Страна доктора Моро

Cотни компьютерных программ не спасают животных от мучительной смерти По жестокости в отношении животных Россия занимает одно из лидирующих мест в мире. Опыты над братьями нашими меньшими остаются неотъемлемой частью учебных программ в сотнях российских вузах. Общемировая тенденция состоит в том, что количество таких экспериментов сводится к минимуму и ставится под жесткий контроль многочисленных и влиятельных общественных организаций. Россия живет по старинке: опыты над зверушками регулярно проводятся на медицинских и биологических факультетах.

В основном под горячую научную руку попадают лягушки, мыши, кролики и крысы. Чуть реже – кошки и собаки. Например, чтобы понять, как животное ощущает себя в состоянии шока, ему без обезболивающих ломают кости. На лапки лягушки капают серную кислоту. И все это для того, чтобы студенты могли на практике убедиться, если вдруг не поверят книжной теории, как ведут себя твари божьи в экстремальных ситуациях. Однако многие специалисты считают, что количество пыток нужно и можно сократить. Результаты опытов сотни раз описаны в научной литературе, созданы компьютерные программы, полностью повторяющие эксперимент, трехмерные модели. Теперь и многие студенты начинают протестовать. Однако выбора у них нет.

Режь, иначе исключен

Студент биологического факультета МГУ Роман Белоусов попал в черный список деканата на отчисление. Причина – молодой человек официально отказался принимать участие в опытах над животными. И даже присутствовать при их проведении! Роман сказал корреспонденту "Газеты", что терпеть такую жестокость дальше невозможно: «Я верю научным экспериментам, которые проводились в разных странах мира, и не считаю нужным калечить этих существ. На биологическом факультете должны воспитывать в нас любовь к животному миру, а не наоборот».

Однако после того как молодой человек отказался от экспериментов, руководство биофака не допустило его к сессии. В итоге его пока оставили в университете, в основном из-за общественного резонанса. О Романе Белоусове стали писать газеты, несколько раз его приглашали на телевидение. Пока что он собирается в академический отпуск, однако проблема остается открытой.

В самом МГУ утверждают, что ситуацию можно решить мирно, без отчисления, но от опытов все равно никуда не денешься. «Он может перевестись на другой факультет или специализироваться на другой тематике. У нас, например, есть кафедра почвоведения, там никаких опытов не проводится, - говорит мне профессор биофака Игорь Ашмарин. - Я считаю, что Роман пошел на этот шаг только для того, чтобы заработать на этом себе славу великого гуманиста. Но ему это не удастся. Студент не имеет права возражать против того, что прописано в учебной программе».

Казнь на уроке

«Вызывание патологического шока у животных», «Пропускание тока через животное», «Перегрев животного в термостате», «Охлаждение животных до наступления их гибели». Эта выдержка – только небольшая часть отечественных учебных программ. Многочисленные экологи настаивают на том, чтобы изъять особо жестокие опыты из вузовских курсов. Однако пока дальше разговоров дело не продвинулось.

В МГУ, на факультете биологии, эксперименты в стиле уэллсовского доктора Моро проводятся регулярно и никаких ограничений не существует. Более того, по словам студентов, нет ограничений и в подборе животных. Не так давно один молодой биолог писал диссертацию, и для этого ему понадобились обезьяны. Приматы быстро нашлись и подверглись опытам на мозге.

На российских медфаках и биофаках опыты начинают проводиться с первого курса. Для многих студентов, особенно девушек, они тоже становятся шоком. Из-за неопытности студентов учебный эксперимент зачастую превращаются в медленную казнь. Например, чтобы умертвить лягушку, ей вставляют под шею специальную иглу-зонд. Но ребята промахиваются. Лягушка остается жива и чувствует, как вытаскивают сердце. «За границей этот эксперимент проводят только опытные ученые, – говорит Анатолий Лукьянов, преподаватель факультета биологии МГУ. - У нас о мучениях лягушки даже лучше не заикаться. Засмеют». Главное обоснование в таких ситуациях – студентам необходимо научиться вставлять иголку, пусть лучше тренируются на лягушке. О биотренажерах здесь не слыхали.

Елена Дубровина, бывшая студентка ветеринарной академии имени Скрябина, теперь ветеринарный врач, кандидат биологических наук. Она хорошо запомнила опыты над собаками. «Четвероногих друзей оперировали раз за разом, практически без перерыва. Не успевали зажить раны, еще наркоз не прошел, как собаку вновь укладывали на операционный стол. Вскоре она уже не сопротивлялась. Так продолжалось до тех пор, пока животное не погибало», - она все еще содрогается, вспоминая вузовский курс.

Во имя науки

По некоторым данным, каждый год в результате экспериментов в России погибают десять тысяч животных. Мучительная смерть ждет их и в вузах, и в крупных научных центрах.

Никита просил не называть свою фамилию. Он в течение нескольких лет был ассистентом в одном из научных центров сердечно-сосудистой хирургии. По словам Никиты, многие исследователи не привыкли ограничивать себя при проведении экспериментов. Порой для опыта задействовали сто пятьдесят собак, иногда и больше. "Мучениями для животных оборачивалось применение листинонового наркоза, - рассказывает бывший ассистент. - Это вещество - производное от янтарной кислоты. Особенность в том, что оно парализует организм, создает эффект удушья, однако животное продолжает жить, чувствует боль, ощущает все манипуляции над ним. Фактически режут по живому. Например, для того, чтобы прикрепить к грудной клетке эндоскопы – специальные датчики». По словам Андрея, все животные в результате погибали, не вынеся мучений.

Листинон и похожий на него дитилин давно устарели, но в России используется вовсю не только в научных целях. Это достаточно дешевый препарат, поэтому применяется во многих ветеринарных клиниках. «Когда хозяин приносит старое или больное животное для эвтаназии, у него создается впечатление, что после укола оно засыпает и умирает без боли, - говорит Ирина Новожилова, президент центра защиты прав животных «Вита». - Однако это не так. Собака или кошка закрывает глаза, мышцы немеют, но сердце продолжает биться. Животное все слышит. Вместо мгновенной смерти – страшные пытки от удушья».

Биоэтика в условиях безденежья

Недавно биологический факультет МГУ был взбудоражен очередной выходкой «зеленых». Те проникли в помещение и украли почти всех белых подопытных крыс. Никто на факультете не сомневается, что с живым материалом возникнут проблемы, тем не менее среди преподавателей появляется все больше противников методов доктора Моро.

«Новый виток нарушений появился после того, например, как обезболивающий кетамин попал в список наркотических средств. Многие ученые стали просто бояться пользоваться обезболивающими препаратами, да их теперь и не достать, - говорит Анатолий Лукьянов, преподаватель биоэтики на факультете биологии МГУ. - Надо понять, что альтернативные программы, полностью заменяющие опыты над животными, - это лишь иллюзия, мечта. Однако можно сократить количество животных, над которыми проводятся испытания. Например, убрать опыты с первого или второго курсов». Преподаватель поясняет: если объективно для опыта необходимо пять крыс, то не надо для полноты эксперимента губить сотню.

Экологи считают, что одним из вариантов решения проблемы могли бы стать компьютерные программы и прочие альтернативные методы. В мире их существует более пятисот. Например, трехмерные технологии, когда расчленить мышку живую можно одним движением мышки компьютерной. За рубежом придуманы специальные силиконовые аналоги тканей животных. Однако в России на это нет средств. «Что вы хотите, у нас на двадцать студентов пять компьютеров. А в каком-нибудь региональном вузе и одного-то не наберется!» - говорит преподаватель МГУ Анатолий Лукьянов.

Еще одна необходимая мера – лицензирование опытов и надзор над ними. Зачастую эксперименты проводятся не только жестокие, но и просто бесполезные. Скажем, во всем цивилизованном мире стволовые клетки пересаживаются в мозг на крысах. А у нас один «светило» решил сделать это на курах. Птицы погибли.

Нездоровый консерватизм

Планов и предложений экологов много. Это и создание этического комитета, и полная ревизия опытов. Однако пока официальные государственные структуры не видят в этом необходимости. «Я о такой проблеме ничего не знаю, - заявил в интервью «Газете» заведующий отделением биологии РАН Лев Рысин, - да нам и не до этого сейчас. У нас реконструкция, реорганизация».

Между тем даже в соседней Украине количество опытов постепенно сокращается. Во многих вузах, в том числе в Киевском национальном университете имени Тараса Шевченко, внедряются альтернативные компьютерные методы. Но российская высшая школа еще раз демонстрирует свой консерватизм. Отсутствие денег – не единственная причина, считают специалисты. Есть не менее существенный фактор – возрастной. Большинству преподавателей за пятьдесят, молодежи мало. Для них проще продолжать резать собак, чем освоить иностранную компьютерную программу, к тому же написанную на английском языке.

13.12.2005 / Ольга Павликова Материал опубликован в "Газете" №237 от 14.12.2005г.