Дополнительные материалы

Первый матч сборной России под руководством Дика Адвоката стал одновременно последним матчем эпохи Гуса Хиддинка.

Роман Трушечкин

Роману Трушечкину посчастливилось участвовать в запуске двух медиа-проектов: футбольного канала «НТВ-Плюс» в 1997-м и «Газеты» в 2001-м. Его университетами, кроме Московского государственного, были годы работы в программе «Футбольный клуб», а также репортерские командировки в олимпийские Афины и Турин. Служит обозревателем в журнале PROспорт. Его голос порой звучит за кадром на канале «Россия-2», когда в кадр попадают футбольные матчи.

После матча в Петербурге с болгарами, в котором футболисты российской команды не сумели собраться для более убедительной, чем 1:0, победы, а болельщики— собраться на трибунах в убедительном количестве, возобновился старый экспертный спор. Евгений Ловчев завел разговор о том, что национальная сборная проводит всего 5–6 матчей в год, и это каждый раз должен быть праздник для народа. Георгий Черданцев — не прямо Ловчеву, но вообще,— возразил, что товарищеские игры сборной вообще народу показывать не стоит, это, мол, не более чем лабораторные работы.

Мне представляется, что это спор поколенческий. Евгений Серафимович хорошо помнит то время, когда полные трибуны собирались на стадионе уже только потому, что на афише написано слово «футбол». Георгий, в силу специфики своей комментаторской работы, твердо знает, что весь футбол смотреть невозможно и даже вредно. Забавно, кстати, что и Ловчев, начав в этом году работать журналистом и получив редакционное задание смотреть все матчи каждого тура российского чемпионата, на девятом десятке игр почувствовал усталость. Но одно дело— клубный футбол с его контрольными прикидками, а другое— святость зрелища, которое по-прежнему несет нам всем сборная команда страны.

Труднее всего почувствовать эту границу, конечно, не нам, зрителям. А им, игрокам. Ведущие футболисты ведущих клубов, собранные в национальную команду, проводят в сезоне по пять десятков встреч. Им нелегко нащупать в своем годовом расписании эти узловые точки— матчи сборной— как моменты наибольшего приложения физических и эмоциональных сил. В особенности если предстоит провести неофициальный матч. Наверное, сборной России, правопреемнице команды СССР, которую называли «чемпионом по товарищеским играм», нужна помощь со стороны. Какая? Самый простой ответ, как первое, что бросается в глаза человеку, начавшему оглядываться в поисках этого ответа,— трибуны. Андрей Аршавин, попавший после серьезного перерыва на родной «Петровский», отметил новый цвет его кресел, внутренне обрадовался этой перемене и в первые минуты встречи на этом эстетическом синем фоне был очень жив. Я пару раз заметил его в серьезной оттяжке назад по левому флангу с явным желанием оказаться чем-то полезным в обороне. Редкая для Андрея инициатива.

Но вернемся к вдохновляющим трибунам. В наблюдении Аршавина кроется, скалится и показывает нам шутливый нос вот какая истина: раз так хорошо виден новый цвет «петровских» кресел, значит, кресла пусты. А без публики какое же вдохновение? Вот и хватило его на пяток-десяток минут всего. Хорошо, что забить как раз успели.

Нет, не на трибунах наши футболисты ищут себе мотивацию. Официальная игра с командой Азербайджана прошлым летом собрала в «Лужниках» более 50 тысяч зрителей, а играли наши до оскомины кисло. Потом было недоразумение в Баку, попытка встрепенуться с немцами и нокаут от словенцев. То есть дело не в числе проданных билетов. Не в официальном или товарищеском характере поединка. Дело в самой команде, которая внутри себя проживает жизнь: у нее бывает молодость и зрелость, а потом приходит старость и усталость. А дальше ей нужно умереть— понарошку, но и взаправду одновременно, как греческому богу Дионису. Умереть, чтобы народиться новой весной.

Осень команды Хиддинка пришлась на прошлое лето. И Марибор был не ошеломляющей трагедией, а логичным финалом: прекрасная, полная сил команда канула в Лету. Но ведь и Дионис ежегодно помирает не стариком.

А мы до сих пор думаем: Гус оставил замечательную команду, бери этих парней да штурмуй новые вершины. Нет, не выйдет. И Адвокату матч с болгарами нужен был, чтобы увидеть это своими глазами. Да, Жирков по-прежнему левым защитником. Да, в той же позиции Дик попробовал Билялетдинова. Хотя это и не прямое следствие Гусовой находки: у Хиддинка Билялетдинов мелькнул на оборонительной позиции в паре эпизодов против явно уступающих в классе соперников как дополнительная боевая единица атаки, которую нужно куда-то пристроить на поле, это очень важно помнить. Да, Аршавин— с капитанской повязкой, а наши «столбовые» Погребняк и Павлюченко, как в лучшие годы, часовыми простояли по тайму. Правда, ничего не показав. Все, что Роман хотел показать, он показал перед игрой фотографу-папарацци во время съемок рекламного ролика.

Мелочи все это, хоть и настырно лезущие в глаза. Убежден: команды Гуса больше нет. Потому что Дик оспорил базовый принцип предшественника. Хиддинк когда-то убедил себя, что исторический стиль российской сборной— атака. Мне представляется, что это одно из немногих интеллектуальных послаблений, которые Гус себе позволил, работая у нас. Потому что атака или оборона не могут быть доминирующей чертой стиля сборной. Доминирующей чертой может быть только сложносоставное умение побеждать своих соперников. Точно так же, как дизайнеры adidas провели в России несколько недель и сделали вывод: символ нашей страны— кремлевская стена. И у нашей команды появилась новая игровая форма кирпичного цвета. То есть «Кремль», «матрешка», «балалайка», «атака»— это примерно одной, грошовой, цены наблюдения, их довольно стыдно вывешивать на всеобщее обозрение под видом знамени, вдохновляющего на борьбу. Это не знамя, это семейные трусы.

Новая сборная команда вернется к нам, только переродившись. И это вовсе не означает, что Дику потребуется два десятка новых игроков. Он уже сказал, что их в стране нет. Но это не помешало Адвокату, располагающему игроками Хиддинка, объявить, что Россия не может играть слишком открыто, она будет теперь действовать иначе: отходя назад, встречая соперника на своей половине поля и дожидаясь шанса для быстрого прорыва. Так играет большинство европейских сборных. Так теперь будем играть мы, в отборочном цикле к европейскому чемпионату ищущие свой новый среднеевропейский почерк. Прощай, самобытность? Или здравствуй, результат?

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции GZT.RU