Дополнительные материалы

Каждому времени полагается свой герой. Даже не столько конкретный герой с именем и фамилией, сколько тип героя. 30 лет назад герой должен был быть мускулистым и таскать с собой достаточно оружия, чтобы оккупировать Польшу. Сегодня же для героя боевика важнее чувство юмора и способность быстро соображать. Да и сам жанр претерпел в последнее время такие изменения, что в чистом виде существуют лишь в категории «Б».

Иван Филиппов

Работал в «НГ-Религии», на сайте NEWSru.com, в журнале «Компания». Затем писал про кинобизнес в газете «Ведомости». Общался с акулами индустрии: руководителями Disney, DreamWorks, Fox Filmed Entertainment, продюсером Джерри Брукхаймером. Их идеи так увлекли журналиста, что Иван перешел на другую сторону баррикад – он работает в AR Films Александра Роднянского.

Герои нынче пошли немускулистые. Не чета иконам 80-х – Арнольду Шварценеггеру или Сильвестру Сталлоне. Нет, конечно, накачанные мужские тела вполне себе на экране встречаются, взять хотя бы фильм «300», где экран отдан трем сотням полуголых накачанных мужиков. Но это скорее исключение.

Сегодняшние супергерои – Роберт Дауни-младший или Уилл Смит – берут в первую очередь обаянием. Безусловно, для галочки в любом их фильме непременно будет сцена, где герой снимает рубашку и показывает рифленый живот, но это для галочки. Чтобы барышни в зале сказали «ах», а мужики стыдливо втянули животы.

В «Шерлоке Холмсе» у Дауни – это сцена кулачного боя, у Смита в «Я – Легенда» – сцена тренировки с подтягиваниями. Но обратите внимание: в одетом виде эти актеры на перекаченных качков не похожи никогда. Сейчас это уже не модно.

Даже голливудские звезды, попавшие в кино из сугубо мужского грубого и брутального рестлинга, например Дуэйн «Скала» Джонсон, стараются перед камерой показать умение играть или чувство юмора, а не мышцу. Изменилось время – изменилось и представление аудитории о настоящем герое.

Вспомните 80-е и 90-е годы. Это было время Сталлоне, Шварценеггера, Чака Норриса, Жана Клода ван Дамма, Стивена Сигала, Эрика Робертса. Суровых бескомпромиссных мужиков, которым было глубоко наплевать на «мотивацию» героя, на нюансы актерской игры и прочие условности. Их фильмы строились по одинаковой схеме – крутого парня кто-то обидел, крутой парень устроил обидчикам локальную третью мировую войну. Менялись только декорации и личности обидчиков, схема оставалась неизменной.

А потом появился «Крепкий орешек», один из лучших боевиков когда-либо снятых вообще. Главным козырем его был, конечно, Брюс Уиллис. Это его герой – детектив Джон МакКлейн – стал символом наступающих перемен.

МакКлейн не просто крутой парень, он персонаж, которому зрителям было проще сопереживать. Он честен и порядочен, любит свою жену и детей, любит свою работу. Но при этом он страдает в этом новом странном мире высоких технологий. Как человек старой закалки, он тяжело воспринимает перемены. И со злодеями он расправляется с помощью своей сообразительности, а не кулаков.

МакКлейн – новый тип героя, герой поневоле. У Уиллиса получилось сделать то, чего не получалось у остальных экшн-звезд: добавить в фильм юмор. Пару Уиллису вскоре составил Мэл Гибсон. Его «сериал» «Смертельное оружие» строился абсолютно по тому же принципу – органическое сочетание сурового боевика и забавной комедии.

Не то, чтобы Шварц и Сталлоне не умели шутить. Они, как и большинство экшн-героев, оказались очень удачными комедийными актерами. Но в отличие от Уиллиса, эти двое всегда разделяли для себя комедии и боевики (до «Правдивой лжи», конечно).

Героям Шварца и Сталлоне тоже сопереживали, но по другой причине. Это были такие маскулинные архетипы, воплощенные стереотипы мужественности. Девушкам они импонировали просто в силу заложенного где-то в подсознании представления о первобытном идеале мужчины – большом, сильном и способном защитить. Мужчин же они восхищали примерно тем же: способностью красиво в одиночку надрать задницу батальону врагов.

А потом изменились условия игры. Мужчинам стало не стыдно плакать и обсуждать свои проблемы. Точно также не стыдно им стало и следить за собой, пахнуть не потом и пивом, а хорошим парфюмом, и вместо растянутых треников и порванных джинс носить дизайнерские шмотки.

Кто-то называет этот процесс феминизацией мужчин. Что, наверное, не правильно. Мужчины просто решили тоже добиться равноправия и немного раздвинуть рамки стереотипов, в которые их загоняли веками. В сытое время это вполне понятное желание. И как ответ появились новые герои. Такие денди-джентльмены с дизайнерскими домами и итальянскими костюмами, не утратившие, правда, способность при необходимости красивыми руками с маникюром надавать кому нужно по морде.

Сценарий недавно вышедшего фильма «Солт» изначально был написан под мужчину, а конкретно под Тома Круза. А сыграла главную роль в нем Анджелина Джоли, причем сценарий для нее практически не переписывался. Лет 20 назад такого в принципе не могло быть.

Ценители жанра считают, что закат старой системы ценностей начался, когда на роль Бэтмена позвали интеллигентного и совсем не мускулистого Майкла Китона. Кто-то считает, что виноват как раз Уиллис, поломавший представления о герое боевиков. Но, наверное, старая система рухнула бы и без них.

Ведь надо смотреть правде в глаза. Боевики 80-х сегодня смотреть физически невозможно. Не потому, что они недостаточно дорогие или красивые, а потому что они просто безгранично примитивные. С точки зрения современного человека, это уже за гранью разумного.

Вот, кстати, всем, кто ругает современное кино за глупость, совет: посмотрите культовый фильм «Кобра» с Сильвестром Сталлоне. На его фоне любые «Трансформеры», которые вы так почему-то не любите, это чистый артхаус.

Мир вокруг нас слишком сильно изменился в смысле технологий, чтобы мы могли сегодня смотреть классические боевики. Тогда шиком были взрывы, погони и драки. С появлением CGI взорвать в кадре можно хоть Эмпайр-Стэйт Билдинг, при этом уложившись в самый скромный производственный бюджет.

За это, кстати, ценители жанра винят Камерона. Это он в «Терминаторе» показал, что боевик может быть красивым, а компьютерная графика может существенно расширить границы возможного для зрителя. Ну и потом, как вы знаете, понеслось.

Вопрос технологий важен не только в смысле кинотехнологий. Недавно я читал детектив, бестселлер начала 90-х. Все главные интриги и захватывающие сюжетные повороты в книге были связаны с телефоном. То есть звонит главная героиня кому-нибудь предупредить, что к нему маньяк едет, а этот кто-нибудь к телефону не подходит. Вот вам остросюжетный поворот. Глазами читателя XXI века чистый бред: позвонила бы на мобильный.

Этот фактор – доступности и продвинутости технологий – еще один гвоздь в гроб чистого экшна. Там сюжет на таких нюансах тоже не редко строился.

Сегодня Шварценеггер политик национального масштаба. Уиллис продолжает с разной степенью успешности играть более-менее одного и того же героя в разных фильмах. Чак Норрис из крутого перца стал героем анекдотов. Ван Дамм снимается в хорошем артхаусе («ЖКВД»). Эрик Робертс известен современному зрителю только как брат Джулии Робертс, а Стивен Сигал как находился на низшей ступени иерархической лестницы кино, так там до сих пор и находится.

На фоне всех этих пенсионеров только Сталлоне держится молодцом. Он и раньше выделялся среди экшн-актеров. Он был единственным из них, кто доказал свое умение работать в серьезном кино. Его «Рокки» – фильм, в котором Сталлоне выступил и автором сценария, и исполнителем главной мужской роли, получил три премии «Оскар».

Много лет спустя снятое им продолжение фильма было однозначно положительно встречено критиками. Даже продолжение «Рэмбо», уж просто трэш трэшем, и то никто всерьез не ругал. И именно со Сталлоне сегодня многие связывают надежды на реанимацию жанра.

В августе выходит его новый фильм Expendables. Такой кровожадный капустник всех звезд экшн, где на экране встретятся Сталлоне, Микки Рурк, Арнольд Шварценеггер, Брюс Уиллис, Дольф Лундгрен, Эрик Робертс и молодые (на фоне этих пенсионеров) Джейсон Стэтэм и Джет Ли.

Пару недель назад в сети появился блистательный промо-ролик фильма «Неудержимые» (очередной пример кривой локализации: название Expendables куда точнее переводится как “Пушечное мясо”). Так вот, посыл ролика был простой: если ты настоящий мужик, то ты пойдешь смотреть “Неудержимых”.

Это не официальное промо фильма, это ролик, сделанный простым зрителем. Но так точно автор попал в нерв, в суть проблемы, что эта простенькая промка стало не только интернет-сенсацией, но и попала в большинство выпусков новостей в США.

Даже в New York Times вышла положительная заметка о фильме. Для контекста: более пафосных, напыщенных и яйцеголовых критиков, чем в NYTimes, кажется, нет в природе. После фестиваля Comic Con о «Неудержимых» стали говорить как о «Сексе в большом городе» для мужчин. То есть не просто об удачном фильме, а о фильме с потенциалом франшизы.

И сегодня все те причины смерти жанра экшн, которые я старательно перечислял, могут поменять полярность и стать основой возрождения жанра. За 20 лет зрители устали от сложных героев, от бесконечного CGI, от технологически продвинутых современных персонажей, которые живут в своем собственном вымышленном мире, где пухленький комедиант Сет Роген может играть супергероя.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции GZT.RU