Оригинал материала
Бес терапии
Смерть Жана Сагадеева, одного из лидеров музыки хеви-метал: трагедия и повод задуматься о судьбах жанра Жана Сагадеева не стало в ночь с 3 на 4 июня. Его группу "Электросудорожная терапия", или сокращенно "Э.С.Т.", принято было относить к жанру хеви-метал - стилю, в нашей стране когда-то весьма популярному, но сейчас почти забытому. Вся ирония заключалась в том, что на деле группа Сагадеева с ее юмором, бесшабашностью и драйвом была куда ближе к шквально-штормовой эстетике британских рок-н-ролльных хулиганов из Motorhead, чем к филигранно-утяжеленным классикам жанра Iron Maiden. Как и почти все российские группы жесткого жанра, "Э.С.Т" возникла на осколках школьного ВИА «Жан Гернеза» (название появилось из компиляции имен одноклассников Жана Сагадеева и Андрея Гернеза) - ансамбля из московской 332-й школы, затерявшейся среди блочных девятиэтажек одного из многочисленных московских "бронксов" - района Бибирево. Рядом - Свиблово и Южное Медведково, районы, которые в середине 80-х не только считались лидерами в области молодежной преступности, но и были центром "металлического" движения. Здесь обитали (и по сию пору обитают) любители музыки хеви-метал, групп "Коррозия металла", "Э.С.Т", "Мафия" - тогдашних лидеров нового для СССР стиля.
| Как это было Жана Сагадеева обнаружила в его квартире на улице Ремизова супруга. Вместе они давно не жили, хотя продолжали поддерживать отношения. Жила она на соседней улице и изредка заходила к мужу. В очередной раз она решила его проведать в четверг. Женщина пришла в 01.30, открыла дверь своим ключом. Музыкант сидел на полу в комнате с петлей от телевизионного кабеля на шее, который был привязан к ручке двери. Жена позвонила в милицию. Как сообщила корреспонденту «Газеты» пресс-секретарь УВД ЮЗАО Марина Молокова, никакой предсмертной записки в квартире не нашли. По факту смерти Сагадеева Зюзинская межрайонная прокуратура Москвы проводит проверку, по результатам которой будет принято решение о возбуждении уголовного дела. РУСТАМ ТАКТАШЕВ |
Первый альбом группы, название которой было вдохновлено романом Кена Кизи "Пролетая над гнездом кукушки", получил непроизвольно верное экспортное название "Russian Vodka", а спродюсировал его Валерий Гаина, лидер популярного некогда ВИА (а затем и рок-группы) «Круиз». Песни с той записи (и появившиеся чуть позже) - «Батько, пожалей коней», «Десять веселых лет», «Сука», «Проклятая Алиса», «Запомни, Катюша», «30 ХГСА» и «Спокойной ночи, Брайтон-Бич» - были и остаются не очень большим золотым фондом группы. Небольшим потому, что, если серьезно, кроме первого официального альбома "Э.С.Т" «Проба пера» и последовавшей за ней, пожалуй, самой яркой в истории российской тяжелой музыки концертной пластинки «Э.C.T. в Тушино» c записью легендарного фестиваля 1991 года, где Жан со товарищи играли перед аудиторией в 800 тыс. человек в одной упряжке с Metallica и AС/DC, убедительных гастролей по Европе да клипа с участием прекрасной модели агентства Red Stars Полины Ташевой (снятого на почти попсовую, но очень красивую балладу "Нет, слышишь, нет" - за нее в группу презрительно плевала упертая хеви-метал-общественность), больше у них ничего и не было.
Забитые залы на рок-концертах постепенно уступали места скромным клубам, тиражи следующих дисков были, мягко говоря, несоизмеримы с тиражом винилового, как тогда говорили, "гиганта" "Проба пера", за одно лето 1991 года разошедшегося тиражом 200 тыс. экземпляров. Да и новые хиты не шли в сравнение со старыми, а сам жанр неумолимо хирел.
Если говорить об отечественной тяжелой музыке вообще, сейчас уже смело можно сказать: ценных команд в жанре было всего три - "Черный обелиск" с харизматичным лидером-басистом Анатолием Крупновым (умершим в 1997 году), "Шах", возглавляемый братьями Антоном и Михаилом Гарсия, и, собственно, "Э.С.Т.", исполнявшими на деле, как они сами считали, не хеви-метал, а вовсе анархо-рок. До сих пор существует смешная группа "Коррозия металла", но это, пожалуй, настолько плохо, что уже даже хорошо. Правда, есть и шумит группа "Ария", но это все-таки немного другая история.
Тяжелый жанр медленно умирал, точнее, трансформировался в новые формы как музыкально, так и в плане пиар-подачи. Кто-то, подобно лидеру культовой группы Judas Priest Робу Хэлфорду, неожиданно признавался в нетрадиционной сексуальной ориентации, кто-то искал новое звучание. Хардкор, индастриал, нью-метал, новые флагманы и имена - Мэрилин Мэнсон, Трент Резнор и Nine Inch Nails, Эл Йоргенсон и его Ministry- все они ковали новую музыку, но с ними героям хеви-метал было не по пути. Впрочем, к этому "Э.С.Т." и не особенно стремились, меняя исключительно состав да чуть-чуть утяжеляя звучание. Как пели их коллеги по московской рок-сцене группа "Крематорий", "были друзья, женщины и вино" - этого хватало. Они ездили по небольшим уездным городам, где песни с легендарной пластинки "Проба пера" еще помнили и знали, были неизменно любимы и востребованы у их друзей из мотоклуба "Ночные волки". Жан писал новые песни и с удовольствием исполнял старые. Обычная судьба для рокера "за 40". Амбициозный, порой жесткий, в чем-то наивный и чем-то похожий на мушкетера, он остался таким до конца. Песни Жана Сагадеева вряд ли впишутся в новую эпоху - их энергия и драйв все равно останутся усладой тех, для кого лица на выставке "Хулиганы 80" и запиленная пластинка не только музыка и эстетика, но и часть молодости, пришедшейся на конец и середину 80-х годов прошлого века. Эпоху немного дикую, но симпатичную.
Маргарита Пушкина, поэтесса, автор текстов песен многих рок-групп:
"Как там и что, мы уже никогда не узнаем"
Слов у меня просто нет, я как пыльным мешком по голове ударенная. На первый взгляд ведь все было нормально: 31 мая у группы был концерт в клубе «Точка», и было, кажется, запланировано выступление в Севастополе на байк-шоу. Поэтому сейчас все в шоке: каких-то видимых причин со стороны основного дела не было. А как там и что, мы уже не узнаем. Есть, конечно, разные версии, я уже почитала на разных сайтах: кто-то пишет, что работалось ему с трудом в последнее время, - а с другой стороны, кому из монстров рока первого поколения сейчас просто работать? С возрастом все труднее писать по альбому в год, даже в два года... Тяжелому жанру на нашей почве всегда было непросто: его не жалуют критики и средства массовой информации, но, увы, в нем ведь мало кто что-то понимает. А по сути, это ведь жанр молодежный, и далеко не все возможности, которыми он обладает, реализованы. Западным музыкантам того же направления живется, в общем, проще, чем нашим, и проблема тут, как ни странно, в консервативности нашего общества. Ортодоксальность его. С одной стороны, мы идем по пути прогресса, а с другой - общество сегодня даже более ортодоксально, чем раньше. Ну и к тому же есть внутренние проблемы. Знаете, если некоторые поклонники тяжелой музыки говорят о смерти профессионализма в самой музыке, то у меня есть теория касательно падения уровня подготовленности самих слушателей. С другой стороны, в области текстов песен мы и впрямь серьезно проигрываем западным коллегам.
Борис Зосимов, экс-глава компаний Biz Enterprizes, PolyGram Russia, MTV Russia:
«Это был наиболее русский артист из всех «тяжелых»
Жан - это один из очень немногих артистов и людей, настолько честных по отношению к своей профессии и к людям, которые им помогали. Я очень любил этого парня и люблю до сих пор, совершенно не могу себе представить, что там могло произойти... Он был для меня больше чем артист - он был просто очень хорошим человеком помимо того, что был талантлив, умен, тактичен невероятно. Тяжело и непонятно все это, но есть артисты, их очень много, а есть люди, и Жан относился прежде всего к последним, и для меня это шок, конечно. Помню, в 1991-м на фестивале «Монстры рока в Тушино» долго выбирал между "Э.С.Т." и Толиком Крупновым, группой «Черный обелиск», но выбрал именно Жана и его группу, потому что это был наиболее русский артист из всех «тяжелых». Я сам любил эту музыку и продолжаю ее любить. Но на Западе жанр не умер, хотя и не занимает такого места, как на рубеже 80--90-х годов, - появляются новые группы, такие как Nickelback, например. А у нас они, к сожалению, все застряли на мотании головой и сильных ударах по гитарам. Вектор развития есть у любого жанра, и тяжелая музыка существует до сих пор, просто ее нужно чуть по-иному играть.
Александр Ф. Скляр, музыкант:
«В нашей стране вдвойне опасно заниматься таким ремеслом»
Мне бесконечно больно было услышать о смерти Жана - с ним мы были давно и очень хорошо знакомы, и ужас заключается в том, что уходят из жизни даже не мои ровесники, а те, кто меня младше... Это показывает, каким опасным делом мы все, рок-н-ролльщики, да и вообще артисты, занимаемся. Я совсем не знаю о том, как он жил в последнее время, но то, что он был очень талантлив и очень ярок, бесспорно. Он был человеком очень неординарным как вокалист и очень преданным нашему делу - группа несмотря ни на что существовала, давала концерты. Наши творческие векторы расходились, но и я, и он занимались рок-н-роллом, просто из-за расхождения в последнее время не пересекались с ним. Но я очень хорошо представляю направление, в котором работал Жан. Когда-то мне казалось, что "Э.С.Т." - российский аналог группы Motorhead. Но вот почему-то так получилось, что кумир Жана, его любимый музыкант Лемми Килмистер, лидер Motorhead, жив и выпускает все новые и новые альбомы, а Жан ушел. Наверное, в нашей стране вдвойне опасно заниматься таким ремеслом. Нужно беречь себя - вот что я хочу сказать тем, кто остался. Берегите себя, ребята!
04.06.2009 / АЛЕКСЕЙ ПЕВЧЕВ, АРТЕМ ЛИПАТОВ Материал опубликован в "Газете" №101 от 05.06.2009г.