Мое гетто — моя крепость

Район компактного проживания надо считать средством борьбы с ксенофобией Сопредседатель Совета муфтиев России Нафигулла Аширов выступил вчера с экстравагантной идеей - создать в крупных городах закрытые жилые комплексы для проживания этнических меньшинств. Муфтий мотивирует это тем, что в этнокварталах меньше риск подвергнуться нападению неонацистов и других агрессивных шовинистов.

По замыслу Аширова граждане, ощущающие угрозу личной безопасности по причине своего происхождения или религиозных взглядов, могли бы во избежание нападений селиться на одной территории, в пределах которой находились бы детский сад, школа и прочие объекты социальной инфраструктуры.

Насколько болезненна проблема межнациональных отношений в современной России, настолько реализация предложений муфтия Аширова представляется маловероятной. Контраргументов - хоть отбавляй. Например, недостаток средств на подобные проекты у целевой группы, ведь объектом нападений, как правило, становятся наименее защищенные и уязвимые социальные группы, например трудовые мигранты. Отселение нацменьшинств в своеобразные гетто наверняка лишь усилит межнациональные споры и самоизоляцию этих групп внутри российского общества. К тому же эксперты и другие религиозные деятели полагают, что традиция гетто противоречит историческому опыту России.

Откуда есть пошло гетто Своими историческими корнями слово "гетто" восходит к средневековой Венеции и переводится дословно как "новая литейная" (geto nuove). Район, в котором предписывалось жить всем евреям округа, был обнесен каменной стеной с одними воротами, запиравшимися на ночь, и получил название от близлежащей пушечной мастерской (итал. ghetta). Позже гетто стали называть все места обособленного проживания этнических меньшинств, хотя исторически наиболее известны еврейские гетто времен Второй мировой войны - Варшавское, Терезинское в Чехословакии, Минское. В большинство из них нацисты сгоняли евреев для последующей депортации в концлагеря и уничтожения. Слово "гетто" стало символом несчастий, унижений и обездоленности во многом из-за Варшавского спецпоселения, созданного осенью 1940 года, в котором погибло около 400 тысяч обитателей из первоначальных 450. Кварталы еврейского поселения были огорожены стеной и колючей проволокой, выход за его пределы карался смертной казнью. Несмотря на голод, болезни, бесчеловечные бытовые условия и регулярную высылку в концлагеря, гетто жило своей жизнью - с уличной преступностью, антифашистским подпольем, беспризорниками. В ходе восстания в 1943 году около 13 тысяч обитателей гетто погибли, еще 50 тысяч были отправлены в газовые камеры Треблинки. Израильский День катастрофы и героизма отмечается в день начала восстания 19 апреля. После войны гетто стали именоваться места компактного проживания чернокожих и латиноамериканцев в США и других странах. Новые гетто отличаются высочайшим уровнем бедности, безработицы и преступности.

По идее Аширова заселение должно происходить за счет постройки жилых комплексов на совместные средства. "Богатые люди инвестируют в строительство и создают жилые комплексы закрытого типа, - пояснил в интервью "Газете" муфтий. - Такие же могут быть созданы для людей, которые боятся притеснения по национальному признаку".

Новая Ордынка

По словам муфтия, эта мысль не новаторская и циркулирует среди людей, уже давно подвергающихся нападениям на почве ксенофобии и религиозной принадлежности. Причем, по мнению Аширова, это предложение актуально для всех этносов, проживающих на территории России, в том числе и русских, не обладающих типично славянской внешностью: "Они ведь тоже страдают, потому что фашисты в паспорт не смотрят".

В то же время эксперты, занятые проблемами нацменьшинств, восприняли предложение скептически. "По-моему, это демагогия", - заявила корреспонденту "Газеты" замдиректора информационно-аналитического центра "Сова" Галина Кожевникова. По ее словам, социализация не только таких групп, но и, например, граждан, просто переезжающих в другие регионы, и так тяжела, а обособленное заселение приведет к их полному самозамыканию. "Создание этнических районов приведет к отсечению возможности социализации. Это искусственное отсечение некой группы от общества", - полагает она.

"А что под интеграцией понимается? Надо подставлять голову под арматуру?" - отвергает подобные обвинения Аширов. "Каким образом, рискуя жизнью, интегрироваться? Я не понимаю этого слова и применительно к гражданам России. Они не должны интегрироваться, они должны жить", - отстаивает свою позицию религиозный деятель. При этом он подчеркивает, что выступил исключительно как частное лицо и к Совету муфтиев его предложение никакого отношения не имеет.

Официальная гармония

Дистанцировался от организации Аширов не напрасно. В Совете муфтиев новость восприняли крайне отрицательно. "Мы считаем, что народы исторически в России проживали бок о бок. Наша история богата именно тем, что народы взаимообогащали культуру друг друга, сосуществуя мирно на протяжении веков. Мы категорически против создания резерваций в любом виде", - заявил корреспонденту "Газеты" председатель Совета муфтиев России Равиль Гайнутдин.

Представители других конфессий также отвергли идею Аширова. "Я самым решительным образом против решения вопроса таким образом", - заявил председатель Конгресса еврейских религиозных рганизаций и объединений в России Зиновий Коган. По его уверению, ни к чему хорошему подобная изоляция привести не может. "Это тупиковый путь, - заявил он в интервью "Газете". - Россия всегда была богата и сильна тем, что она веротерпимая страна. И я не вижу причин закрываться. Наоборот, чем больше ты раскрываешься и становишься понятнее другим, тем надежнее и спокойнее твое будущее".

По мнению руководителя пресс-службы Московского патриархата священника Владимира Вигилянского, общество не должно подавлять национальные чувства людей, однако компактного проживания национальных меньшинств допускать нельзя. В качестве показательного примера он привел Францию, где в пригородах Парижа и других мегаполисов такая скученность приезжих, не желающих интегрироваться, привела к конфликтам. По его словам, отсутствие устремлений к адаптации приводит к тому, что на этих территориях граждане пытаются жить по своим законам и противопоставляют себя той культуре, в которой живут. "Ущемлять людей по национальному признаку нельзя ни в коем случае, но действовать надо не таким путем, который предлагает Аширов", - заключает Вигилянский.

147 диаспор

Одно из возможных мест размещения национальных гетто - окраины Москвы. Дело в том, что в ряде таких районов гетто складываются сами по себе: доля национальных меньшинств достигла в них 15% (данные переписи 2002 года). Особенно выделяются Южный, Юго-Восточный, Восточный округа: районы Текстильщики, Люблино, Гольяново, Востряково, Братеево, Вешняки, Бирюлево, Капотня и другие. Такая география расселения мигрантов (в основном гастарбайтеров) в Москве объясняется, в частности, дешевыми на общегородском фоне ставками аренды жилья. Кроме того, в районах можно выделить и кварталы с большей концентрацией приезжих - вокруг крупных рынков, например. Эта ситуация характерна для всего города. Так, два года назад Движение против нелегальной иммиграции (ДПНИ) провело митинг против установления памятника Гейдару Алиеву у кинотеатра "Баку" (район Сокол Северного административного округа). Среди требований националистов было и такое: ликвидировать «азербайджанский анклав» в районе, который сложился вокруг действующего у кинотеатра рынка.

Московские власти, в том числе мэр Юрий Лужков, всегда подчеркивали свой интернационализм. По официальной статистике, в столице насчитывается 147 национальных диаспор разной численности (от 5 тысяч до 800 тысяч человек), но речи об организации компактного проживания нацменьшинств в мэрии не заводили. Термин «места компактного проживания» постоянно фигурирует в столичной милицейской хронике в связи с рейдами по проверке документов, но при этом чаще всего имеются в виду отдельные общежития и гостиницы, а также практически все стройплощадки.

Начнем с гастарбайтеров?

Впрочем, не так давно намеки на прообразы гетто появились и у чиновников правительства Москвы. Причем из самых лучших побуждений. В столице есть программа по строительству социальной инфраструктуры для гастарбайтеров. В первую очередь речь идет о возведении недорогих гостиниц модульного типа, обустроенных всем необходимым для жизни. В августе 2007 года при обсуждении этой темы на заседании городского штаба по реализации мероприятий, связанных с привлечением иностранной рабочей силы, заммэра Валерий Виноградов предложил выделить обособленное место для таких гостиниц. «Возможно, имеет смысл рассмотреть в закрытом режиме стационарное размещение жилья для иногородней и иностранной рабочей силы, но не в жилой, а в одной из промышленных зон Москвы», - предложил он. Большинство промзон сконцентрированы в южной и восточной частях города. Пока предложение Виноградова не нашло воплощения в официальных бумагах столичного правительства: речь идет о строительстве быстровозводимых временных гостиниц за счет привлекающих гастарбайтеров строительных компаний.

Кирпичам все параллельно

«По большому счету строителям все равно, для кого строить, - сказал корреспонденту «Газеты» коммерческий директор Межрегиональной девелоперской компании Алексей Остробородов. - Дайте денег и построим, как и что хотите». Правда, менеджер тотчас засомневался. «У нас у самих в компании разные работают люди разных национальностей и живем дружно. С точки зрения имиджа компании участие в таком национально-строительном проекте я обдумал бы сто раз», - уточнил он.

А руководитель московской строительной компании полного цикла «Крост» Алексей Добашин отнесся к идее строительства кварталов для национальных меньшинств категорически отрицательно. «Я, как построивший уже десятки храмов, могу сказать, что когда в проект в качестве заказчика вмешиваются религиозные деятели, то к привычным строительным рискам это добавит еще и религиозные, - сказа Добашин. - Заказчик от какой-либо конфессии будет тормозить и пытаться управлять проектом строительства». При этом теоретически квартальную застройку без националистического оттенка глава «Кроста» поддержал.

Вы в каком гетто согласились бы жить?

ЕЛЕНА КОНДУЛАЙНЕН, заслуженная артистка России:

- Я в 1960-1980 годах уже жила в гетто - в поселке ссыльных Токсово Ленинградской области. Там все говорили на ингерманландском. А по-русски мой отец говорил с акцентом.

Я на себе испытала, что такое национализм. Мне в свое время целый месяц не выдавали паспорт из-за того, что я хотела записаться финкой. Потом сказали, что не примут в институт, потому что я финка. В конце концов мне заявили, что, если будет война, то за меня в этой стране никто не отвечает.

Уже позже, когда я была утверждена на фильм «Русь изначальная», меня записали под фамилией Иванова. Но и теперь у меня большие сложности, потому что я со своей фамилией не могу стать, например, президентом страны. Да, у меня было такое намерение, но сейчас его нет, потому что уже пришла команда питерских. Я и сама из Петербурга, но, видимо, из другой команды.

И вот что еще. Недалеко от моего дома есть спортивная площадка, и мне очень обидно, что вместо наших мальчиков, которых взяли в армию, теперь в футбол играют только черноволосые ребята. Я понимаю, что надо быть толерантной и что процесс не остановить, но недавно один знакомый англичанин неожиданно сказал мне, что в Англии в этом смысле происходит катастрофа и теперь там совершенно другие лица. То же происходит во всей Европе, особенно во Франции.

Мы привыкли в многонациональном СССР, а позже и в России жить в мире со всеми национальностями, а вот в нынешнем присутствии скинхедов, по-моему, есть какая-то глубинная дурость.

ГАЛИНА ХОВАНСКАЯ, депутат Госдумы (фракция "Справедливая Россия: Родина / Пенсионеры / Жизнь"):

- Да вы что, какое еще гетто! Могу привести пример, что в Берлине уже есть подобная турецкая община, и это действительно напоминает гетто. Мало того, что там отвратительное качество домов, так это еще и наиболее криминализированный район города.

Подобная концентрация всегда исключительно вредна. Мы также знаем, что творится, скажем, в негритянских кварталах США. Хотя сейчас там стало немного легче, потому что идет ассимиляция и это уже не первое поколение. Время прошло, и все они потихоньку становятся американцами, но в самом начале это было очень круто. Не дай бог воплотить у нас идеи с мононациональным проживанием!

Я резко против. Если уж приезжие живут на территории многонациональной России, то и надо мирно сосуществовать, других вариантов нет. Идея мусульманской инвестиционной компании изначально вредна и опасна.

МАГОМЕД ТОЛБОЕВ, бывший депутат Госдумы, Герой России, доктор исторических наук:

- Я никогда в жизни не поддерживал какое-то обособление или отчуждение. Сам живу в подмосковном городе Жуковский, где население приблизительно 100 тысяч человек. Здесь также проживают, может быть, 500 семей с Кавказа, из Татарстана, Башкирии и так далее. И что, я в славном городе Жуковский должен создать какое-то общество защиты? Кого защищать-то? Это просто бред! Всех нас защищают Конституция и государственные органы власти, а все остальное - это искусственные и выдуманные вещи, отдаляющие людей друг от друга.

Да, бывает, что кто-то кому-то на бытовой почве взял и морду набил. Но не нужно это превращать в какие-то общественно-политические акции. У нас недавно русский убил русского. И что теперь делать? Что, русские должны идти друг на друга? Петербургские на московских, московские на нижегородских, а нижегородские на ростовских?

НОДАР КАНЧЕЛИ, действительный член Международной академии архитектуры, член Союза архитекторов РФ, заслуженный строитель России:

- Я не хотел бы жить ни в каком гетто, тем более мусульманском. Россия должна быть (и существует как таковая) только многонациональной страной. Я извиняюсь, но мусульмане очень быстро размножаются, и как бы нам всем вскоре самим таковыми не стать.

19.05.2008 / ОЛЬГА БОЛОТОВА, ВЛАДИСЛАВ ДОЛГОВ, МАТВЕЙ МАСАЛЬЦЕВ, опрос подготовил АЛЕКСАНДР САРГИН Материал опубликован в "Газете" №90 от 19.05.2008г.