Олигарх по найму. Недорого

Но в тот момент, когда московский мэр Юрий Лужков заявил, что готов стать президентом, шагнула из тени, заявив о себе в публичной политике, акционерная финансовая корпорация (АФК) «Система».

АВТОР «Системы» – Владимир Петрович Евтушенков – создал структуру, странную во всех отношениях: сугубо коммерческую, беспрецедентно закрытую, чрезвычайно приближенную к столичной власти и всем этим удивительно похожую на него самого, – о Евтушенкове знают, может быть, чуть больше, чем о полумифическом Романе Абрамовиче. Но в отличие от одиозной фигуры «кассира Семьи» Евтушенков тот человек, на которого всегда интересно посмотреть с разных сторон. С одной стороны, Евтушенков – среднего звена московский чиновник, совсем незаметный, с другой – головокружительная карьера... Всего одно волшебное переименование произошло в его карьере, но вынесло на такие высоты, куда ракета не вынесет, – в российскую элиту. Усилием своего неординарного предпринимательского мышления Евтушенков сделал Комитет по науке и технологиям правительства Москвы закрытым акционерным обществом с одноименным названием. Контрольный пакет акций передал мэрии и в том же 1993 году выстроил над своим приватизированным комитетом одну большую крышу – корпорацию «Система», чтобы собрать под нее все, что, на взгляд столичных властей, плохо лежит. Одним словом, работал не на себя – прежде думал о родине. И ему воздалось – АФК «Система» получила статус уполномоченной организации правительства Москвы по многим финансовым и производственным проектам, а Евтушенков – место председателя правления «Системы» и советника мэра. Это одна грань его таланта.

Другая прочерчена разоблачительными публикациями за последний год в «Новой газете», «Московских новостях», журнале «Коммерсантъ-Власть». В них Евтушенков предстает серым кардиналом Москвы, чьи дорожки, бывает, соприкасаются с дорожками солнцевских. Если любая российская компания с претензией на место в элите фонтанирует пиаровскими акциями, то «Система» скрыта от любопытных водопадом слухов. Со ссылкой на швейцарские власти корпорации приписывают некую компанию «ИВК», которую возглавляет гражданин Михайлов, оправданный судом присяжных в Женеве. Говорят, что именно ему принадлежит фирма «Ангстрем» и за этим названием скрывается завод электроники в Зеленограде, 25% акций которого являются собственностью «Системы». И что четверть акций «Московской городской телефонной сети» АФК «Система» выиграла на конкурсе у компании «ИВК». Правда это или нет, никому не известно. Не было случая, чтобы Владимир Евтушенков оспорил в суде хоть одно скрытое или явное обвинение в свой адрес – видно, не царское дело. Да и что оспаривать, если правосудие самой Швейцарии не признало Михайлова организатором преступного сообщества. Следовательно, «в связях, порочащих его, не замечен».

В журналистских кругах сложилось мнение, что легче взять интервью у Шамиля Басаева, чем у Евтушенкова. Энергичный, пробивной и немногословный, на публике он появляется крайне редко. Однажды, в январе 1999-го, он открыл двери своей корпорации для прессы, и выглядело это так, как если бы кто-то скромный откинул полу невзрачного пальто, и оно подбито соболями. Это был телемост. Владимир Петрович и члены московского правительства находились в Бостоне, а журналисты – в Москве. Беседовали о кредитах под ипотеку.

В «Системе» Евтушенкова есть все, что положено иметь олигарху новой волны. Самый лакомый кусок отечественного турбизнеса – «Интурист». В торговле – «Детский мир». На рынке мобильной связи, самом прибыльном и развивающемся даже после прошлогоднего обвала, – компании «Мобильные телесистемы» и «Московская сотовая». На рынке СМИ дела обстоят поскромнее: есть акции телеканалов ТВ-6 и ТВ Центр, бесплатная газета «Метро», слабенькие «Россия» и «Культура», вся в долгах перед авторами «Литературная газета». И, естественно, московские банки – реконструкции и развития, Эрси-банк, ГУТА-банк. Конечно, это неполный список. Полного не знает никто, возможно, сам Евтушенков не помнит всего, чем владеет. Разве упомнишь? Под началом Евтушенкова трудятся 30 тысяч человек, активы корпорации, по словам ее президента Евгения Новицкого, составляют 2,8 миллиарда, а собственный капитал – 1,4 миллиарда долларов.

Парадокс в том, что хозяином всего этого имущества Евтушенкова назвать, в полном смысле, нельзя. А если сверяться с учебником политэкономии, то и олигархом – тоже. В отличие от почти классических олигархов первой волны, он не рисковал, не вкладывал в свое дело своих денег, просто потому, что ничего своего у него не было, только должность – маленький кусочек власти. Он-то и был вложен в «большую власть». Евтушенков сделал ход для 1993 года необязательный, по-чиновничьему осторожный, интуитивный – он раньше других заложил фундамент системы, можно писать и в кавычках и без, которая спустя несколько лет оказалась вполне адекватной реакцией на несвободный, не доведенный до ума рынок. А все, что случилось после 17 августа 1998-го, только подтвердило – для того, чтобы числиться в олигархах, не обязательно владеть заводами и пароходами. Не собственность определяет статус олигарха новой волны, а близость к власти, и только потом – деньги в собственном кошельке. Слово прежнее – смысл, мне кажется, новый. Способен наилучшим образом передать приказ, добиться результата и отчитаться о выполнении, то есть пользу принести – быть тебе в олигархах. Не угодил, не оправдал, разонравился – на твое место придет другой: на ТВ Центр – Ястржембский, в «Отечество» – Боос. Евтушенков всего лишь «временно исполняющий обязанности».

Председательское кресло в «Системе» – место работы для наемного олигарха. В этом особенность олигархов новой волны – не иметь имиджа и самостоятельных интересов, всегда оставаться в тени того, кто дал возможность старта, то есть в тени московской мэрии. В тени Лужкова. Евтушенков вроде сам рулит, но – «от имени и по поручению». Его «Система» – яркая иллюстрация явления, которое исследователи российской олигархии Черниковы назвали Московской региональной экономической группой (МРЭГ), сродни любой финансово-промышленной. Разница в том, что основа МРЭГ – предприятия смешанной, частной и муниципальной формы собственности, подконтрольные мэрии и мэрией управляемые.

В этом отличие «Системы» от империй олигархов первой волны, которая поднялась в 1987 году. Тогда тропинка в олигархи шла через Центры научно-технического творчества молодежи (при Фрунзенском РК КПСС был когда-то создан ЦНТТП «Менатеп»). Другие банки из государственных просто переименовывались в коммерческие, как Промстройбанк и Мосбизнесбанк, бывший Жилсоцбанк. Банк «Империал» создал и возглавил начальник Управления по работе с коммерческими банками Минфина Сергей Родионов. Госснаб открывал путь на теперешние биржи.

«Молодые реформаторы», наверное, еще только думали о приватизации и правовой базе для нее, Гайдар – в Институте экономической политики при Академии народного хозяйства СССР, Чубайс – в Ленинградском инженерно-экономическом, когда без всяких законов акционерными обществами становились рентабельные советские производства – МНТК «Микрохирургия глаза», заводы ВАЗ и КАМАЗ... Исследователь элит Ольга Крыштановская назвала этот процесс «льготной приватизацией», и пока не началась «приватизации для всех», акционерами становились ведомственные предприятия и физическое лицо – министр, вышедший в отставку. Тогда власть была только стартовой площадкой и привлекала одним – возможностью сильнее оттолкнуться, больше прихватить и обособиться от старой номенклатуры. Конечно, было много случайного – в экономическую элиту мог попасть фарцовщик, любая мелкая сошка, какой-нибудь Мавроди, Соловьева...

Сегодня можно сказать, что со всем этим «сбродом» покончено. Рынок решено сохранить, но рынок, регулируемый государством. На деле это означает одно – бизнесом руководит власть, она решает, что, кому, когда и в каких размерах позволить, кого попридержать, а кому дать возможность развиваться. И это изобретение не московское только, сегодня любой уважающий себя губернатор имеет свою «доверенную» полукоммерческую структуру. Для оптимизации финансовых потоков, как говорится. В Курской области это Курский губернский банк, в Белгородской – Лебединский горно-обогатительный комбинат, в Свердловской области – алюминиевый комбинат, в Орловской области – корпорация «Орловская нива», в Смоленской – фонд «Содействие».

Первопроходец здесь, конечно, Евтушенков. Он, в отличие от конца 80-х, когда госчиновники приватизировали золото партии и должности для себя, честно занялся приватизацией для самой власти. Ни коммерсантом, ни чиновником в чистом виде его назвать нельзя. Евтушенков собиратель негосударственной собственности в столичное хозяйство. Он открыл «особый московский путь», который на глазах превращается в третий путь для России. Суть его – в «административизации» коммерческого сектора и коммерциализации сектора административного. Эта формула принадлежит замдиректору Института экономики переходного периода Алексею Улюкаеву, полному идейному антиподу Евтушенкова и яростному апологету «рыночного фундаментализма», по определению Джорджа Сороса. Можно даже сказать, что у Евтушенкова появился союзник в лице общепризнанного мирового игрока и филантропа, который вдруг в своей книге «Кризис мирового капитализма» выступает против системы рыночной прямолинейности. За Евтушенковым проглядывается другая система... А нам остается только смириться, ждать и смотреть, решат ли олигархи второй волны самую главную проблему – проблему эффективности экономики, ради которой Россия свернула со своего социалистического пути. За «Системой» стоит новая модификация российского капитализма начала следующего тысячелетия. Насколько она эффективна – Бог знает, сомнений множество. Может, за олигархами второй волны уже в начале следующего века придут третьи. А может быть, наступят времена, когда тон российской жизни будут задавать не отвязанные или привязанные к власти олигархи, а малый и средний бизнес.