1966: Культурная революция

После провала «большого скачка», обернувшегося страшным голодом конца 50-х, Мао Цзэдун решил переложить вину за собственные просчеты на приближенных, а заодно - вернуть себе полноту власти, расправиться с конкурентами и недовольными. Для расправы с оппозицией Мао решил использовать одурманенную пропагандой молодежь. Из школьников и студентов вербовались отряды хунвэйбинов (красных охранников). Первый такой отряд был создан 29 мая 1966 года в Пекине.

Из событий 1966 года 10 из 15 экспертов и читатели выбрали начало «культурной революции» в Китае. Она началась Постановлением ЦК Компартии Китая о необходимости выявления «буржуазных элементов» в стране 15 мая 1966-го.

Из речи Линь Бяо на митинге хунвэйбинов 18 августа 1966 г.:

«Сломим черную банду предателей! Сломим буржуазные органы власти! Выгоним дьяволов и злых духов! Идеи Мао должны овладеть нашим духом и преобразовать его! Сила преобразит материю».

Из статьи в газете «Нью-Йорк таймс» за 24 августа 1966 г.:

«Беснующиеся банды юнцов на улицах отрезают девушкам длинные волосы, на юношах рвут брюки, сшитые по заграничной моде... Сначала громили книжные магазины, потом били парикмахеров за модные прически, потом уничтожали «буржуазные» товары. На улицах полыхают огромные костры из вещей, книг и пластинок... Хунвэйбины запрещают справлять свадьбы и похороны, а также держаться за руки и запускать бумажных змеев».

Из воспоминаний бывшего хунвэйбина Тай Яньшэна:

«На спортивной площадке перед школой были построены в шеренги наши преподаватели. Их лица были густо намазаны чернилами, так что они и правда были похожи на «черную шайку». На шее каждого висел плакат: «ученый реакционер такой-то», «классовый враг такой-то». На головах у всех были бумажные колпаки, за спиной привязаны грязные щетки и метелки. На шее нашего директора висело ведро, полное камней, такое тяжелое, что он шатался... Все они ходили по площадке босиком, били в кастрюли и хором умоляли Мао «простить им их преступления».

Китай всерьез готовился воевать со всем миром, а для этого был необходим порядок. Осенью 1967 года Мао обвинил хунвэйбинов в «перегибах» и бросил против них армейские части. Большинство «красных охранников», а также уцелевших «контрреволюционеров» отправили на «перевоспитание». «Культурная революция» закончилась только со смертью Мао в 1976 году.

Великая душегубка в лучах красного солнца

Юрий ГАЛЕНОВИЧ, профессор

В 1966 году, с началом жаркого лета, обычная жизнь в Пекине внезапно пошла кувырком. Вузы стали похожи на растревоженные ульи. Занятия в университетах и школах прекратились. Вдруг возникли сотни и тысячи «революционных организаций». Будучи секретарем нашего посольства в Пекине, я много ездил по стране и видел нескончаемые митинги, передававшиеся из рук в руки малоформатные газеты, обличительные листовки, дацзыбао - заявления, написанные от руки большими иероглифами. Видел, как учащиеся громили ректораты и парткомы своих вузов, партийные и государственные учреждения...

На улицах Пекина как грибы после дождя возникли временные пункты приема книг из домашних библиотек. Иметь книги дома стало опасно для жизни, и население в добровольно-принудительном порядке приносило и привозило на тележках всю имевшуюся в доме печатную продукцию, сдавало ее и получало взамен квиток. Квитанции о сдаче книг хранили как зеницу ока и предъявляли их во время обысков, доказывая, что книг нет не потому, что спрятаны в домашних тайниках, а потому, что сданы «партии и государству». В вузах горели костры из книг. Уничтожались произведения искусства, предметы старины, разбивались на куски надгробия знаменитых людей, например, великого художника Ци Байши. Именно тогда и свергли с постамента памятник А.С. Пушкину в Шанхае.

По призыву деятелей культурной революции уничтожению подлежало все «старье» - все, что напоминало о прошлом. В одном дацзыбао, например, я прочитал требование поменять местами значения красного и зеленого цвета светофоров на городских перекрестках. «Цвет революции» предлагалось считать разрешающим движение, а зеленый видеть запрещающим сигналом.

Был брошен клич: «Даешь красный океан!» Помню, как люди наперегонки бросились красить заборы и стены своих домов в красный цвет. Мао Цзэдуна именовали «самым-самым красным солнцем»; отряды юнцов, выполнявших его призывы и указания, - «красной стражей», сборник его изречений - «красной малой книгой». Вся кампания борьбы со «старьем» именовалась «красным террором».

Была поставлена и задача окончательно покончить с религией, с храмами и священнослужителями и, конечно же, с верующими. И это исполнялось. В Китае, где ранее чтили старость, пожилые люди, в первую очередь грамотные и образованные, вдруг стали презираемым классом. Ведь всякое знание объявлялось присущим лишь «нечисти», которую надлежало смести с лица земли. Молодежь действовала в соответствии с призывом: «Добраться до души!» В реальной жизни это означало, например, что старому человеку, сочтя его «негодяем», протыкали металлическим прутом грудь и долго там ворочали под крики толпы: «Мы доберемся до твоей подлой души, сволочь ты этакая!»

Я видел, как юнцы гоняли стариков по улицам, наотмашь стегая их ремнями с тяжелыми металлическими бляхами. Видел, как во дворах музеев, театров, библиотек работников этих учреждений, образованных и прежде уважаемых людей, заставляли заниматься изнурительным и никчемным физическим трудом, например, перетаскивать камни с места на место; ставили коленями на кирпич, вынуждали погружаться в нечистоты, есть кал, пить мочу, часами держали на испепеляющем пекинском солнце с венками из колючей проволоки, с камнями на голове или с подвешенными на тонкой проволоке тяжелыми деревянными досками на шее. Ведь Мао Цзэдун учил, что плохим людям - так и надо, а хорошие в результате испытаний только закаляются.

Хотя эта вакханалия осуществлялась руками житейски неопытных молодых людей - за их спинами стояли чиновники из властных структур. Органы госбезопасности, армия, выполняя планы Мао Цзэдуна, разрабатывали и осуществляли планы уничтожения тех, в ком Мао видел политических противников. Именно они доводили до отрядов молодежи материалы, на основании которых хунвэйбины обвиняли людей. Они же составляли списки, руководствуясь которыми «революционные организации» проводили обыски, аресты, творили расправу.

«Культурная революция» - одна из самых масштабных катастроф в истории XX века. По официальным данным, во время нее пострадали - либо погибли, либо были изувечены, репрессированы - более ста миллионов человек. То, что Мао Цзэдун именовал «великой пролетарской культурной революцией», по сути дела было «великой душегубкой», в которую он загнал жителей континентального Китая на все последнее десятилетие своего правления. Достойный ученик Сталина, Мао показал, до каких пределов бесчеловечности может дойти тоталитарный режим.