Сын—народ к Отцу пришел

Десятки тысяч туркмен вчера пришли проститься с Сапармуратом Ниязовым. Больше идти им некуда - дороги перекрыты, авиарейсы отменены Туркменистан вчера хоронил Сапармурата Ниязова. "Алмазный венец туркменского народа" нашел свой последний приют в родном селе Кыпчак под Ашхабадом, где и завещал похоронить себя. Здесь, рядом с фамильной усыпальницей, он построил мечеть Туркменбаши Рухы ("Дух Туркменбаши"), самую крупную в стране.

Прощание с вождем прошло в советском духе: к гробу, выставленному во Дворце Турменбаши (ашхабадский аналог московского Дома союзов), выстроились многотысячные очереди, похоронную процессию от столицы до находящегося в 15 километрах Кыпчака провожала живая цепь из "представителей общественности". Что на самом деле думают граждане страны о почившем в бозе Великом Сердаре, за рубежом узнают не скоро. После смерти Ниязова продажа авиабилетов в республику не производится, сухопутные границы перекрыты. Даже главам правительств, прибывших в Туркменистан (среди них и премьер-министр Михаил Фрадков), запрещено брать с собой представителей пула журналистов. Ответ на вопрос, что на уме у нынешнего туркменского руководства, все заинтересованные лица ищут в некоем подобии программной речи, которую после заседания кабинета министров исполняющий обязанности президента Гурбангулы Бердымухаммедов зачитал с бумажки. Он заявил о преемственности курса Туркменбаши и о готовности выполнить все ранее взятые на себя обязательства по поставкам нефти и газа. Последнюю фразу Бердымухаммедов произнес по-русски и явно адресовал Владимиру Путину. Внешне похожий на Ниязова (что породило слухи об их родстве), Бердымухаммедов восседал в его кресле под портретом покойного президента. Министры, не поднимая глаз, что-то судорожно записывали в блокноты. Для полного сходства с заседанием кабмина с участием Ниязова не хватало только финального целования руки "солнца туркменской нации". И всё же по скованной речи Бердымухаммедова было видно, что он - лишь "заменитель" Туркменбаши, призванный символизировать для народа преемственность власти.

Сапармурат Ниязов оставил после себя вакуум власти. Сейчас вопрос только в том, кто из внутренних туркменских группировок и заинтересованных в них соседних держав быстрее конкурентов отойдет от шока, вызванного кончиной казавшегося бессмертным Сердара.

Самой сильной фигурой в новом туркменском руководстве является глава службы охраны президента Акмурад Реджепов. Его ведомство меньше других пострадало от ниязовских чисток, и, по всей видимости, он, а не генпрокурор Мухамметгулы Огшуков, стоит за пятничным арестом председателя парламента Овезгельды Атаева. Напомним, что по конституции обязанности президента должен исполнять спикер. В аресте Атаева интересен не сам факт, а способ - совсем не ниязовский. Его не обвинили в коррупции, не заставили публично каяться, а лишь пустили компромат из архивов "алмазного венца": доведение до самоубийства девушки приемного сына по имени Гульсенем Оразсахедова. В июне этого года она пыталась отравиться: как заявил Огшуков, Атаев-старший не хотел невестку из "низшего" племени и "систематически оскорблял ее". Если Реджепов победит в жестокой аппаратной схватке, развернувшейся над гробом вождя, курс Ниязова действительно вряд ли претерпит изменения. Пока непонятно только, заинтересованы ли в этом партнеры по СНГ, в первую очередь Россия.

Другой волнующий эпизод постниязовской Туркмении - исчезновение замглавы администрации президента Александра Жадана. Он пропал, не вернувшись домой после прогулки, и на вчерашний день не открылось никаких обстоятельств, способных пролить свет на это происшествие. Жадан входил в ближайшее окружение Ниязова и мог располагать информацией о его зарубежных счетах - до $3 млрд (для сравнения: ВВП страны в 2006 году составил порядка $6 млрд). Между тем деньги новому руководству понадобятся как никогда, чтобы исправить тяжелую социальную ситуацию. Пенсии в республике не выплачиваются, продуктов за пределами Ашхабада не хватает. "В стране практически не осталось квалифицированных управленческих кадров, - сказал "Газете" бывший вице-премьер Назар Суюнов. - Все либо в тюрьме, либо в эмиграции". В тюрьмах содержится до 4 тысяч политзаключенных - без учета направленных в психбольницы и ЛТП. Однако возможная амнистия наверняка создаст новую проблему: ведь она поставит вопрос о виновниках репрессий. Сейчас слишком сложно судить о перспективах Туркменистана из-за тотальной закрытости всех структур, однако в первом же номере нового, 2007 года "Газета" обязательно вернется к этой теме.

24.12.2006 / ГЕННАДИЙ САВЧЕНКО Материал опубликован в "Газете" №237 от 25.12.2006г.