Оригинал материала
Задние мысли
Принято ведь считать, что бедность - понятие относительное. Что можно быть бедным, даже очень, но одновременно и состоятельным - надо только найти для сравнения какой-нибудь подходящий объект.
Так вот, следуя этой логике, получается как будто бы в высшей степени привлекательно. Выходит, представитель развитой державы (я) в настоящее время находится в каком-то другом, третьем мире и чувствует себя при этом исключительно белым человеком. Но знаете, этот третий мир почему-то очень напоминает Россию, только с очень приличным, экваториальным климатом. Российскую Федерацию, если бы ее начинали строить с нуля, не имея в запасе ни ветхого жилищного фонда, ни пресловутых многовековых традиций, ни разведанных залежей полезных ископаемых.
То есть в Руанде, как только она оправилась от геноцида 1994 года, немедленно появилась своя Рублевка. Столица, город Кигали, стал стремительно застраиваться милыми особнячками за заборами с колючей проволокой. Проложили хорошие дороги, на них мне даже встретилась пара «Хаммеров» дико непрактичного на солнцепеке телесного (по местным меркам) цвета.
За пределами этого оазиса, в обычных, мягко говоря, небогатых кварталах Кигали, да и в целом по стране, люди живут как бы в ужасающих условиях. Дома из глины с земляным полом, женщины и дети с канистрами питьевой воды на головах, автопарк, состоящий исключительно из японского сэконд-хенда. Пища - самая простая, местная: картошка, фасоль, бананы и иногда немного мяса.
Ужас, нищета, дети с голыми задницами? Да ничуть не бывало, если сравнивать с Россией, хотя бы с тем же Гремячим Колодезем.
Что дома из глины - так это традиция, наши избы - с точки зрения хотя бы чеха - тоже далеко не шедевр рационализма и комфорта. Клозеты за углом? Ну так зато благодаря необъяснимой солидарности народных архитекторов эти домики-пеналы с косой крышей легко опознаются любыми страждущими выходцами из бывшего Советского Союза. За водой у нас тоже еще сходить придется, и, скорее всего, - не со специальной современной канистрой, а с доисторическим ведром. Да и дары природы с грядки собственных приусадебных хозяйств - не новость в рационе и для большинства моих сограждан.
Даже по такому показателю, как средняя продолжительность жизни, мы очень близки к руандийскому народу. У нас среднестатистическому мужчине положено умирать в 55 лет, в Руанде - в 52. Долго сравнивая и сопоставляя, наверное, можно найти какие-нибудь радикальные отличия в российской и руандийской жизни, но для этого придется очень постараться. Например, заручиться помощью профессионалов в области статистики. Если же по-простому, на коммунально-бытовом уровне, то понятно: не бывает бедных, очень бедных или беднейших стран. Бывают благополучные и нет. Мы, то есть Россия, пока скорее относимся ко второй категории. Вот только погода у нас такая, что при всем желании и при полном безденежье даже такая простая вещь, как голая задница у ребенка, для нас - непозволительная роскошь.
Читайте в пятницу в "Газете" специальный репортаж из Руанды.
26.03.2007 Материал опубликован в "Газете" №54 от 27.03.2007г.