Рабство – вот спасение!

СУЩЕСТВУЕТ, я думаю, единственный способ стабилизировать финансовое положение в стране: поделить общество на рабов и господ, то есть как бы перевести экономические проблемы в социальную дифференциацию. Каким бы безумным этот способ ни казался на первый взгляд (я понимаю, что ни новые господа, ни новые рабы не поднимут курс рубля, не создадут конкурентную экономику), он фактически уже осуществляется. Возьмите хотя бы вопрос с выплатой денег. Дело вовсе не в том, что есть «бедные» и «богатые» (они должны были появиться), а в том, что «бедным» денег вообще не платят, а у «богатых» они гуляют наличными в огромных количествах. Это уже не «экономическое неравенство», а какая-то новая сословность, кастовая система. Деньги становятся, по сути, формой власти. Целые слои общества работают, как рабы, только за возможность дожить до следующей получки. И дело не в том, повторяю, что им платят «мало», а в том, что они превращены в крепостных. Социологи пишут о «крайностях» российского капитализма: перепады бедности и богатства в сотни, тысячи раз, крайностях, которых нигде в мире нет. Но когда бедный не получает и того, что должен получить, он уже и бедным быть перестает. Он становится нищим, рабом обстоятельств. Это совершенно разные вещи. Сейчас везде, почти в каждом трудовом коллективе проблемы нехватки денег решаются за счет подавления, ресурса «рабства». Где можно не платить, не платят. В этом есть определенная логика. Но многие, как ни странно, продолжают работать за «номинальные деньги»: но ведь «номинальные деньги», которые у вас отчуждаются изначально, это возвращение к административному социалистическому труду. Так при социализме работали: когда работник не получал того, что он зарабатывал (вспомним хотя бы, что личная зарплата при социализме мало что значила, главным было административное перераспределение), точно так же сегодня не значит ничего номинальная зарплата. Люди получают деньги, например, «в конвертах», или как-то иначе, присваивая себе ценности, используя служебное положение, например, в виде банального разворовывания предприятия, на котором они работают. Сама зарплата часто также становится предметом дополнительного распределения, на одной рыбинской фабрике я видел бредовую сцену, как работницы разыгрывали зарплату в рулетку, кому первой получать. Вообще такое ощущение, будто мы возвращаемся в социализм, но в каком-то кошмарном виде. Это уже не прежний «уравнительский» социализм, а его полная противоположность, какая-то форма фашизма, нового иерархического общества, никакого отношения не имеющая к капитализму. Деньги, которых становится «мало», превращаются во власть. А если их нет совсем (но они при этом номинально присутствуют как приманка), они становятся самой тоталитарной властью. Удивительно и другое: чем меньше денег у «рабов», тем больше их у «господ», причем живыми, наличными! Можно резинкой перевязать недовыплаченную зарплату десяти тысяч человек и купить на них особняк. В этом стиле «господ» тоже прослеживаются элементы социализма: так же запросто когда-то номенклатура перераспределяла квартиры, путевки, вакансии. Это уже не деньги, а форма администрирования «с кондачка». Денежная неразбериха кончится в тот самый момент, когда в России появится контур новой Административной Системы – я бы его называл Административным Капитализмом, в котором деньги будут не платить, а «распределять». Это будет режим, который соединит худшие черты капитализма и социализма.

СУЩЕСТВУЕТ, я думаю, единственный способ стабилизировать финансовое положение в стране: поделить общество на рабов и господ, то есть как бы перевести экономические проблемы в социальную дифференциацию.

Каким бы безумным этот способ ни казался на первый взгляд (я понимаю, что ни новые господа, ни новые рабы не поднимут курс рубля, не создадут конкурентную экономику), он фактически уже осуществляется. Возьмите хотя бы вопрос с выплатой денег. Дело вовсе не в том, что есть «бедные» и «богатые» (они должны были появиться), а в том, что «бедным» денег вообще не платят, а у «богатых» они гуляют наличными в огромных количествах. Это уже не «экономическое неравенство», а какая-то новая сословность, кастовая система.

Деньги становятся, по сути, формой власти. Целые слои общества работают, как рабы, только за возможность дожить до следующей получки. И дело не в том, повторяю, что им платят «мало», а в том, что они превращены в крепостных. Социологи пишут о «крайностях» российского капитализма: перепады бедности и богатства в сотни, тысячи раз, крайностях, которых нигде в мире нет. Но когда бедный не получает и того, что должен получить, он уже и бедным быть перестает. Он становится нищим, рабом обстоятельств. Это совершенно разные вещи. Сейчас везде, почти в каждом трудовом коллективе проблемы нехватки денег решаются за счет подавления, ресурса «рабства». Где можно не платить, не платят.

В этом есть определенная логика. Но многие, как ни странно, продолжают работать за «номинальные деньги»: но ведь «номинальные деньги», которые у вас отчуждаются изначально, это возвращение к административному социалистическому труду. Так при социализме работали: когда работник не получал того, что он зарабатывал (вспомним хотя бы, что личная зарплата при социализме мало что значила, главным было административное перераспределение), точно так же сегодня не значит ничего номинальная зарплата. Люди получают деньги, например, «в конвертах», или как-то иначе, присваивая себе ценности, используя служебное положение, например, в виде банального разворовывания предприятия, на котором они работают. Сама зарплата часто также становится предметом дополнительного распределения, на одной рыбинской фабрике я видел бредовую сцену, как работницы разыгрывали зарплату в рулетку, кому первой получать.

Вообще такое ощущение, будто мы возвращаемся в социализм, но в каком-то кошмарном виде. Это уже не прежний «уравнительский» социализм, а его полная противоположность, какая-то форма фашизма, нового иерархического общества, никакого отношения не имеющая к капитализму. Деньги, которых становится «мало», превращаются во власть. А если их нет совсем (но они при этом номинально присутствуют как приманка), они становятся самой тоталитарной властью.

Удивительно и другое: чем меньше денег у «рабов», тем больше их у «господ», причем живыми, наличными! Можно резинкой перевязать недовыплаченную зарплату десяти тысяч человек и купить на них особняк. В этом стиле «господ» тоже прослеживаются элементы социализма: так же запросто когда-то номенклатура перераспределяла квартиры, путевки, вакансии. Это уже не деньги, а форма администрирования «с кондачка».

Денежная неразбериха кончится в тот самый момент, когда в России появится контур новой Административной Системы – я бы его называл Административным Капитализмом, в котором деньги будут не платить, а «распределять».

Это будет режим, который соединит худшие черты капитализма и социализма.