Без адвокатов

Как прокурор нашел подстрекателя и главаря нападения на Нальчик Ко Дню милиции следствие по нападению на Нальчик 13 октября обрело чеканные формы. Теперь нападение приписано «международной террористической организации на юге России». Назван подстрекатель боевиков - это бесследно исчезнувший в центре Нальчика после допроса в ФСБ правозащитник Руслан Нахушев. Назван и руководитель – инвалид-гуантанамовец Расул Кудаев, арестованный через 10 дней после налета на Нальчик. Чтобы устранить все препятствия гладкому ходу следствия, прокуратура дала отвод четырем адвокатам, заявившим жалобы о том, что людей истязают и пытают.

В пятницу, после Дня милиции, замгенпрокурора Николай Шепель созвал пресс-конференцию в Нальчике. На ней он рассказал о грандиозных масштабах следствия: речь шла о расследовании деятельности «международной террористической организации на юге России». У солидной сети должны быть солидные тузы. Ими названы бывший майор КГБ, пропавший после допроса в ФСБ, и бывший пленник Гуантанамо.

Сила печатного слова

Львиную долю времени замгенпрокурора уделил Руслану Нахушеву, бесследно исчезнувшему у здания республиканского УФСБ после допроса 4 ноября. Шепель назвал Нахушева подстрекателем боевиков и сообщил, что «основанием для возбуждения уголовного дела послужили публикации в «Российской газете». Само издание тоже поспешило обрадовать своих читателей тем, что по их материалам Руслана Нахушева обвинили в соучастии в нападении на город. У материала в «Российской газете» был фактический аналог, напечатанный в еженедельнике «Северный Кавказ». Подписи разные, а обвинения сходные: Нахушев курировал ваххабитов.

Два года назад Нахушев судился с автором «Северного Кавказа». Тогда суд обязал газету выплатить компенсацию за нанесение морального ущерба и опубликовать опровержение обвинения в причастности к террористическим группировкам Нахушева и его заместителя Мусы Мукожева. Теперь «Северный Кавказ» опубликовал обвинение Нахушева, когда тот исчез.

Справка, что не ваххабит

Руслан Нахушев, узнав о возбуждении против него дела, отправился не в бега, не в горы и не за границу, а в Москву. Бывший сотрудник внешней разведки, специалист по исламу, спасший из чеченского плена более 150 российских военных, Нахушев ожидал встречи с президентом Кабардино-Балкарии Арсеном Каноковым. Каноков заявил о том, что рассматривает Нахушева как главного эксперта по урегулированию ситуации в республике, несмотря на возбужденное против него дело. Всероссийская общественная организация «Российское исламское наследие» выпустило заявление, что Нахушев, являвшийся руководителем регионального отделения РИН, «никогда не состоял и не состоит на учете в МВД КБР как сторонник экстремистских течений, о чем свидетельствуют соответствующие документы, выданные республиканскими правоохранительными органами». Действительно, Нахушев добился от местного МВД выдачи справки такого содержания.

Почему Нахушев должен был исчезнуть

Отставной офицер был действительно важным свидетелем, располагавшим документами. Он мог свидетельствовать, что Муса Мукожев и Анзор Астемиров, теперь объявленные главарями боевиков, на деле являлись учениками и заместителями бывшего муфтия республики Шафига Пшихачева, которых тот направлял на учебу. Они были его учениками ровно до тех пор, пока не уличили муфтия в растрате. У Нахушева имелись документы, доказывавшие, что деньги, собранные верующими на строительство мечети, пропали со счета в банке, принадлежавшем брату бывшего муфтия.

Правозащитник собрал громадный архив многолетних преследований мусульман по религиозному признаку. Он по дням знал хронику закрытия всех мечетей республики, располагал показаниями сотен людей, которых избивали в мечетях, в том числе инвалидов и женщин, когда на час в неделю им открывали двери для молитвы. Нахушев мог предъявить многостраничные доказательства, как «молящихся» (так правоохранительные органы называют здесь мусульман, отринув за ненадобностью неясный термин "ваххабит") лишали работы, ликвидировали их предприятия, запрещали хоть как-то участвовать в трудовой, культурной и даже спортивной жизни.

У Института исламских исследований, так и не зарегистрированного властями, эти же власти отняли здание, построенное на деньги мусульман, закрыли небольшой магазин, торговавший карточками мобильной связи. Эти документы видела спецкор "Газеты" и десятки иностранных журналистов. Их копии стараниями Нахушева есть в высоких кабинетах Москвы. В день нападения на Нальчик Нахушев свидетельствовал журналистам, обзвонив своих единомышленников, что те сидели дома, а не бегали с гранатами, как их обвинили позже. В частности, Нахушев подтвердил, что сидел дома и ныне арестованный гуантанамовец Расул Кудаев.

Наконец, бывший офицер напрямую обвинил главу МВД республики Шогенова в дестабилизации ситуации, в провоцировании мусульман и в убийствах невинных людей. Это прозвучало в его интервью «Времени новостей» незадолго до назначения Арсена Канокова. Нахушев призвал будущего президента целиком сменить аппарат милиции и предостерег, что дестабилизация ситуации будет исходить именно от руководства республиканского МВД.

Вот такого важного свидетеля замгенпрокурора Шепель уже дважды обвинил в том, что тот «скрылся, опасаясь преследования». Первый раз он сделал это в эфире НТВ (см. «Газету» от 10 ноября). Второй раз – на пресс-конференции.

Теперь Нахушев станет фигурантом нескольких уголовных дел: похищение его самого, а также подстрекательство к террористической деятельности.

Вслед за правозащитником Валерием Хатажуковым к полпреду президента в ЮФО Дмитрию Козаку обратились и родственники Нахушева.

Они просят Козака взять поиски под свой контроль, поскольку за пять дней следствие по похищению так и не сдвинулось с мертвой точки. Родственники, придя к следователю, удостоверились, что за пять дней тот даже не ознакомился с делом. Нахушева просто не ищут.

Лидер нападения на правительственный объект

Замгенпрокурора Шепель уделил внимание на пресс-конференции и знаменитому ныне жителю республики – бывшему пленнику Гуантанамо Расулу Кудаеву. Прокурор отметил, что «ряд правозащитников обвиняют правоохранительные органы в необоснованности его задержания».

Лондонский адвокат Кудаева Александра Зернова заявила «Газете», что «не только Amnesty International, но ведущие мировые СМИ, общественные организации и юристы пристально наблюдают, как обвиняют невинного человека». «Следствие ожидало, когда уедет большинство журналистов, свидетелей того, что Расул был дома 13 октября. Как иначе можно объяснить, что арест такого «большого террориста» откладывали целых 11 дней?» – говорит Зернова.

Шепель сообщил: «Есть частичное признание Кудаева в том, что он входил в одну из групп боевиков, но в последнее время отказался от участия в нападении на Нальчик. Однако пять свидетелей опровергают эти доводы». Вот эти свидетели показали, что Кудаев «был в группе, которая должна была напасть на санаторий МВД «Нальчик» и правительственную дачу».

Если раньше, говорит адвокат Зернова, из свидетелей выбили показания, что Кудаев якобы руководил нападением на пост ГИБДД в родном поселке Хасанья, то теперь его статус резко повысили. Шепель заявил, что Кудаев «являлся одним из лидеров этой группы».

История болезни – это тоже свидетель

Адвокат Зернова прислала «Газете» копии справок и выписок из истории болезни Расула Кудаева. Эти бумаги свидетельствуют о тяжелой инвалидности вследствие ранения в 2001 году. Застрявшая пуля и многочисленные осколки, содержащиеся в нервном узле в районе крестца, требуют скорейшей и сложнейшей операции. По словам адвоката, была уже достигнута договоренность с хирургами госпиталя имени Бурденко и Расул готовился к операции.

За последний год его состояние резко ухудшилось, свидетельствуют документы. Окисление пули в нервах крестцового сплетения уже привело к нарушению функции тазовых органов. Отмечен выраженный болевой синдром, онемение в области тазобедренного сустава, онемение в аногенитальной зоне, прогрессирующее онемение ног, затруднение всех функций организма.

С такими симптомами быть «лидером террористов» нереально, говорит Зернова: «Я опрашивала Расула незадолго до 13 октября по его содержанию в американском лагере Гуантанамо – мне приходилось часами ждать, когда он сможет прийти в себя и говорить, это тяжело больной человек, а ему приписывают переход через четыре блокпоста и УБОП. Чтобы достичь названных прокурором объектов, нужно по крайней мере не быть лежачим больным. Я звонила Расулу 13 октября – он сидел дома. Запуганные и забитые мальчишки дают любые показания, как им скажут, – но такое дело рассыпется в суде».

«Расул уже не ходит – его таскают на допросы, он не подписывает признание, и ему угрожают, что "шлепнем тебя при попытке к бегству". Не исключаю, что они устранят его в тюрьме, он им живым не нужен, - говорит Зернова. – У него были разбиты пальцы, следы от наручников, за которые они подвешивают на дыбу. Все это засвидетельствовали и адвокат, и судмедэкспертиза. Ему постоянно меняют следователей, а глава следственной группы Саврулин никаких комментариев не дает. Адвокату до сих пор не позволили ознакомиться с делом – это серьезное нарушение».

11 ноября стало известно, что адвокат Ирина Комиссарова получила отвод. Вместе с ней следствие дало отвод еще трем адвокатам, которые протестовали против пыток в отношении их подследственных. Теперь арестанты остались без права на защиту.

Неудобные адвокаты

В отношении самых деятельных защитников, посмевших жаловаться на пытки подследственных, была применена проверенная органами тактика.

Ирина Комисарова рассказала «Газете», что после первых встреч со своим подзащитным Расулом Кудаевым 24 и 26 октября она увидела явные следы неправомерных действий, примененных к нему, - лицо, пальцы рук были распухшими и посиневшими, он едва мог передвигаться. Адвокат написала заявление по четырем адресам, где указала на противозаконность методов ведения следствия Кудаева.

Ее вызвали на допрос. По словам адвоката, ей угрожали, что за отказ давать показания она сама пойдет под следствие. Речь шла о ее жалобе, а не об уголовном деле. Но, как она узнала в пятницу из присланных в коллегию адвокатов документов, глава следственной группы Юрий Саврулин и следователь Артеменко дали ей отвод, так как она, по их мнению, была допрошена ими по уголовному делу в качестве свидетеля. А это, по закону, является препятствием к тому, чтобы проходить по процессу в качестве защитника.

Аналогично поступили еще с тремя адвокатами: Даниялом Хачуевым, Инной Галициной и Ларисой Дороговой. Их тоже принудили дать показания в качестве свидетелей. Дорогова возмущена тем, что следователи совершили грубую подмену: «Мы давали показания по жалобам на незаконные действия милиции, а не по событиям 13 октября. Мы не являемся свидетелями по данному делу, так что отстранение не соответствует закону».

Дорогову вообще допросили по ее жалобе на обращение с мусульманами за период до 13 октября, которую она писала от имени родителей погибших.

Все адвокаты намерены в понедельник обжаловать отводы в суде, а коллегия адвокатов ответила главе следственной группе Саврулину, что не намерена предоставлять других адвокатов, пока дело не будет решено в суде. Комисарова заметила «Газете», что «следствие желает получить адвокатов, которые будут беспрекословно подписывать протоколы». А Дорогова напомнила, что опыт выведения адвокатов из игры отработан органами на деле Ходорковского, «только там никого не пытали, а здесь все признания выбиты».

13.11.2005 / Надежда Кеворкова Материал опубликован в "Газете" №215 от 14.11.2005г.