Ни пить, ни есть

На выставке «Это не еда» икру и колбасу приблизили к искусству В фонде «Эра» в Москве открылась выставка с названием «Это не еда». Куратор Ольга Лопухова собрала в едином пространстве произведения современных художников, так или иначе отсылающие к теме еды.

Представленные работы не были сделаны специально для этой выставки. Большинство из них ранее уже появлялись в московской выставочной жизни, но обычно в других контекстах. Собранные вместе, они продемонстрировали, насколько близка разным художникам эта простая и вечная тема, и одновременно - насколько разнообразной может быть ее интерпретация в современном искусстве. Натюрморты фламандцев и голландцев, испанские бодегонес, лимонные шкурки, свисающие с фарфоровых блюдец, тоже ведь не были так уж прямолинейны и зачастую таили в себе морализаторские функции, предостерегая от обжорства, со всей живописной мощью демонстрируя суету сует, увядание красоты и вообще напоминая о бренности всего сущего.

Но до нынешнего ассортимента подтекстов в искусстве им далеко. Скажем, вышитый Дмитрием Цветковым герб иллюстрирует тему «Еда и национальные символы», а названием своим отсылает к поездке Никиты Хрущева в США: «Добро пожаловало», - писали тогда американцы на своих плакатах.

Добра в самом практическом смысле слова хватало не всегда, и Сергей Воронцов в трудные перестроечные годы нарисовал большущий батон колбасы - монументальный, как ракета-носитель, и желанный, как символ благополучия. А Нина Котел увидела в поверхности мясного бульона с застывшим жиром красоту заросшего пруда с кувшинками Клода Моне. На ее холсте мясная кость превратилась в мост, перекинутый над водной гладью. Леонид Тишков построил из спагетти удивительные футуристические конструкции под названием «Ладомир. Объекты утопий», окончательно лишив материал съедобных ассоциаций. Денис Салаутин и Дмитрий Файн продолжили тему «фруктовых» портретов Арчимбольдо, соорудив салаты на лице модели. Их салаты с глазами органично вписываются в тему «Это не еда», вынесенную в название выставки, но оставляют зыбкую неоднозначность, похожую на дикий сюрреалистический соблазн из фильмов Бунюэля.

Так и в видео группы АЕС «Желтый готовит еду, белый ест» приготовление пищи китайским поваром и поглощение ее белым потребителем означают проблему, далеко выходящую за рамки кухни и столовой: неполиткорректное название подтверждает замах геополитического масштаба.

Сочащиеся дыни на фотографиях Татьяны Либерман - эротическое ответвление темы. Знаменитое произведение Андрея Логвина «Жизнь удалась!», написанное черной икрой по красной, - социальное и политическое прочтение. А Ленин-торт, изготовленный Юрием Шабельниковым вместе с Юрием Фесенко, - это почти сакральное, из области жертвенных приношений и темных таинств.

Отрицание в названии только подстегивает зрителя к выискиванию пищевых связей в каждом произведении. И с удивлением пытливый посетитель выставки обнаруживает многое из виденного на разных экспозициях в последние годы - как часто все-таки художники думают о еде.

23.12.2007 / ИГОРЬ ЧУВИЛИН Материал опубликован в "Газете" №241 от 24.12.2007г.