в консультациях по проблемам ПРО в формате "два плюс два" вместе с Сергеем Лавровым и Анатолием Сердюковым.

Обе стороны не питают никаких иллюзий: Райс в который раз заявила, что планы по ПРО не подлежат пересмотру, попутно подвергнув критике концентрацию российской власти в Кремле. Сергей Лавров уточнил, что есть две серьезные проблемы: расхождение в оценке ракетных угроз, против которых создается система ПРО, и разные взгляды на российско-американское сотрудничество. Глобальный характер темы ПРО подчеркивает ДОВСЕ, из которого Россия собирается выйти. Это намерение не произвело большого впечатления на Запад, так как ему договор тоже не особо нужен. И в пятницу Путин достал еще одну карту. Он напомнил о Договоре о ликвидации ракет средней и меньшей дальности: "Нам будет сложно оставаться в рамках этого соглашения, когда другие государства активно развивают эти системы вооружения".

Правозащитники заинтересовались правами на Западе По примеру Николя Саркози Кондолиза Райс провела в субботу встречу с российскими правозащитниками. Если французский президент ограничился беседой с представителями «Мемориала», которых награждало французское правительство, госсекретарь постаралась показать, что ее интересует мнение всего правозащитного сообщества. На встречу были приглашены не только критически настроенные по отношению к власти глава комитета «Гражданское содействие» Светлана Ганнушкина, руководитель центра "Демос" Татьяна Локшина, глава Московской Хельсинкской группы Людмила Алексеева, но и директор Московского бюро по правам человека Александр Брод, недавно включенный в состав Общественной палаты, а также омбудсмен Владимир Лукин. Встреча прошла за закрытыми дверями. Судя по словам ее участников, только Алексеева говорила исключительно о положении с правами человека в России: она отметила, в частности, что на Северном Кавказе ситуация несколько улучшилась. Другие выступавшие спрашивали Райс о положении в Ираке, в тюрьме Гуантанамо. "Мы ни на что не жаловались. Мы обменивались мнениями и задавали вопросы", - заявила корреспонденту "Газеты" Ганнушкина. Александр Брод отметил, что "в некоторых выступлениях наша страна была охарактеризована чуть ли не как диктатура, а это, конечно, не соответствует действительности". Райс после встречи подвергла критике концентрацию власти в руках Кремля, усомнилась в независимости судов, СМИ и Госдумы, выразила готовность помочь общественным институтам и подчеркнула, что не собирается вмешиваться во внутренние дела России.

Пятничные переговоры в Москве по вопросам противоракетной обороны (ПРО) примечательны только тем, что обе стороны декларировали свою готовность к продолжению обсуждения и договорились сделать формат «два плюс два» постоянно действующим. Напомним, что об этом формате (то есть министры иностранных дел и обороны от России и США) еще в 2002 году договорились президенты, но с тех пор встреча состоялась лишь однажды. При отсутствии прорывов и это прогресс.

Россия просит заморозки

Подытоживая переговоры, министр иностранных дел России Сергей Лавров заявил, что оценки характера угрозы ракетного распространения у обеих сторон по-прежнему остались разными, и подчеркнул, что Россия настаивает на замораживании третьего позиционного района в Европе. Его коллега Кондолиза Райс выразилась куда более определенно: «По вопросам противоракетной обороны, а также по развертыванию ядерных боеголовок согласия достигнуто не было». Она дала понять, что США продолжат переговоры с Польшей и Чехией по размещению элементов ПРО. Вашингтонские гости приехали в Москву со своими встречными предложениями, правда, в чем была их суть, понять не удалось. Лавров их не раскрыл, а Райс на конкретный вопрос американского журналиста ответила очень дипломатично: «Мы надеемся, что нам удастся довести до российской стороны суть системы ПРО, а также суть той ракетной угрозы, с которой мы сталкиваемся и против которой мы стремимся развернуть эту систему».

Ответ министра обороны США Роберта Гейтса на тот же вопрос был чуть более конкретным. «Был целый ряд предложений, который предполагал обеспечение режима прозрачности. В частности, предполагается присутствие на объектах представителей обеих сторон и если речь идет о третьей стороне, то и представителей третьей стороны. Кроме того, нам хотелось бы успокоить российскую сторону относительно того, что предполагаемое в ближайшее время развертывание объектов в Польше и Чехии не будет представлять угрозу для России», - сказал Гейтс. Последнее предложение дало повод для небольшого сенсационного заявления министра обороны России. «Мой коллега признал, что ракеты, размещаемые в Восточной Европе, несут угрозу для России», - заявил Анатолий Сердюков.

И все же ставить крест на переговорах по ПРО рановато. Во-первых, потому, что "два плюс два" теперь будет работать каждые полгода. Следующий раз - в Вашингтоне. Во-вторых, Россия и США, по словам Лаврова, подтвердили общее желание «выйти на ситуацию, при которой, когда адаптированный Договор об обычных вооруженных силах в Европе вступит в силу, можно было бы решить целый ряд закономерных вопросов, касающихся его (договора) жизнеспособности». В-третьих, стороны условились сделать все, чтобы в кратчайший срок разработать режим действия для Договора о стратегических наступательных вооружениях (СНВ-1) после того, как он утратит силу в декабре 2009 года. Наконец, Россия и США пригласили всех присоединиться к Договору о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД), пусть даже никто этому призыву не последует.

Денонсация

К новой встрече в Вашингтоне эксперты поищут новые подходы к проблемам. "Если удастся выработать такие критерии, то станет ясно, что в третьем позиционном районе, как он был изначально задуман, нет необходимости, - заявил Сергей Лавров. - Очевидно, что за полгода до проведения следующей встречи «два плюс два» США не изменят свою точку зрения ни по ПРО, ни по ДОВСЕ, ни по многим другим вопросам. Однако тот же срок позволит России подготовить и принять «адекватные ответные меры» на действия США".

В общем, самой яркой деталью состоявшихся переговоров в Москве остались слова Владимира Путина о том, что России "будет очень сложно оставаться в рамках Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, когда другие государства активно развивают эти системы вооружения, в том числе государства, которые находятся в непосредственной близости от наших границ".

Почему именно ракеты среднего и малого радиуса действия? Логика прямая: раз американская глобальная система ПРО создается против стран-изгоев, которые в перспективе способны создавать только ракеты средней дальности, и то плохие, то не проще ли попытаться исключить эту угрозу совместными военно-дипломатическими усилиями, а не односторонними военными? Президент Института стратегических оценок Александр Коновалов считает, что ДРСМД ограничивает только Россию и США, хотя ракетные технологии активно развивают Иран и Северная Корея. "Президент призвал американцев совместно выработать предложение по этим странам. Это труднодостижимо, но если бы произошло, у нас появился бы большой запас времени", - считает Коновалов.

Вице-президент Академии геополитических проблем Леонид Ивашов отметил в интервью "Газете", что практического смысла в этих намерениях немного. "Я бы не стал возвращаться к ракетам средней дальности. ДРСМД выполнен на отлично, все ракеты уничтожены, а вместе с ними - кооперация по производству, - подчеркнул Ивашов. - Сейчас нет кадров, научной базы, производств. Наоборот, денонсация ДРСМД может быть на руку США, у которых мощностей гораздо больше".

Частично с ним согласен директор российских и азиатских программ Института мировой безопасности в Вашингтоне Николай Злобин.

"Первый раз о возможной денонсации сказал Сергей Иванов три года назад. Угроза не произвела на американцев особого впечатления, - напомнил он. - Я думаю, то же самое будет и сейчас. В США понимают, что у России нет ни сил, ни желания развязывать полноценную гонку вооружений. Американцы, конечно, могут встать в позу и раздуть пропагандистскую кампанию: мол, русские не соблюдают международные договоры. Но, скорее всего, они воспримут заявление Путина как часть торга, не более".

Будущие упреки

Очевидно, что, вспомнив о ДРСМД, Владимир Путин продолжает своеобразный диалог с Европой, начавшийся с широко разрекламированных успешных испытаний оперативно-тактического ракетного комплекса "Искандер" в мае. Тогда намек Москвы европейцы расшифровали правильно: сверхсовременные комплексы с дальностью поражения до 500 км (а возможно, и больше - это государственная тайна) могут быть размещены в Калининградском оперативном районе. Оценив перспективы, Чехия перенесла окончательное решение по монтажу американского радара на 2008 год, а министр обороны Австрии Норберт Дарабош впервые в Европе открыто назвал планы США провокацией.

Стоит напомнить, что ДРСМД был подписан в 1987 году во многом под давлением европейских союзников США, перед которыми ясно маячила перспектива стать полем битвы двух ядерных сверхдержав.

Однако метод тщательно завуалированных угроз имеет и оборотную сторону. Леонид Ивашов отметил в интервью "Газете": "Если мы действительно вернемся к ракетам среднего радиуса, то тем самым подыграем американцам, которые все равно останутся недосягаемыми за океаном. Кроме того, мы вызовем настороженность Европы, чего и хотят американские друзья". Есть и другой нюанс: возврат России к производству этого типа вооружений на Западе неизбежно объяснят внутренним давлением ВПК, заинтересованного в увеличении финансирования, и обвинят нас в неискренности. А Владимиру Путину будет очень трудно оспорить это.

С разрядкой пора прощаться?

АНДРЕЙ КОЗЫРЕВ, министр иностранных дел России в 1991-1996 годах

Вы бы еще прошлогодний снег вспомнили! Разрядка - это же еще из 70-х годов прошлого века. Это дело было при Брежневе, и мы уже давно распрощались с этим понятием. В 1974 году я закончил институт и начинал свою дипломатическую карьеру, а это был как раз разгар разрядки. У меня даже диссертация называлась: «Роль ООН в условиях разрядки международной напряженности».

А сейчас, конечно, не прощание с разрядкой, а… Знаете, это не поддается комментариям. В виде исключения могу сказать только одно: наша внешняя политика целиком подчинена внутренней. И этим все сказано.

ЭДУАРД ВОРОБЬЕВ, бывший зампред комитета Госдумы по обороне, генерал-полковник

Не пора. Но я и не думал, что США пойдут на отмену своего проекта в Польше и Чехии в обмен на наши предложения по Габале и Армавиру. Свои планы они будут реализовывать, однако это не значит, что мы возвращаемся в период холодной войны. Просто то, что заложено американцами в проект, перевешивает то, что предлагаем мы.

А дальше надо отслеживать ситуацию. Мы и сами говорили, что свойства, заложенные в наших ракетах, очень надежны, и противоракеты все равно будут не настолько эффективны. Да и реализация проекта начинается не завтра. И в самих США нужно преодолеть внутреннее препятствие, и в Польше, и в Чехии нельзя не учесть волю народов.

Сейчас не надо делать никаких скоропалительных выводов и тем более - практических шагов. Не нужно истерик, ведь отношения и между СССР и США, а потом и Россией и США никогда не были ровными. Конечно, те положительные шаги и успехи, которые сейчас делает Россия, и неожиданны для США, и вызывают раздражение у некоторой части американских политиков. Тем более там сейчас предвыборная кампания и нужно набирать очки.

АЛЕКСЕЙ ОСТРОВСКИЙ, зампред комитета Госдумы по международным делам (фракция ЛДПР)

Ни на какое улучшение отношений ни с США отдельно, ни с Североатлантическим альянсом в целом нам рассчитывать нельзя. До тех пор, пока Запад будет стремиться забрать под свой контроль природные ресурсы, находящиеся на территории России, мы никогда не будем партнерами.

Но при этом я считаю, что нам не следует увеличивать ассигнования на военные цели, потому что у России есть такое оружие, аналогов которому на Западе не будет еще на протяжении нескольких десятилетий.

ВИКТОР ОЗЕРОВ, председатель комитета Совета федерации по обороне и безопасности

Это продолжение разговора о том, чтобы не было нового витка гонки вооружений. Если бы вы задали этот вопрос месяца три назад, то ответ на него мог бы быть таким: а будут ли американцы вообще разговаривать с Россией или в одностороннем порядке продолжат строительство третьего позиционного района, не спрашивая нашего мнения?

Самое главное, что начался переговорный процесс, переговоры идут, и намечен их следующий этап. Я бы не говорил именно о разрядке, уместнее понятие "гонка вооружений" - надо не запустить ее новый виток. Потому что Россия, естественно, будет в ответ на строительство третьего позиционного района принимать какие-то адекватные меры.

Предупреждение России о выходе из Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности - это не только призыв к тому, чтобы к нам присоединялись. Здесь есть некое скрытое предупреждение европейским государствам: эти ракеты прежде всего для вас, а не для Америки. Если эти страны участвуют в противоракетной обороне США, то пусть не чувствуют себя абсолютно спокойно. То есть если ракеты, направленные с их территории, будут на начальном этапе полета поражать наши, то и наши ракеты среднего и меньшего радиуса действия будут за три-четыре минуты полета доставлены им. Мы обязательно будем восстанавливать этот баланс.

Что еще пересмотреть

8 декабря 1987 года генсек ЦК КПСС Михаил Горбачев и американский президент Рональд Рейган подписали бессрочный Договор о ликвидации ракет средней и малой дальности. Стороны обязались не производить и не испытывать ракеты средней и меньшей дальности.

31 июля 1991 года президенты Михаил Горбачев и Джордж Буш-старший подписали договор о сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (СНВ-1). В договоре, в частности, стороны обязались сократить свои ядерные арсеналы до 1,6 тысячи стратегических носителей ядерного оружия и стратегические ядерные силы до 6 тысяч боеголовок. Срок действия договора истекает 5 декабря 2009 года.

Договор СНВ-2, запрещающий использование баллистических ракет с разделяющимися головными частями, был подписан уже Борисом Ельциным в январе 1993 года. В ответ на выход США из договора по ПРО в 2002 году Россия вышла из СНВ-2. Правда, сразу же был заключен российско-американский договор о сокращении стратегических наступательных потенциалов (Договор о СНП, или Московский договор). Договор ограничил количество ядерных боеголовок, стоящих на боевом дежурстве, до 2,2 тысячи для каждой из сторон. Срок его действия истекает 31 декабря 2012 года.

14.10.2007 / МАДИНА ШАВЛОХОВА, ГЕННАДИЙ САВЧЕНКО, опрос подготовил АЛЕКСАНДР САРГИН Материал опубликован в "Газете" №192 от 15.10.2007г.