"Я хуже Басаева"

Оглашение приговора задерживалось. "У кого-нибудь найдется косынка?" – выглянула из двери зала адвокат подсудимой Наталья Евлапова. "Зарема не ожидала, что ее будут снимать", – объяснила она собравшимся у входа в зал заседаний репортерам. Однако никто из девушек-журналисток не захотел помочь подсудимой.

Сама Мужахоева перед вынесением приговора держалась скромно. Одетая в простую желтую футболку и джинсы, она отвернулась от теле- и фотокамер к стене и так стояла несколько минут. Однако вскоре не выдержала: "Я никого не убивала. Не хотела этого. Я не ожидала такого, ваш суд несправедливый", – путаясь в словах, комментировала Мужахоева вердикт присяжных. "Если бы я хотела кого-то убить, причинить кому-то вред, то нажала бы кнопку там. У меня была возможность убежать. Но я надеялась на вас. Надеялась, что меня кто-то поймет!" Впрочем, говорить долго ей не дали. Началось оглашение приговора, занявшее не более 15 минут.

Приговор гласил, что в декабре 2002 года Мужахоева примкнула к группе "движимых религиозной и национальной ненавистью" террористов-ваххабитов, деятельность которых была направлена на устрашение населения путем совершения взрывов. Как установило следствие, Мужахоева прилетела в столичный аэропорт Внуково рейсом из Ингушетии 3 июля 2003 года. Добравшись на такси до Павелецкого вокзала, она встретилась там со своим "куратором" – чеченским боевиком Русланом Сааевым (его убили в Чечне осенью минувшего года). Он отвез девушку в подмосковное село Толстопальцево (Солнцевский район), где диверсанты заблаговременно сняли дачу (на дом, где впоследствии были обнаружены несколько "поясов шахидов", следствие вышло именно благодаря показаниям Мужахоевой. – ГАЗЕТА).

На даче Мужахоева познакомилась с двумя другими смертницами – Зулихан Элихаджиевой и Зинаидой Алиевой, которые 5 июля взорвали себя в Тушино во время рок-фестиваля "Крылья" (тогда погибли 18 и были ранены 76 человек).

9 июля "хозяева" снабдили Мужахоеву сумкой со взрывчаткой, проинструктировали о месте, где необходимо совершить теракт, и отвезли в Москву, высадив в районе Васильевского спуска. Дойдя пешком до гостиницы "Россия", девушка взяла такси и на нем добралась до Mon Сafe, расположенного на 1-й Тверской-Ямской улице. Мужахоева должна была взорвать себя напротив стеклянной витрины на улице, после чего взрывная волна ушла бы внутрь кафе, убив десятки посетителей. Однако теракт не состоялся – один из учредителей заведения, обративший внимание на неадекватное поведение девушки (она крайне нервничала, периодически входя и выходя из летней части кафе на улице), вызвал наряд вневедомственной охраны. Сумку с бомбой у Мужахоевой отобрали, но во время разминирования погиб взрывотехник ФСБ Георгий Трофимов.

На суде террористка утверждала, что взрывать бомбу не собиралась и намеренно вела себя вызывающе, чтобы привлечь внимание, хотя на первых допросах шахидка заявила следователю, что пыталась привести в действие взрывное устройство, однако оно не сработало. Но присяжные не поверили Мужахоевой и признали ее виновной по все трем пунктам обвинения: "терроризм в составе организованной группы, повлекший по неосторожности смерть человека", "покушение на убийство" и "незаконная перевозка взрывчатых веществ и взрывных устройств».

Суд констатировал, что Мужахоева "не довела преступление до конца по независящим от нее обстоятельствам". "Перед задержанием она не менее двух раз пыталась задействовать взрывное устройство, однако оно оказалось неисправно", – сказано в приговоре.

Назначая Мужахоевой наказание, судья Петр Штундер учел молодой возраст подсудимой и ее "активное способствование раскрытию преступления". Однако отметил, что подсудимая совершила "особо тяжкое преступление" и, согласно вердикту присяжных, "не заслуживает снисхождения". "Вам понятен приговор?" – поинтересовался судья у Мужахоевой. "Спасибо, ваша честь. Нет проблем", – спокойно улыбаясь, ответила она. "Я прямо у вас хуже Басаева! Сделали из меня какую-то кумушку…" – пробормотала осужденная перед тем, как ее увел конвой.

"Свое отношение к вердикту присяжных я уже высказывала – он безумный!" – прокомментировала приговор адвокат Наталья Евлапова. По ее мнению, "даже если опустить вопрос о том, нажимала или не нажимала" ее подзащитная тумблер взрывного устройства, "поведение Мужахоевой на следствии свидетельствует о том, что она как минимум заслуживала снисхождения". "Могу сказать, что в середине следствия, с учетом того, что она сообщила, речь шла о пяти-шести годах", – призналась адвокат. "Мы знали, что терроризм не та статья, чтобы идти на суд присяжных. Но это был отчаянный шаг, – поведала Евлапова. – Мы хотели рассказать людям, как все было на самом деле. И мы рассказали это присяжным. А их решение пусть останется на их совести... Мужахоева понесла наказание за всех. Думаю, что в дальнейшем кто-то из смертников будет взят живым, после такого приговора он вряд ли пойдет на сотрудничество со следствием. У нас есть 10 дней. Возможно, мы обжалуем приговор". Что же до гособвинителя Александра Кублякова, то он в своей оценке был краток: "Приговор законный и обоснованный, и со стороны прокуратуры обжаловаться не будет. Я думаю, что присяжные во всем разобрались. Об этом свидетельствует их вердикт – без снисхождения".