Это в США пенсионеры массово переезжают во Флориду и оккупируют круизные лайнеры. В России обычный пенсионер просто не выживет без помощи близких. И можно ждать массовой миграции российских пенсионеров не к солнцу и океану, а из центров городов в гетто. Роста пенсий ждать не приходится - со всех сторон говорят о растущем дефиците Пенсионного фонда (что само по себе на фоне профицитов показатель "мудрости" государственной финансовой политики), а вот рост налога на квадратные метры не за горами. За пенсионерами в гетто пойдут и другие малообеспеченные слои.
Интересно, кстати, что при охотно и хором проклинаемом сегодня ельцинском режиме люди получили квартиры в частную собственность. Бесплатно. В Москве, где цена квадратного метра давно перешагнула все рациональные границы, квартира - это серьезный и единственный капитал подавляющего большинства населения. И вот теперь при всеми горячо любимом Владимире Путине государство решило в этом капитале граждан поучаствовать. От послевкусия никуда не деться.
Как всегда, впрочем, все зависит от деталей. От того, какой будет ставка налога (Сергей Шаталов из Минфина демонстрирует "голубиный" подход: предлагается "вилка" от 0,01 до 0,05% рыночной стоимости в год), от чего будет зависеть дифференциация обложения, главное - от того, как будут рассчитывать "рыночную стоимость".
Браться решать все эти вопросы в пожарном порядке - значит идти на риск столкновения с социальным протестом, по сравнению с которым меркнут пенсионерские бунты времен монетизации льгот. В связи с этим 25 марта президент РСПП Александр Шохин с телеэкрана высказал едва ли не крамольные мысли. Он считает "в корне неверным" представление о том, что стоит президенту высказать какую-нибудь идею в послании, как "правительство должно, задрав штаны, бежать ее выполнять до следующего послания". А как же иначе, спросит читатель, привыкший к чинопочитанию? Шохин отвечает: "Если президент вбрасывает ту или иную идею в бюджетном послании, то это как раз и означает, что ее нужно пустить в экспертизу - научную, общественную и т.д."
Любопытная конструкция: сначала установка, потом почти всенародное ее обсуждение, только потом конкретное решение. Кто-то возразит, а ведь наоборот эффективнее: сначала обсуждение идеи, потом президентская установка и ее выполнение. Но это из классической демократии, когда идеи обсуждаются как минимум дважды: до того, как их носитель, победив в конкурентной борьбе идей, властью стал, и потом, когда обсуждается ход реализации идеи. В суверенной демократии ничего не обсуждается: идеи спускаются сверху, потом их адаптирует под себя правительство, потом к ним адаптируются все остальные. Шохин предлагает прорубить из суверенной демократии окно. В демократию обычную.
26.03.2007 Материал опубликован в "Газете" №54 от 27.03.2007г.