Как защитить вещдок

В Госдуму внесен законопроект об обороте арестованного, конфискованного и изъятого имущества Депутаты намерены сократить для граждан риски потери имущества, изъятого в виде вещественных доказательств. Группа единороссов внесла в парламент законопроект, который должен регулировать процедуры изъятия, хранения, оценки и реализации вещественных доказательств по уголовным делам о преступлениях в сфере экономики. Предложенные парламентариями поправки в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы, а также в закон об оценочной деятельности должны обезопасить россиян от произвола милиции и таможенных органов.

Бесправие бизнеса

Как уже сообщала «Газета» 26 февраля, сегодня действующий механизм досудебной конфискации имущества у подозреваемого в совершении уголовного преступления, проводимой в рамках сбора вещественных доказательств, позволяет и милиции, и таможенникам распоряжаться изъятым имуществом по своему усмотрению еще до того, как суд признает, виновен собственник этого имущества или нет.

В этой ситуации не только частные лица, но и бизнес остаются полностью бесправными, а шансов вернуть свое имущество, если обвинения окажутся необоснованными, практически нет.

Подобных прецедентов можно привести немало. Достаточно вспомнить скандально известное дело, связанное с компанией "Евросеть". В связи с подозрением в контрабандном ввозе у компании было изъято около 200 тысяч телефонов рыночной стоимостью около $100 млн. Но, учитывая высокие затраты на их хранение ($500 в день), было принято решение об их реализации и передаче Российскому фонду федерального имущества. В результате телефоны были реализованы по цене от 61 до 190 рублей, что, по экспертным оценкам, ниже их реальной стоимости в среднем в 30 раз.

Как заявлял ранее председатель комитета по экономической политике, предпринимательству и туризму Евгений Федоров, неурегулированность вопросов, касающихся деятельности органов исполнительной власти при изъятии, хранении, оценке и реализации имущества, признанного вещественным доказательством, ставит под сомнение вопрос о соблюдении конституционных прав собственников изъятого имущества, а также создает условия для роста коррупции в данной сфере.

Агрессивность парламентариев

Депутаты решили положить конец существующей порочной практике. По мнению заместителя председателя комитета по экономической политике, предпринимательству и туризму, одного из авторов законопроекта Елены Паниной, больше мириться с ситуацией, когда на вещевых рынках не стесняются продавать конфискованное имущество, нельзя. Учитывая, что сегодня вещдоки изымаются, что называется, на глазок, без детальной описи, депутаты дополнили Уголовно-процессуальный кодекс поправками, которые обязывают уполномоченные органы проводить независимую оценку рыночной стоимости изымаемого имуществ. А передача арестованного, подлежащего реализации, изъятого, конфискованного имущества должна осуществляться только с передачей акта (заверенной копии) об оценке рыночной стоимости передаваемого имущества.

Кроме того, парламентарии предлагают дополнить Уголовный кодекс новым составом преступления - «растратой, отчуждением, сокрытием или незаконной передачей имущества, признанного вещественным доказательством и переданного на ответственное хранение, совершенными лицом, которому это имущество вверено». Предусмотренное наказание - штраф в размере до 80 тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев, либо обязательные работы на срок от 180 до 240 часов, либо арест на срок от трех до шести месяцев, либо лишение свободы на срок до двух лет.

Уголовно-процессуальный кодекс должен пополниться и нормой о том, что только суд вправе принять решение о реализации вещественных доказательств, которые не могут храниться в силу объективных причин (громоздкость, большие партии товаров, скоропортящаяся и быстро морально устаревающая продукция, сопоставимость издержек по хранению со стоимостью товаров).

Депутаты считают необходимым ввести уголовную ответственность оценщика за «использование своих полномочий вопреки задачам своей деятельности и в целях извлечения выгод и преимуществ для себя или других лиц либо нанесения вреда другим лицам, если это деяние причинило существенный вред правам и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества или государства».

В этом случае наказание предусматривает «штраф в размере от 100 тысяч до 300 тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от года до двух лет, либо арест на срок от трех до шести месяцев, либо лишение свободы на срок до трех лет с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет».

Сомнения экспертов

Представители бизнеса оценивают инициативу депутатов по-разному. «Поскольку сегодня в этой ситуации предприниматели совершенно не защищены от действий милиции и таможенных органов, то даже сомневаться в своевременности таких мер не приходится», - полагает эксперт «Деловой России» Андрей Неведеев.

По мнению эксперта "ОПОРЫ России" Александра Баркова, все понимают, что ситуацию необходимо исправлять. "Главный вопрос - как. Предложенные изменения не укладываются в действующую систему законодательства, некоторые из них являются спорными, и все они требуют существенной доработки. "ОПОРА России" направила свои предложения по совершенствованию данного законопроекта и продолжает работу в этом направлении", - заявил Александр Барков.

Конфискат на продажу

Случаев изъятия недоброкачественной продукции известно много. Правоохранительные органы регулярно конфискуют контрафактные диски, запрещенное к продаже в России вино, минеральную воду, сотовые телефоны и т.д. Подобные товары вывозятся на склады временного хранения, после чего подлежат уничтожению. Но известны случаи, когда конфискат вновь попадал в торговую сеть. Самый громкий скандал разразился в прошлом году. Речь шла о мобильных телефонах Motorola C 115, изъятых у компании "Евросеть". Из 167 тысяч трубок ФГУП "Центр информационных технологий и систем органов исполнительной власти" 50 тысяч признал вредными для здоровья. В апреле была проведена показательная акция по их уничтожению. Но вскоре прокуратура возбудила уголовное дело, заподозрив, что 30 тысяч "опасных" телефонов были проданы по бросовым ценам. Известны и другие случаи. В октябре прошлого года сотрудники московского УБОП задержали двух предпринимателей, которые сумели похитить со склада на Алтуфьевском шоссе 50 тысяч литров конфискованного молдавского вина, которое было признано опасным для здоровья и подлежало уничтожению. А в Новороссийске было возбуждено уголовное дело против старшего оперуполномоченного ОБЭП, продавшего 29 тысяч бутылок с водкой и коньяком, которые конфисковали у местной предпринимательницы, занимавшейся подпольным производством алкоголя.

Вы сталкивались с конфискацией товара и что стало с этим конфискатом?

Евгений Чичваркин / председатель совета директоров компании «Евросеть»

Мы знаем только об официально уничтоженной небольшой части телефонов и о возврате нам «Моторолы» - и ни о чем другом. Насколько я понимаю, резолюция на нашем письме была лично от Владимира Владимировича: «Устранить почву для произвола!» Видимо, Госдума, хотя и с опозданием, исполняет ее.

Андрей Ткемаладзе / генеральный директор ООО «Коллекция вин»

А мы знаем, чем все заканчивается, и особенно это почему-то касается алкоголя. Какие-то шмотки, может, кто-то и вернет, потому что их не съешь и не выпьешь. А алкоголь все равно обязательно выпьют, и потом его уже никогда не найдешь!

Никто и никогда не будет ругаться с таможней и уж тем более задавать дурацкие вопросы, типа «Кто это выпил?». Это не принято. Наверное, все-таки лучше не отдавать товар в конфискат, а решать проблемы по мере их возникновения на месте. Ведь как только товар потеряется из виду, ты его можешь уже не найти.

Однажды я получал из-за границы груз, который был погружен в 10 вагонов, и совершенно случайно потерял над ним контроль. Потом я полгода эти вагоны по всей России собирал - несмотря на то что все они шли по одному адресу, после границы их вдруг направили совершенно в разные места. Вагоны эти будто жили своей собственной жизнью. Правда, это было в 1993 году, когда у нас была легкая неразбериха, но, помню, вместе с РЖД мне пришлось их долго ловить.

С тех пор у меня появилась четкая установка: никогда нельзя ничего терять из виду. Пока видишь - у тебя есть шанс задержать отправку вагона. Тем более и с силовыми структурами всегда найдутся методы общения, но словами и в газете об этом не скажешь. Любой вопрос всегда на месте решается быстрее и лучше, чем когда уже создано много документов о каком-то деянии.

Борис Титов / председатель общероссийской общественной организации "Деловая Россия"

Знаю случаи, когда официально оформленный по всем нормативам конфискат обнаруживали на одном из рынков, где его продавали за очень маленькие деньги, подрывая даже ценовые параметры этого конкретного рынка. Правда, в последнее время за исключением случая с «Евросетью» я о подобных историях не слышал.

Алексей Костюченко / предприниматель, Барнаул

Как-то в очередной раз пришли проверяющие (это Железнодорожный район, и я их всех знаю) и сказали: «Есть подозрение, что некоторые телефоны, которыми ты торгуешь, были похищены. Мы их за ночь по базе данных проверим, а ты утром, как обычно, заберешь».

Честно говоря, я не хотел отдавать телефоны, но вспомнил случай, когда их у меня насильно забрали, да еще и выписали штраф за сопротивление сотрудникам милиции, и решил подчиниться. Все официально оформили, причем я позвонил в милицию, где мне подтвердили законность проверки.

Прихожу утром - с меня требуют договор аренды и документы о предпринимательской деятельности (мне показалось, время тянули). Думаю, ладно, все привезу. Возвращаюсь к ним и спрашиваю опять про свои телефоны. Извини, говорят, девушка приехала - мы ей и отдали. Как так, спрашиваю, у меня же протокол изъятия на руках, и отдать их могли только по нему? А эта девушка - моя конкурентка - сказала: «Будешь возмущаться - вообще отдела лишишься!»

Я год жаловался начальнику милиции, писал заявления в УВД Барнаула, Алтайского края, уполномоченному по правам человека - никакого толку. В милиции еще сказали, что их сотрудники не являются материально ответственными. То говорили: «Подавайте в суд на Минфин», то предлагали "по-мужски" поговорить. А потом со мной и договор аренды расторгли. Теперь эта девушка и мой павильон в торговом центре забрала.

20.03.2007 / МАРИНА СОКОЛОВСКАЯ , опрос подготовил АЛЕКСАНДР САРГИН Материал опубликован в "Газете" №50 от 21.03.2007г.