Крымская кампания:

Об этом сообщила своим читателям выходящая в Симферополе газета «Крымская правда». Публикация стала главным политическим событием Крыма последнего месяца, затмив даже президентские выборы. Наш специальный корреспондент на месте убедился – дым не без огня. Из аскеров в моджахеды – МЫ НИКОГДА не скрывали, что расцениваем войска России в Чечне как агрессию, – говорит Мустафа Джемилев, председатель крымско-татарского меджлиса. – Чеченцы сражаются за свою страну, и мы на их стороне. Но меджлис никого в Чечню воевать не направлял – это запрещено законом Украины. Российские законы – иное дело. Мы вправе не уважать расистское государство. Мы не можем и не хотим запрещать ехать в Чечню добровольно. Мне не пришлось долго искать такого добровольца – его офис находится в здании меджлиса, прямо под кабинетом Мустафы Джемилева. Председатель Исламской партии Крыма Айдар Исмаилов не просто был на Кавказе в 1994–1996 годах, он герой Чечни. Награду Исмаилов получил из рук самого Масхадова. В Крыму есть и партия «Адалет», которую недавно возглавил Февзи Кубединов, бывший десантник, тренер по восточным единоборствам, начальник охраны руководства меджлиса. «Адалет» (в переводе – справедливость) является по сути боевым отрядом Меджлиса. Это партия аскеров – воинов. Если в каком-либо селе русская семья обидела татарина-соседа – заняла, например, его сарайчик, а милиция посмотрела на это сквозь пальцы, то появляются парни из «Адалета» и наводят справедливость по-аскерски. – У нас около полутора тысяч человек, как правило, бывших десантников, – рассказывает Февзи Кубединов. – Они работают в охранных структурах, сторожами – чтобы было время и законное основание для тренировок. По словам Февзи, тренировки проводятся без оружия: «Патроны стоят денег, которых у нас нет, но аскер должен быть достаточно силен, чтобы управляться с автоматом. Лично я держу винчестер одной рукой, выбиваю 48 очков из 50». Кубединов в любой момент может поставить в строй не менее двухсот человек, а при нужде – и все полторы тысячи. Около сотни крымско-татарских парней сейчас находятся в Чечне. Они добровольно стали моджахедами, людьми вне закона как России, так и Украины. Кто спрятался, тот и не ваххабит В КРЫМУ по-кавказски горячо. Во времена «первой чеченской» был предотвращен провоз на полуостров тиража газеты со статьей Зелимхана Яндарбиева «Крым надо женить на Чечне». «Сваты» затею свою не забыли и сегодня. 18 мая крымские татары отметили 55-летие своей депортации маршем на Симферополь и многотысячным митингом на главной площади столицы Крыма. Вместе с ними были и чеченцы – танцевали свой священный и воинственный хороводный танец зикр. А муфтиятом Крыма на днях принято решение о консолидации 20 процентов доходов всех мусульманских структур. Кому предназначены эти деньги? Об угрозе исламского фундаментализма вынужден был говорить на одной из предвыборных пресс-конференций даже президент Украины Леонид Кучма, но угрозу эту несут традиционно христианской стране не только чеченские эмиссары. Аль-Мамляка аль-Арабия ас-Саудия (попросту говоря – Саудовская Аравия) возникла как самостоятельное государство в результате того, что еще в начале XIX века некто Мухаммед ибн Абд аль-Ваххаб создал очаг арабского сопротивления господству Османской Порты на Ближнем Востоке. Так возник ваххабизм, и с тех пор он прорастает в любом мусульманском регионе, где зарождается национально-освободительное движение. Ваххабизм – не слово, но меч ислама. В России меч этот был обнажен в дагестанских селах Карамахи и Чабанмахи. На Украине, в Крыму, он пока еще в ножнах. Ваххабизм во всем мире распространяют в основном его основатели и хранители – арабы. Крым не исключение. В общежитии Симферопольского медицинского университета я встретился с человеком, которого называют руководителем движения ваххабитов в Крыму, но об этом мы с ним, разумеется, не говорили. Ваххабизм – масонская ложа мусульманства, принадлежностью к нему при посторонних не похваляются. Парень показывал мне молельную комнату для студентов-мусульман и сетовал, что крымские татары, изувеченные семьюдесятью годами советской власти, не знают подлинного ислама. Их надо учить, а делать это могут лишь истинные мусульмане, то есть арабы. Муфтий духовного управления мусульман Крыма Нури эффенди Мустафаев позже прокомментировал это так: – Сталин разрушил в Крыму не только мечети, но даже татарские кладбища. Поэтому главная для нас задача – восстановить утраченное. Лучше бы с помощью Турции – на ее деньги и с ее преподавателями ислама. Но мы строим мечети и на средства Саудовской Аравии (ваххабизм там – официальная идеология. – Б.С.). При этом настаиваем, чтобы и в этих мечетях были имамы, которых подберет духовное управление мусульман Крыма. Нам, крымским татарам, ближе светский ислам суннитского толка, которого придерживается Турция. Но в построенных арабами мечетях и ислам арабский. Тем более если воздвигаются они с помощью таких структур, как благотворительный фонд «Зам-Зам». В России «Зам-Зам» возглавлял египтянин Эль Лаббан, спецслужбы обвинили его в том, что деньги фонда он направлял чеченским бандитам. В Симферополе есть свой «Зам-Зам». Арабы привозят с собой литературу, в которой пропагандируется опыт таких экстремистских структур, как «Хамаз», «Хэзболла». Украина в этом смысле оказалась удивительно арабским государством, даже духовное управление мусульман этой страны возглавил ливанец – имам Ахмед Тамим. Трехполюсный мир ОСОБОЙ была эта командировка – ни на минуту не отпускало ощущение, что за каждым моим шагом внимательно наблюдает не одна пара глаз. После того как в Лондоне исламскими экстремистами были избиты съемочные группы ОРТ и НТВ, мне уже не кажутся излишними меры предосторожности, которые я предпринял в Крыму. В украинском Крыму физически ощущается барьер, разделяющий две основные его диаспоры – русскую и татарскую. Первая традиционно ищет моральную опору в России, вторая – в исламском мире, но не только. Давно и успешно дружат против России украинские и татарские националисты. Председатель меджлиса Мустафа Джемилев, живущий в автономной республике, где официальным деловым языком признан русский, хорошо говорит по-украински. А в депутаты Верховной рады Украины он прошел от Руха. – Никакой опасности татарский национализм в Крыму не представляет, – говорил мне Джемилев. – Гораздо большая беда – русский национализм. А вот здорового украинского национализма явно не хватает. Ведь даже флаг Украины в Крыму установили не украинцы, а мы, татары. Но если Украина, в подражание России, начнет принимать беженцев только славянской внешности, то в татарские семьи в Крыму вольются «лица кавказской национальности». Джемилев не боится ни журналистов, ни власти. Он свое отбоялся еще в советских лагерях. Теперь боятся его. Крымским спецслужбам оказалось проще заявить, что на полуострове нет ни ваххабитов, ни лагерей, где тренируются солдаты для Басаева и Хаттаба, чем открыто признать очевидное, наживая врагов среди крымских татар. Для официального Киева организованные арабами под Симеизом лагеря для изучения ислама менее опасны, чем «Спокойной ночи, малыши!», – арабы, как правило, говорят по-украински, а Хрюша и Степаша «ридной мовою» преступно не владеют. Прочеченские настроения крымских татар воспринимаются как угроза России, а не Украине. А раз так, то и беспокоиться не о чем. «Шо погано москалям, то гарно нашим батькам». Полуостров раздирается мусульманским и российским магнитами, Украину при этом больше беспокоит российское влияние. И напрасно. С Россией Украина прожила столетия, знает, чего ждать от соседки, как с ней договариваться, тогда как ислам в роли государственного регулятора ей совершенно не знаком. В сугубо мусульманской Турции ценой немалых усилий придерживаются курса «светского национализма» Ататюрка. Не так давно прокурор суда госбезопасности Анкары распорядился немедленно арестовать депутатку Мерве Кавачи, которая появилась в парламенте в исламском платке. На подобное не осмелится не только Украина – любое государство на постсоветском пространстве. Их руководители теперь святее Папы Римского; обвинений в нарушении принципов свободы совести они боятся больше, чем всех вместе взятых ваххабитов. Украина в Крыму может сесть мимо стула, как уже хлопнулась Россия в Чечне. Но и не «Крымской правде» учить, какой стул надежнее. Это не просто самая популярная русскоязычная газета самого русскоязычного региона Украины. Территория редакции – как бы территория России, ее слово для многих – слово Москвы. «Кучма – ИХ президент, наш президент – Ельцин, хоть он и...», – скажут вам сотрудники «Крымской правды». Нашумевшая статья подписана откровенным псевдонимом «Дмитрий Куликов» – от Дмитрия Донского и Куликова поля. Крымские татары намек поняли, расценив его как очередную попытку Москвы показать, кто в Крыму настоящий хозяин. Они считают, что газетная публикация организована российскими спецслужбами. – Это еще раз доказало, что с Россией нельзя разговаривать по-человечески, – сказал Мустафа Джемилев. Я располагаю документами, что стали основой публикации. Джемилеву мне возразить нечего – они действительно более всего похожи на оперативные отчеты спецагентов. Верно и то, что журналисты «Крымской правды» такого рода информацию примут лишь от тех, кому доверяют. Да и время для активизации российской «конторы глубокого бурения» самое подходящее – громкий крик о Крыме как о новом, импортированном с Кавказа, гнезде международного терроризма, может облегчить России ее диалог с Западом на саммите в Стамбуле. Но, по совести сказать, мир вряд ли поверит голосу, поющему с подачи наших спецслужб, – слишком часто и охотно врали они. Сейчас Россия призывает защитить ее от бумеранга, который когда-то с огромной силой сама запустила себе в лоб. Татары пикетировали российское консульство в Симферополе с лозунгами: «Россия – империя зла», «Кремлевские террористы, опомнитесь!» Неприятно, конечно, но транспаранты эти не содержат призывов к насилию. В отличие от лозунга «Убей кавказца – спаси Россию!», которым в сентябре этого года безнаказанно размахивали в двухстах метрах от Госдумы члены ЛДПР. Сообщение о крымско-татарских «воинах Аллаха» в Чечне шокирует. Но ведь аскеры партии «Адалет» появились в ответ на казаков, которых в свое время – для усмирения непокорных – завез на полуостров пророссийский, антиукраинский президент Крыма Юрий Мешков. Коллега Кубединова по воинской специальности (бывший десантник) Мешков правил Крымом с февраля 1994 года по середину 1995 – как специально, в то же время, когда шла «первая чеченская». Давно изменен статус полуострова, ликвидирован пост президента, сам Мешков преспокойно живет в Москве, но взращенные его агрессивностью отряды аскеров продолжают набирать силу. Рожденные в дни, когда российская армия бомбила Грозный и «зачищала» Самашки, они просто не могли не оказаться в Чечне. Россия давно потеряла моральное право упрекать воюющих в Чечне крымских татар, арабских боевиков, украинских националистов. Любой мало-мальски сведущий человек тут же напомнит ей казаков, сражавшихся в Приднестровье, русских добровольцев на просторах Боснии, вербовку партией все того же Жириновского волонтеров в Югославию – для отпора НАТО. А то и «корейских» пилотов по имени Ли-Си-Цин, странно высоких, бледнолицых «вьетнамцев», многочисленных шурави на афганских просторах. Крым, конечно же, зона интересов России, но в Крым нам надо идти не с имперскими амбициями, не с фээсбешным «сливом», а со своими деньгами. «За Крым надо платить», – справедливо заметил председатель Верховной рады автономии Леонид Грач. Вслед за Горьковским автомобильным заводом, собирающим в Симферополе «Волги» и «Газели», на полуостров должны ринуться прочие финансово-экономические структуры России – исключительно для того, чтобы заработать самим и дать заработать крымчанам. Крым в этом смысле очень похож на Кипр, где неизбежный конфликт между греческой и турецкой общинами пригасили именно инвестициями. Когда у крымских татар и у крымских русских будет хорошо оплачиваемая работа, тогда они перестанут подозрительно следить друг за другом. Тогда там тесно будет и чеченским, и арабским эмиссарам-экстремистам. Но этой роскоши – хорошо оплачиваемой работы – нет пока даже у российских татар и у российских русских.

Об этом сообщила своим читателям выходящая в Симферополе газета «Крымская правда». Публикация стала главным политическим событием Крыма последнего месяца, затмив даже президентские выборы. Наш специальный корреспондент на месте убедился – дым не без огня.

Из аскеров в моджахеды

– МЫ НИКОГДА не скрывали, что расцениваем войска России в Чечне как агрессию, – говорит Мустафа Джемилев, председатель крымско-татарского меджлиса. – Чеченцы сражаются за свою страну, и мы на их стороне. Но меджлис никого в Чечню воевать не направлял – это запрещено законом Украины. Российские законы – иное дело. Мы вправе не уважать расистское государство. Мы не можем и не хотим запрещать ехать в Чечню добровольно.

Мне не пришлось долго искать такого добровольца – его офис находится в здании меджлиса, прямо под кабинетом Мустафы Джемилева. Председатель Исламской партии Крыма Айдар Исмаилов не просто был на Кавказе в 1994–1996 годах, он герой Чечни. Награду Исмаилов получил из рук самого Масхадова.

В Крыму есть и партия «Адалет», которую недавно возглавил Февзи Кубединов, бывший десантник, тренер по восточным единоборствам, начальник охраны руководства меджлиса. «Адалет» (в переводе – справедливость) является по сути боевым отрядом Меджлиса. Это партия аскеров – воинов. Если в каком-либо селе русская семья обидела татарина-соседа – заняла, например, его сарайчик, а милиция посмотрела на это сквозь пальцы, то появляются парни из «Адалета» и наводят справедливость по-аскерски.

– У нас около полутора тысяч человек, как правило, бывших десантников, – рассказывает Февзи Кубединов. – Они работают в охранных структурах, сторожами – чтобы было время и законное основание для тренировок.

По словам Февзи, тренировки проводятся без оружия: «Патроны стоят денег, которых у нас нет, но аскер должен быть достаточно силен, чтобы управляться с автоматом. Лично я держу винчестер одной рукой, выбиваю 48 очков из 50».

Кубединов в любой момент может поставить в строй не менее двухсот человек, а при нужде – и все полторы тысячи. Около сотни крымско-татарских парней сейчас находятся в Чечне. Они добровольно стали моджахедами, людьми вне закона как России, так и Украины.

Кто спрятался, тот и не ваххабит

В КРЫМУ по-кавказски горячо. Во времена «первой чеченской» был предотвращен провоз на полуостров тиража газеты со статьей Зелимхана Яндарбиева «Крым надо женить на Чечне». «Сваты» затею свою не забыли и сегодня.

18 мая крымские татары отметили 55-летие своей депортации маршем на Симферополь и многотысячным митингом на главной площади столицы Крыма. Вместе с ними были и чеченцы – танцевали свой священный и воинственный хороводный танец зикр.

А муфтиятом Крыма на днях принято решение о консолидации 20 процентов доходов всех мусульманских структур. Кому предназначены эти деньги?

Об угрозе исламского фундаментализма вынужден был говорить на одной из предвыборных пресс-конференций даже президент Украины Леонид Кучма, но угрозу эту несут традиционно христианской стране не только чеченские эмиссары.

Аль-Мамляка аль-Арабия ас-Саудия (попросту говоря – Саудовская Аравия) возникла как самостоятельное государство в результате того, что еще в начале XIX века некто Мухаммед ибн Абд аль-Ваххаб создал очаг арабского сопротивления господству Османской Порты на Ближнем Востоке. Так возник ваххабизм, и с тех пор он прорастает в любом мусульманском регионе, где зарождается национально-освободительное движение. Ваххабизм – не слово, но меч ислама. В России меч этот был обнажен в дагестанских селах Карамахи и Чабанмахи. На Украине, в Крыму, он пока еще в ножнах.

Ваххабизм во всем мире распространяют в основном его основатели и хранители – арабы. Крым не исключение. В общежитии Симферопольского медицинского университета я встретился с человеком, которого называют руководителем движения ваххабитов в Крыму, но об этом мы с ним, разумеется, не говорили. Ваххабизм – масонская ложа мусульманства, принадлежностью к нему при посторонних не похваляются. Парень показывал мне молельную комнату для студентов-мусульман и сетовал, что крымские татары, изувеченные семьюдесятью годами советской власти, не знают подлинного ислама. Их надо учить, а делать это могут лишь истинные мусульмане, то есть арабы. Муфтий духовного управления мусульман Крыма Нури эффенди Мустафаев позже прокомментировал это так:

– Сталин разрушил в Крыму не только мечети, но даже татарские кладбища. Поэтому главная для нас задача – восстановить утраченное. Лучше бы с помощью Турции – на ее деньги и с ее преподавателями ислама. Но мы строим мечети и на средства Саудовской Аравии (ваххабизм там – официальная идеология. – Б.С.). При этом настаиваем, чтобы и в этих мечетях были имамы, которых подберет духовное управление мусульман Крыма. Нам, крымским татарам, ближе светский ислам суннитского толка, которого придерживается Турция.

Но в построенных арабами мечетях и ислам арабский. Тем более если воздвигаются они с помощью таких структур, как благотворительный фонд «Зам-Зам». В России «Зам-Зам» возглавлял египтянин Эль Лаббан, спецслужбы обвинили его в том, что деньги фонда он направлял чеченским бандитам. В Симферополе есть свой «Зам-Зам». Арабы привозят с собой литературу, в которой пропагандируется опыт таких экстремистских структур, как «Хамаз», «Хэзболла». Украина в этом смысле оказалась удивительно арабским государством, даже духовное управление мусульман этой страны возглавил ливанец – имам Ахмед Тамим.

Трехполюсный мир

ОСОБОЙ была эта командировка – ни на минуту не отпускало ощущение, что за каждым моим шагом внимательно наблюдает не одна пара глаз. После того как в Лондоне исламскими экстремистами были избиты съемочные группы ОРТ и НТВ, мне уже не кажутся излишними меры предосторожности, которые я предпринял в Крыму.
В украинском Крыму физически ощущается барьер, разделяющий две основные его диаспоры – русскую и татарскую. Первая традиционно ищет моральную опору в России, вторая – в исламском мире, но не только. Давно и успешно дружат против России украинские и татарские националисты. Председатель меджлиса Мустафа Джемилев, живущий в автономной республике, где официальным деловым языком признан русский, хорошо говорит по-украински. А в депутаты Верховной рады Украины он прошел от Руха.
– Никакой опасности татарский национализм в Крыму не представляет, – говорил мне Джемилев. – Гораздо большая беда – русский национализм. А вот здорового украинского национализма явно не хватает. Ведь даже флаг Украины в Крыму установили не украинцы, а мы, татары. Но если Украина, в подражание России, начнет принимать беженцев только славянской внешности, то в татарские семьи в Крыму вольются «лица кавказской национальности».
Джемилев не боится ни журналистов, ни власти. Он свое отбоялся еще в советских лагерях. Теперь боятся его. Крымским спецслужбам оказалось проще заявить, что на полуострове нет ни ваххабитов, ни лагерей, где тренируются солдаты для Басаева и Хаттаба, чем открыто признать очевидное, наживая врагов среди крымских татар. Для официального Киева организованные арабами под Симеизом лагеря для изучения ислама менее опасны, чем «Спокойной ночи, малыши!», – арабы, как правило, говорят по-украински, а Хрюша и Степаша «ридной мовою» преступно не владеют. Прочеченские настроения крымских татар воспринимаются как угроза России, а не Украине. А раз так, то и беспокоиться не о чем. «Шо погано москалям, то гарно нашим батькам».

Полуостров раздирается мусульманским и российским магнитами, Украину при этом больше беспокоит российское влияние. И напрасно. С Россией Украина прожила столетия, знает, чего ждать от соседки, как с ней договариваться, тогда как ислам в роли государственного регулятора ей совершенно не знаком.

В сугубо мусульманской Турции ценой немалых усилий придерживаются курса «светского национализма» Ататюрка. Не так давно прокурор суда госбезопасности Анкары распорядился немедленно арестовать депутатку Мерве Кавачи, которая появилась в парламенте в исламском платке. На подобное не осмелится не только Украина – любое государство на постсоветском пространстве. Их руководители теперь святее Папы Римского; обвинений в нарушении принципов свободы совести они боятся больше, чем всех вместе взятых ваххабитов. Украина в Крыму может сесть мимо стула, как уже хлопнулась Россия в Чечне. Но и не «Крымской правде» учить, какой стул надежнее.

Это не просто самая популярная русскоязычная газета самого русскоязычного региона Украины. Территория редакции – как бы территория России, ее слово для многих – слово Москвы. «Кучма – ИХ президент, наш президент – Ельцин, хоть он и...», – скажут вам сотрудники «Крымской правды». Нашумевшая статья подписана откровенным псевдонимом «Дмитрий Куликов» – от Дмитрия Донского и Куликова поля. Крымские татары намек поняли, расценив его как очередную попытку Москвы показать, кто в Крыму настоящий хозяин. Они считают, что газетная публикация организована российскими спецслужбами.

– Это еще раз доказало, что с Россией нельзя разговаривать по-человечески, – сказал Мустафа Джемилев.

Я располагаю документами, что стали основой публикации. Джемилеву мне возразить нечего – они действительно более всего похожи на оперативные отчеты спецагентов. Верно и то, что журналисты «Крымской правды» такого рода информацию примут лишь от тех, кому доверяют. Да и время для активизации российской «конторы глубокого бурения» самое подходящее – громкий крик о Крыме как о новом, импортированном с Кавказа, гнезде международного терроризма, может облегчить России ее диалог с Западом на саммите в Стамбуле.

Но, по совести сказать, мир вряд ли поверит голосу, поющему с подачи наших спецслужб, – слишком часто и охотно врали они. Сейчас Россия призывает защитить ее от бумеранга, который когда-то с огромной силой сама запустила себе в лоб. Татары пикетировали российское консульство в Симферополе с лозунгами: «Россия – империя зла», «Кремлевские террористы, опомнитесь!» Неприятно, конечно, но транспаранты эти не содержат призывов к насилию. В отличие от лозунга «Убей кавказца – спаси Россию!», которым в сентябре этого года безнаказанно размахивали в двухстах метрах от Госдумы члены ЛДПР.

Сообщение о крымско-татарских «воинах Аллаха» в Чечне шокирует. Но ведь аскеры партии «Адалет» появились в ответ на казаков, которых в свое время – для усмирения непокорных – завез на полуостров пророссийский, антиукраинский президент Крыма Юрий Мешков. Коллега Кубединова по воинской специальности (бывший десантник) Мешков правил Крымом с февраля 1994 года по середину 1995 – как специально, в то же время, когда шла «первая чеченская». Давно изменен статус полуострова, ликвидирован пост президента, сам Мешков преспокойно живет в Москве, но взращенные его агрессивностью отряды аскеров продолжают набирать силу. Рожденные в дни, когда российская армия бомбила Грозный и «зачищала» Самашки, они просто не могли не оказаться в Чечне.

Россия давно потеряла моральное право упрекать воюющих в Чечне крымских татар, арабских боевиков, украинских националистов. Любой мало-мальски сведущий человек тут же напомнит ей казаков, сражавшихся в Приднестровье, русских добровольцев на просторах Боснии, вербовку партией все того же Жириновского волонтеров в Югославию – для отпора НАТО. А то и «корейских» пилотов по имени Ли-Си-Цин, странно высоких, бледнолицых «вьетнамцев», многочисленных шурави на афганских просторах.

Крым, конечно же, зона интересов России, но в Крым нам надо идти не с имперскими амбициями, не с фээсбешным «сливом», а со своими деньгами. «За Крым надо платить», – справедливо заметил председатель Верховной рады автономии Леонид Грач. Вслед за Горьковским автомобильным заводом, собирающим в Симферополе «Волги» и «Газели», на полуостров должны ринуться прочие финансово-экономические структуры России – исключительно для того, чтобы заработать самим и дать заработать крымчанам.

Крым в этом смысле очень похож на Кипр, где неизбежный конфликт между греческой и турецкой общинами пригасили именно инвестициями. Когда у крымских татар и у крымских русских будет хорошо оплачиваемая работа, тогда они перестанут подозрительно следить друг за другом. Тогда там тесно будет и чеченским, и арабским эмиссарам-экстремистам.

Но этой роскоши – хорошо оплачиваемой работы – нет пока даже у российских татар и у российских русских.