Дополнительные материалы

Все сколько-нибудь зоркие наблюдатели обратили внимание, что президент РФ Дмитрий Медведев 4 сентября 2010 года не поздравил мэра Москвы Юрия Лужкова с Днем города и не пошел на прием с участием столичного градоначальника. Это стало еще одним признаком того, что кресло под градоначальником шатается, и амплитуда колебаний растет.

Станислав Белковский

Станислав Белковский любит и умеет эпатировать публику. Его тексты вызывают бурные споры, а порою и скандалы. Белковский хорошо знает политическую кухню: политтехнологом он работал с российскими и украинскими политиками. С 2004 года возглавляет Институт национальной стратегии. Был главредом Агентства политических новостей, написал несколько книг об известных политиках.

Конечно, Кремлю до смерти надоел Лужков. И он сам— с его стилем крепкого советско-постсоветского хозяйственника, уже не отвечающим доминирующей эстетике модернизации по-медведевски. И основные результаты 18-летнего крепкого хозяйствования, сводящиеся, по большому счету, к одному: Москва стала территорией, не благоприятной для человеческой жизни.

Хуже того: в Кремле всерьез начинают подозревать, что мэр Москвы перестал быть адекватен реальности— в самом прямом смысле этих слов. «Впал в неадекват», как принято говорить в определенных средах. Свежайший пример— поведение Лужкова во время лесных пожаров и первого приступа ядовитого смога, окутавшего столицу.

Градоначальник упорно не спешил возвращаться в свой город из австрийских Альп (где, по многочисленным открытым данным, его супруге принадлежит целая гостиница). Зато торопливо организовал спецоперацию по эвакуации своих возлюбленных пчел — с пасеки в Калужской области, где они могли погибнуть от страшной жары, на некие близлежащие озера. Причем для переселения использовались инновационные ультрадорогие ульи.

Апофеозом локальной неадекватности стало знаменитое заявление лужковского пресс-секретаря Сергея Цоя о том, что никакой чрезвычайной ситуации в Москве нет и, стало быть, мэр имеет полное право отсутствовать.

А уже после всех этих пчелино-смоговых историй Лужков ничтоже сумняшеся направил в правительство РФ письмо с просьбой дать ему 4 триллиона рублей (sic!— более $120 млрд) на решение проблемы транспортного коллапса в Москве. Ясно, что сам факт появления такого дерзкого документа свидетельствует о неполной служебной адекватности чиновника, его подписавшего.

Но, в то же время, решения убрать Лужкова так до сих пор и нет. И причин подобной кремлевской нерешительности— несколько.

Во-первых, за мэра столицы по-прежнему хлопочут некоторые весьма влиятельные на федеральном уровне люди. Имеющие для таких хлопот ощутимые деловые основания. По достоверным слухам, в их числе— сенатор от Дагестана Сулейман Керимов и президент Чечни Рамзан Кадыров.

Во-вторых, до сих пор не согласована кандидатура следующего мэра. В пуле возможных преемников Лужкова уже числятся первый вице-премьер Игорь Шувалов, вице-премьер Сергей Собянин, управляющий делами президента Владимир Кожин и некоторые другие официальные лица. Причем список, понятное дело, не закрыт, а лоббистская борьба между потенциальными преемниками и стоящими за ними ФПГ только, по большому счету, разгорается.

А среди важных принципов политико-аппаратного устройства современной России есть и такой: если непонятно, на кого менять, то лучше не менять. (В частности, по этой причине до сих пор сидит в своем кресле министр внутренних дел Рашид Нургалиев, которого общественное мнение увольняло уже не раз и не два).

В-третьих, есть немалые (и тщательно подогреваемые друзьями-заступниками нынешнего мэра) опасения, что столичная бюрократия, связанная с г-ном Лужковым десятилетиями совместной работы, а главное— общностью определенных экономических интересов, может оказаться не вполне лояльной новому мэру, в результате чего механизм управления супермегаполисом будет дестабилизирован. А дестабилизации федеральная власть никоим образом не хочет.

Наконец, в-четвертых. В последнее время рейтинг «Единой России» не быстро, но неуклонно падает. События дымного августа 2010-го нанесли по репутации «партии власти» очередной кровавый удар. Все более становится понятно, что выиграть думские выборы – 2011 без массированного и концентрированного применения административного ресурса «Единая Россия» не сможет.

Возникает вопрос: кто способен гарантировать «ЕдРу» не менее 50% голосов избирателей в Москве, что принципиально важно с точки зрения исхода федеральных выборов? Лужков— точно может, не мытьем, так катаньем. Это уже проверено и доказано не раз. А новый мэр? Потянет решение такой сложной задачи? Нет ответа.

Причем чем дальше, тем сложнее Кремлю принять нависающее решение об отставке мэра. С одной стороны, можно дать Лужкову досидеть до конца очередного срока полномочий— июня 2011-го. И потом с кислой учтивостью проводить на пенсию. Но, с другой стороны, от июня до выборов— совсем уж рукой подать. Это значит, что увольнять градоначальника надо, напротив, не позже нынешней осени, чтобы его преемник успел вжиться в роль и консолидировать административный ресурс. Порочный круг.

Хотя компромиссный вариант, разумеется, существует. Можно убрать Юрия Лужкова, практически не затронув столичную бюрократическую вертикаль и не поколебав социально-политическую стабильность в городе. И я считал бы себя плохим гражданином РФ, если б не порекомендовал президенту страны подобное решение.

Решение таково: еще до конца текущего года отправить Юрия Лужкова на пенсию, а на его место предложить кандидатуру Елены Батуриной, супруги нынешнего мэра, главы группы компаний «Интеко».

В пользу такого варианта можно привести несколько основополагающих аргументов.

1. Елена Батурина не понаслышке знает все острейшие проблемы города Москвы. К этим проблемам она причастна лично, а, как следует из истории, оптимизация систем лучше всего удается их создателям-основателям.

2. Госпожа Батурина пользуется несомненным авторитетом среди столичной бюрократии, что позволит избежать саботажа решений нового мэра, а также обеспечить необходимый результат для провластных политических структур на ближайших выборах всех уровней.

3. Г-жа Батурина внешне похожа на г-на Лужкова. (В связи с этим в прежние времена была распространена версия, что Елена Николаевна является не столько супругой, сколько дочерью мэра. Впрочем, подтверждения в судебно-медицинском порядке данная версия не получила). Это значит, что ведущие столичные чиновники, за много лет привыкшие к Лужкову, не будут испытывать на заседаниях правительства Москвы визуальной фрустрации.

4. В то же время г-жа Батурина— это человек медведевского поколения, сверстник действующего президента России. Согласно принятым у нас сегодня критериям, ее вполне можно отнести к современным эффективным менеджерам, чей бизнес-ум не отягощен психологическими ризами и ментальными веригами советского прошлого (подобные проблемы присущи, скорее, Лужкову).

Вполне можно утверждать, что Елена Батурина— носитель инновационного сознания, открытый всему новому и передовому. Достаточно сказать, что она одной из первых в Москве стала использовать в своей работе инновационный автомобиль Maybach. Который загрязняет столичный воздух куда меньше, чем наши традиционные «Волги» и «Жигули». Если бы большинство москвичей пересело на «Майбахи», климат в столице мог бы улучшиться весьма существенно— что ж, до этого мы, видно, пока не доросли. если
5. Елену Батурину никто и никогда не обвинял в коррупции, так как она никогда не была государственным чиновником. Даже такие резкие критики нынешней столичной власти, как Борис Немцов (автор доклада «Лужков. Итоги»), намекали на возможную вовлеченность в коррупционные схемы Юрия Лужкова, но не его супруги. Следует также отметить, что повышенный интерес мэра Лужкова к различным проектам во многом определяется тем обстоятельством, что у него жена— предприниматель. У мэра Батуриной, напротив, муж будет не предпринимателем, а обычным российским пенсионером, к тому же— прикованным к пасеке. Поэтому на посту градоначальника г-жа Батурина не будет мотивирована содействовать бизнесу своих ближайших родственников.

Важно подчеркнуть и различия между г-ном Лужковым и г-жой Батуриной в части пристрастий к животному миру. Если первый увлекается пчелами настоящими (семейство Apidaе), то вторая— лошадьми домашними (подвид Equus ferus caballus). Большинство профильных специалистов полагает, что лошади по своему менталитету, генотипу и фенотипу значительно ближе к людям, чем пчелы. Это значит, что Елена Батурина будет лучше понимать нужды и чаяния простых москвичей, чем нынешний градоначальник.

Особо хочется выделить следующее. Елена Батурина как крупный предприниматель с большим опытом работы психологически полностью готова к реализации действительно масштабных проектов и программ, которые существенно изменят социальную среду и повысят качество жизни в главном российском городе.

В качестве стартового примера хотел бы привести проект, воплощение которого позволит раз и навсегда нейтрализовать негативные последствия любых будущих лесных пожаров, в первую голову— проникновение смога в Москву. И заодно резко повысить уровень безопасности столичного региона.

Речь идет о строительстве над Москвой раздвижной крыши (купола). При первых же признаках смога крышу (купол) можно будет сдвигать, а после окончания смога— раздвигать. В результате москвичи будут избавлены от необходимости вдыхать вредные болезнетворные вещества.

Крыша может быть изготовлена из особо прочных наночастиц богемского (Чехия) и муранского (Италия) стекла, в силу чего выдержит даже прямое попадание водородной бомбы. Это, в свою очередь, позволит расформировать московский округ ПВО (дискредитированный еще полетом Матиаса Руста в 1987 году) и сэкономить тем самым значительные бюджетные средства.

Совокупная площадь крыши, которая будет построена в форме полуэллипсоида с высотой в наивысшей точке 5 км, составит 1109 квадратных километра. По предварительным оценкам, бюджет проекта— около $65 млрд.

Однако, несмотря на внушительную сумму затрат, проект способен окупиться еще до полного завершения модернизации в РФ. Главным источником доходов явится, вероятно, размещение рекламы на крыше (ориентировочная цена— $1000 за 1 кв. м поверхности в день). При этом возможны и эксклюзивные рекламные контракты на особых условиях.

Например, ОАО «Газпром» могло бы выкупить наивысшую точку купола за сумму, сопоставимую с $1 млрд в год. Потенциальная заинтересованность российского энергетического гиганта представляется вполне оправданной: крыша будет хорошо видна из космоса, и инопланетные исследователи Земли быстро поймут, что «Газпром»— действительно национальное достояние. (На Земле все это поняли уже давно).

Скептики утверждают, что в случае массированного размещения рекламы на крыше Москвы в столице наступит затемнение. Вероятно, это так. Но скептики будут посрамлены: затемнение явится мощным фактором стимулирования экономического роста в столичном регионе и РФ в целом.

В условиях темноты резко возрастет спрос москвичей на электроэнергию, что позволит получить дополнительные ресурсы для модернизации электрических сетей. При этом у москвичей появятся реальные стимулы для скорейшей установки счетчиков электроэнергии современного типа (что является одной из важнейших задач модернизации в РФ), а также массированного перехода на энергосберегающие лампочки— так называемые «лампочки Анатольича», названные так народной молвой в честь действующего президента РФ.

Проект строительства раздвижной крыши над Москвой полностью отвечает модернизационно-инновационным приоритетам современной РФ, так как предполагает глубокое использование отечественного научно-технологического потенциала. В частности, специальная группа баллистиков (возможный руководитель— полковник В.В. Квачков), которую уместно разместить в иннограде «Сколково», должна решить важнейшую проблему проекта— обеспечение правильного отскока водородной бомбы в случае ее падения на купол Москвы.

Задача формулируется так: ударившись о крышу, бомба обязательно должна упасть к востоку или юго-востоку от столицы, чтобы не нанести ущерба уникальным природным и антропологическим богатствам Рублево-Успенского и Новорижского ноосферных заповедников.

В общем, уже очевидно, что политическая рокировка «Юрий Лужков— Елена Батурина» означала бы смену власти в Москве без социальных, психологических и административных потрясений. Главное же, что такое кадровое решение в полной мере соответствует философии современных российских преобразований: менять форму, не трогая содержания.

Будет очень жаль, если Кремль не воспользуется этой идеей.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции GZT.RU