Нижегородский вундеркинд начинал со старушек: Карьера Сергея Кириенко оплачена пенсионными деньгами

Пресса нянчила скороспелого премьера, словно последыша в деревенской семье, в которой до этого рождались одни уроды, а этот, слава тебе, Господи, и красивым растет, и умным. Многие до сих пор жалеют, что приличного парня подставили под дефолт.

А перед тем был образ вундеркинда из провинции, финансового гения, сотворившего в Нижнем Новгороде неслыханное экономическое чудо. Собственно говоря, памятью о том Кириенко и оправдывается – в глазах поклонников – его теперешний переход в моралисты. Подразумевается, что ТАКОЙ человек имеет право на нравственную проповедь.

Удивительно легко все-таки слагаются мифы и удивительно долго держатся.

Происхождение мастера

СЛАВОЙ незаурядного финансиста Кириенко обязан Борису Немцову. С подачи Немцова в Москве узнали о нижегородском социальном банке «Гарантия», в котором изобрели чудесный способ взыскивать с предприятий пенсионные платежи, благодаря чему нижегородские старики стали получать пенсии сполна и вовремя.

Немцов тогда был в моде, ему поверили на слово. И напрасно. Кириенковское «пенсионное чудо» – обычная «развесистая клюква», которая раскустилось на почве российских реформ великое множество. Распознать это характерное растение не составляло труда – просто не нашлось любознательных ботаников.

Начать можно с простого: был ли Сергей Кириенко первым банкиром, придумавшим работать с пенсионными деньгами? Определенно не был. Нижегородская «Гарантия» зарегистрирована осенью 1993 года, когда в стране было уже несколько подобных («социальных») банков. Все они – вскоре их стало пять десятков – учреждались региональными отделениями Пенсионного фонда РФ ( в уставный капитал «Гарантии» было внесено 600 миллионов рублей пенсионных денег, потом этот пай был увеличен до 19 883 миллионов). Это верный признак того, что насаждение банков типа кириенковского координировалось из единого центра, и лавры авторства принадлежат вовсе не тому, кому досталась мирская слава.

Следующий вопрос – для проверки памяти. Когда Кириенко учился вышибать из предприятий пенсионные взносы, были ли у Пенсионного фонда финансовые проблемы? У кого с памятью порядок, тот знает, что в те годы задержек с выплатой стариковских пособий еще не было. Более того, у ПФ накопился «жирок», из-за чего Верховный Совет регулярно порывался повысить пенсии, а правительство героически этому сопротивлялось, поскольку высокие пенсии, дескать, подстегнут инфляцию, и весь монетаризм пойдет насмарку. Эта многомесячная дискуссия закончилась в марте 1993 года, когда президент вырвал Пенсионный фонд из подчинения Верховному Совету и передал его под контроль правительства. Вскоре после этого ПФ стал нищенствовать, а возвращение долгов по пенсиям превратилось в важнейшую политическую задачу верховной власти.

В прошлом году «социальные» банки проверяла Счетная палата РФ. Результаты ее безрадостной инспекции наталкивают на крамольный вывод: все эти банки создавались не для чего иного, как для «отсасывания» денег из богатенького Пенсионного фонда. По той же «Гарантии», скажем, установлено: прибыльный банк ни разу не выплачивал своему основному акционеру – областному ПФ – дивиденды. По подсчетам ревизоров, за три года упущенная выгода ПФ от вложений в уставный фонд кириенковского банка превысила 23 миллиарда неденоминированных рублей. То есть одни убытки. Довольно приличная часть «упущенной выгоды» пошла на материальное поощрение работников банка, социальное развитие коллектива и проч. За 1995 год на это было истрачено почти 6 миллиардов рублей, в следующем году организация хорошей жизни для комсомольской компании Кириенко стоила еще дороже.

Были в отношениях банка «Гарантия» и областного ПФ эпизоды совсем уже захватывающие. Например, 29 ноября 1995 года ПФ перечислил в резервный фонд банка 24 миллиарда рублей. А месяц спустя взял в этом же банке крупный кредит под 115 процентов годовых и выплатил за его пользование 26 миллиардов. Зачем надо было одалживать свои же деньги да еще и платить за это проценты – не вопрос. Таков наиболее простой и беззастенчивый способ перекачки денег из внебюджетного фонда в семейные бюджеты участников финансовой игры.

Конечно, банк, даже коммерческий – это еще не частный кошелек его менеджеров. Но устранение этого неудобства – дело несложной техники. К примеру, Кириенко как председатель правления банка заключает договор на информационное обслуживание с двумя фирмами: страховой компанией «Аваль», которой владеет его и Немцова общий приятель Алексей Лихачев, и АО «Концерн АМК», которой владеет и руководит еще с комсомольских времен сам Кириенко. За 17 страниц текста, пересказывающего газетные статьи, ребята выплатили себе из денег «Гарантии» 14.935.549.050 «старых» рублей, которые были немедленно перечислены в дочерние структуры. Таких денег не стоят даже древние рукописи, за которые бедолага Якубовский загремел на зону.

Вексель с нефтяными знаками

НЕ ВСЕ СХЕМЫ, практиковавшиеся молодым банкиром Кириенко, были так незамысловаты. Однако изустные легенды очень сильно преувеличивают его изобретательность. Вот широко разрекламированная схема взыскания пенсионных взносов с предприятий-неплательщиков. Есть, стало быть, предприятия, которые злостно задерживают платежи в Пенсионный фонд. И есть социальный банк «Гарантия», который берется погасить их долги, но не сразу, а в течение года. Сразу банк может выдать ПФ только вексель на 10 миллионов с годичным сроком погашения.

После этого предприятия-должники мигом переводят свои счета на обслуживание в банк «Гарантия», и месяца через три Кириенко снимает с них пенсионные задолженности. До срока погашения векселя остается еще три квартала, значит, полученные деньги банк может покрутить в свое удовольствие. Конечно, эти деньги позарез нужны Пенсионному фонду – векселем ведь с пенсионерами не рассчитаешься. Но тут ПФ страшно везет: некая фирма «Рога и копыта» готова сию минуту выкупить у него кириенковский вексель за «живые деньги». Но – за полцены. ПФ, конечно, теряет 5 миллионов, зато деньги будут сегодня, а не через год.

Когда истечет годичный срок, фирма «Рога и копыта» (их было открыто в городе много) предъявит вексель Кириенко, тот отдаст за него полноценные 10 «лимонов», и все будут счастливы. Именно все, а не только фирмачи из «Рогов и копыт», которым, на первый взгляд, и перепали потерянные ПФ пять миллионов торговой разницы. Понятно ведь, что такие комбинации возможны лишь в одном случае – когда и пенсионное начальство, и руководство банка, и хозяева «Рогов и копыт», и, возможно, директора предприятий-должников составляют единый синдикат, состоят в доле, да наверняка отстегивают от общей добычи вышестоящему губернскому начальству. Кому сколько – неизвестно, но банк Кириенко, по некоторым подсчетам, зарабатывал на вексельных схемах до десятка миллионов долларов ежемесячно.

Еще более известная по кириенковским жизнеописаниям схема, получившая название «пенсионная нефть», отличается от вексельной не принципиально. Разница лишь в том, что предприятия-должники (в зону обслуживания банка «Гарантия» входили и нефтеносные регионы) выплачивали банку свои пенсионные долги не деньгами, а нефтью. Банк брал ее по дешевке, а затем перепродавал через различные посреднические фирмы за настоящую цену. Опять-таки не стоит удивляться, почему сами нефтяники не могли выгодно продать свою нефть, а вчерашний секретарь обкома комсомола, который до этого не видел ни буровой вышки, ни нефтепровода, справлялся с этим без напряга. Задача заключалась не в том, чтобы продать, а в том, чтобы найти благообразный способ присвоить часть полученной выручки.

Задача, в общем, стандартная, решение – тоже. «Молодой технократ», бравший уроки сайентологии, не внес в отечественную практику жульничества ровно ничего нового. Те же схемы приватизации финансовых потоков давно в ходу и в угольной отрасли, и у железнодорожников, и у металлистов... Некоторые умельцы заработали на этом не в пример больше, чем легендарный нижегородец, а между тем слава о них не распространяется дальше тесных милицейских кабинетов и провинциальных «малин».

Есть, пожалуй, только одно свойство, которое придает бизнесу господина Кириенко весьма специфический аромат: он наживал свое состояние на стариковских пособиях. Можно сказать, отрывал от гробовых. Одно дело – оттяпать кусок у товарища по ремеслу, «кинуть» любителей мавродиевской халявы, запустить подпольный водочный заводик, но обирать старушек – большой все-таки грех. Все думали: какой умненький, приличный молодой человек, а он на стариковские медяки позарился. Куда уж хуже?

Теперь, кажется, понятно, почему он расстроился, увидев, что у москвичей много социальных привилегий сравнительно с нижегородцами. Опыт подсказывает: в столице явно не хватает хорошего «социального» банка. Открыть бы тут филиал КБ «Гарантия» – и заевшиеся московские пенсионеры сразу бы поняли, каково людям в остальной России.