Президент Венесуэлы Уго Чавес подвел итоги своего одиннадцатилетнего правления. «В боливарианской Венесуэле воскрес социализм, воскрес проект Христа-освободителя. Социализм народов планеты воскрес здесь», – провозгласил Чавес на торжественном собрании в одном из столичных театров. И добавил: «Нам исполнилось только 11 годочков. Наше правительство еще ребенок, а наша революция еще девочка».
Мне довелось побывать в Венесуэле в ту пору, когда Чавес еще не победил на выборах и его ребенок еще не родился. Столица страны тогда производила впечатление вполне цивилизованного города. Я поинтересовался у одного известного латиноамериканского политолога, где бы он рекомендовал разместить региональный корпункт влиятельной российской газеты. Подумав, тот сказал: «Каракас – это важнейший политический и экономический центр, к тому же территориально более доступный европейцу, чем Буэнос-Айрес или Сантьяго».
Тогда, когда ребенок еще не родился, в центре Каракаса на пешеходном бульваре Сабана-Гранде располагалось много уютных ресторанчиков, как в обычном европейском городе. Теперь этот пешеходный бульвар заставлен убогими лотками торговцев, которые предлагают дешевые поделки и фрукты с прилавков, а под прилавком – наркотики.
Чавес дал полную волю торговцам всех мастей. С самым низкими ценами на бензин в мире (заправить бак машины стоит не больше, чем купить двухлитровую бутылку минеральной воды) эта армия торговцев разъезжает по стране на всем, что может двигаться. В Каракасе пробки, как в Москве, но из-за обилия драндулетов (здесь их никто не предлагает обменять на новые машины в кредит) гарь и чад заслоняют солнце.
Когда ребенок еще не родился, по городу можно было гулять. Теперь любопытных, но неподготовленных туристов предупреждают: в частные такси не садитесь – убьют. В метро тоже ездить не рекомендуется.
Когда-то криминальной столицей Латинской Америки считался Рио-де-Жанейро. Но в фавелах Рио чужаку сначала приставят нож к горлу, а потом попросят кошелек в обмен на жизнь. В Каракасе сначала стреляют в жертву, а уж потом исследуют содержимое ее бумажника.
Чавес считает, что его правительство за 11 лет обрело истинную независимость и возродило государственную нефтегазовую корпорацию «Петролеос де Венесуэла», которая добывает 3 млн баррелей нефти в день. Ведущие венесуэльские экономисты опровергают эти данные. Бывший сенатор Америко Мартин говорит, что Венесуэла производит всего лишь 2,3 млн баррелей, а если снижение продолжится и дойдет до 2 млн, страну ждет полный коллапс.
Впрочем, рядовые граждане страны, в прошлом поддерживавшие Чавеса в его желании править страной вечно, уже сами видят, что весь горизонт затянут грозовыми тучами. В стране разразился самый мощный за всю ее историю энергетический кризис. По всей Венесуэле, включая столицу, отключают электричество на 4-7 часов. Цены на продукты питания стремительно растут, несмотря на попытки Чавеса закрыть супермаркеты, которые меняют ценники. Инфляция составляет 25%, и это самый высокий показатель в Латинской Америке. По прогнозам экономистов, она вырастет в 2010 году до 45% и Венесуэла станет в этой области одним из мировых лидеров.
Президент Чавес недавно закрыл независимый кабельный канал RCTV, который жестко критиковал его политику. В результате на улицы Каракаса и других городов вышли десятки тысяч люди, в большинстве своем университетские студенты, возмущенные грубым попранием свободы слова. В Венесуэле – 1,4 млн университетских студентов, и, как говорит известный писатель и драматург Ибсен Мартинес, подавляющему большинству из них поперек горла встали социалистические заклинания Чавеса, его попытки скопировать социальный эксперимент братьев Кастро на Кубе.
Не лучшие для Чавеса новости приходят и от соседей по региону. В Гондурасе его ярого сторонника, президента Мануэля Селайю, военные вывели из спальни прямо в пижаме, посадили в самолет и вывезли из страны. И все из-за того, что Селайя попытался повторить опыт Чавеса и продлить свое пребывание в президентском дворце на неопределенный срок. Сейчас Селайя в изгнании в Доминиканской Республике, а на его месте – вполне правый президент Порфирио Лобо.
В Панаме к власти пришел правый политик Рикардо Мартинелли, а в Чили – мультимиллионер Себастьян Пиньера. Ожидается, что в Бразилии преемник Лулы, с которым у Чавеса худо-бедно складывались отношения, проиграет выборы, а в Аргентине политическую сцену покинет семейство Киршнеров, которое в целом благосклонно относилось к социалистическим изысканиям венесуэльского лидера. Даже в соседней Колумбии, ставшей для Чавеса смертельным врагом, кандидат на выборах от левых Густаво Петро сейчас клеймит Чавеса похлеще, чем правый президент Альваро Урибе.
А на Кубе, идеологической родине Чавеса, – застой, как в СССР в начале 1980-х. У власти – одни ветераны, а кубинского Горбачева среди них нет. Возможного кандидата на роль реформатора, Карлоса Лахе, который, кстати, отвечал за нефтяные контракты с Венесуэлой, отстранили от должности из-за, как было сказано, слишком большого увлечения буржуазными ценностями. На самом деле у того обозначились слишком большие властные амбиции на фоне болезни Фиделя. Вместе с Лахе пострадали бывший фаворит Кастро, министр иностранных дел Перес Роке, и даже личный секретарь команданте. Выяснилось, что те совсем не уважали национального лидера и на досуге ради забавы соревновались в том, кто лучше набросит бейсболку Фиделя на вбитый в стену гвоздь.
«Через 11 лет мне исполнится 66 лет и 22 года на посту президента, если так захочет Бог и вы, – сказал Чавес на только что прошедшем праздновании. – Но о следующем одиннадцатилетии я не хочу думать, так как мне будет уже 77 лет и 33 года на посту президента».
Чавес любит изображать из себя комика. На самом деле это фигура трагическая. Исторический контекст никак не благоприятствует тому, чтобы одна одиннадцатилетка плавно переходила в другую. Ему бы на волне растущего негодования венесуэльцев пережить намеченные на сентябрь этого года парламентские выборы, а потом и президентские выборы 2012 года.
А то может случиться так, что его «революция-девочка» так и не найдет из-за своей кривой внешности жениха и останется старой девой, которая и себе самой не слишком интересна.
Кто такой Уго Чавес?
Талантливый революционер
Искренний, но не очень успешный революционер
Обычный популист
О ком идет речь?
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции GZT.RU