Киллер никого не признал

В Мосгорсуде начался повторный судебный процесс по делу об убийстве в 2003 году главы оборонного холдинга “Концерн ПВО “Алмаз-Антей” Игоря Климова и директора петербургского ЗАО “Проммашинструмент” Елены Нещерет. Организатором этих преступлений Генпрокуратура считает предпринимателя Константина Братчикова.

В августе прошлого года он, а также второй подсудимый Станислав Тюрин были оправданы присяжными. Позже Верховный суд отменил приговор, направив дело на новое рассмотрение. Освобожденный из-под стражи Братчиков к этому времени уехал в Эквадор, где в феврале этого года был задержан, а затем доставлен в Москву. Тюрина же разыскать пока не удалось, а потому на скамье подсудимых оказался лишь один Братчиков.

По версии следствия, именно он заказал убийство Климова и Нещерет, а Тюрин организовал расправу. Мотивом стал передел бизнеса: до 2000 года Братчиков и Климов являлись совладельцами Ладожской инвестиционной корпорации. После размолвки бизнесмены поделили активы. Братчикову, в частности, отошел завод имени Шаумяна, а Климову – завод “Измерон” (производство оборудования для ремонта газовых и нефтяных скважин) и компания “Проммашинструмент” (сбыт продукции завода). Как полагает следствие, не желая терять контроль над доходным бизнесом, Братчиков решил избавиться от бывшего делового партнера и его ставленницы.

В ходе судебных слушаний обвиняемый не отрицал, что у него были серьезные трения с Климовым, однако заявил, что не заказывал его убийство. Главной уликой против Братчикова стали показания Евгения Манькова, главаря банды, зарабатывавшей заказными убийствами. В октябре 2005 года он и пятеро его подельников были признаны Мосгорсудом виновными в убийстве Климова и Нещерет. Маньков получил пожизненный срок, после чего неожиданно поведал следователям, что в разговоре с ним Тюрин как-то признался: ликвидацию Климова и Нещерет заказал Братчиков. Вскоре Верховный суд скостил Манькову наказание до 25 лет.

Вчера в суде был допрошен осужденный вместе с Маньковым Александр Бурукин. Им, по данным следствия, и был убит глава “Алмаз-Антея”. Доставленный под конвоем свидетель сразу же заявил, что Братчикова видит в первый раз и вообще ни в чем не виноват. Свои признательные показания на следствии он объяснил давлением: “Следователь сказал мне, что на пистолете (из которого был убит Климов) уже есть два трупа и я получу пожизненный срок, если не сознаюсь в убийстве”.

После этого гособвинитель Ирина Шляева огласила показания Бурукина, которые тот дал сразу после задержания. В них киллер рассказал, как расстрелял Климова 6 июня 2003 года возле его дома на Крымском Валу. Глава “Алмаз-Антея” умер не сразу – успел вырвать из рук убийцы пистолет с глушителем и даже рассек Бурукину бровь и щеку. Киллер поведал, что за работу ему было обещано $5 тысяч, однако в итоге заплатили $1,3 тысячи. Из показаний следовало, что убивать Нещерет (она была зарезана в Петербурге 9 октября 2003 года) Бурукин отказался, но знает, что четверо исполнителей расправы получили за работу $10 тысяч. “Вы подтверждаете эти показания?” – спросил свидетеля судья Владимир Усов. “Нет”, – ответил Бурукин.

“Следствие не представило доказательств того, что Братчиков предпринимал какие-либо действия, чтобы завладеть заводом “Измерон” и “Проммашинструмент”, заказал убийства и оплатил их, – сказала корреспонденту “Газеты” адвокат Светлана Михайлова. – Смерть Климова была выгодна многим. А обе компании в итоге достались совсем другим людям”.