Невская битва

Акции оппозиции в Санкт-Петербурге переросли в уличные сражения 3 марта в Санкт-Петербурге состоялся "Марш несогласных", организованный оппозиционным движением «Другая Россия». Около 8 тысяч демонстрантов вступили в жесткое противостояние с отрядами спецназа. Во время шествия к Смольному оппозиционеры прорвали семь кордонов оцепления. Десятки манифестантов были избиты и задержаны.

Накануне марша в Петербурге единороссам заткнули рты. Чья-то заботливая рука залепила рекламные портреты тех, кто стал лицом партии власти - певцов, спортсменов, политиков. Листовки ершистого содержания - «Голосуя за нас, потеряешь все!», «Терпи беспредел или приходи на "Марш несогласных"!" - призывали горожан принять участие в несанкционированной акции.

Диспозиция сторон

Как уже писала «Газета», администрация Санкт-Петербурга под предлогом того, что шествие помешает движению транспорта, разрешила провести только митинг у Финляндского вокзала.

Но постоянными напоминаниями о том, что ходить на митинги оппозиции - дело сомнительное, власть сама разожгла интерес к акции.

Дальние подступы к концертному залу «Октябрьский», где в субботу с 11 утра начали собираться манифестанты, были плотно забиты спецтехникой ОМОНа. На Лиговском проспекте через каждые 50 метров стояли усиленные наряды милиции. В переулках выстроились «воронки» и мощные «Уралы». Патрули бдительно наблюдали за всеми, кто направлялся в сторону «Октябрьского», а нас, корреспондентов «Газеты», после проверки документов тщательно проинструктировали, что на митинге делать можно и чего нельзя.

Но устными внушениями дело не ограничилось. Сначала милиция арестовала и отправила в околоток лидера нацболов Эдуарда Лимонова и 30 его сторонников. Затем, уже по ходу акции, задержали лидеров «Авангарда красной молодежи» (АКМ) Сергея Удальцова, петербургского «Яблока» Максима Резника, петербургского "Объединенного гражданского фронта" (ОГФ) Ольгу Курносову. Руководящую и направляющую силу ОГФ - Гарри Каспарова - милиция не тронула.

Первая атака

Тем не менее поначалу ничто не предвещало бури. Несколько десятков старушек, зажатые перед концертным залом в тесном коридоре трехметрового ограждения, заявляли о своих правах в пустоту. Зеваки на другой стороне Лиговского проспекта молча наблюдали за происходящим.

Однако митингующих постепенно прибывало, и наконец толпа достигла критической массы. Демонстранты пришли в ярость, когда из милицейского мегафона полился поток напоминаний о том, что митинг запрещен. Несколько человек разметали железные перегородки и вырвались на проспект, за ними хлынули остальные. Омоновцы пустили в ход дубинки, но это ни к чему не привело. Колонна оппозиции под разноцветными флагами двинулась к площади Восстания.

В первые минуты марша показалось, что это не протест, организованный чьей-то сильной рукой, а начало знаменитого русского бунта. Ведь вожаков не было - одних уже арестовали, другие еще не подъехали.

Пройдя метров 600, колонна натолкнулась на первый кордон спецназа. Стремительным ударом колонна рассекла ограждения и тут же попала в окружение милиции. Внутри колец окружения организовались митинги.

Выход на площадь Восстания в двух десятках метров оказался наглухо перекрыт машинами. Тогда манифестанты применили тактику «ползучей революции»: где поодиночке, а где и небольшими группками плавно перетекли за «линию фронта» и снова начали митинговать. Милиции пришлось перекрыть главную магистраль Петербурга - Невский проспект. Однако ни огромные армейские «Хаммеры», ни дубинки спецназа уже не могли остановить прорыв. Прорвав и это препятствие, колонна рванулась в сторону Смольного, скандируя: «Нам нужна другая Россия!», «Это наш город!». Окна домов были густо усеяны любопытными, а городской транспорт пугливо прижимался к обочине. Ситуация грозила выйти из-под контроля ОМОНа - несколько попыток помешать движению колонны окончились ничем. Это лишь раззадоривало многотысячное шествие.

Вторая атака

«Пятый, семнадцатый, седьмой!» - скандировали манифестанты, имея в виду революционные годы. «Кто с флагами, проходите вперед. Женщины и дети - внутрь колонны», - доносились из мегафонов команды.

Тем временем колонна достигла "Пассажа". Здесь тоже ждал кордон. «Уходить влево и вправо! Сбор на Гостином дворе». Но маневр сразу не удался, так как ОМОН решительно обрушился на толпу. Завязалась нешуточное сражение - все били друг друга без разбора, общее преимущество было, естественно, за милицией. Мимо меня пробежал сержант с оторванной лычкой, а стоявшая рядом старушка ахнула: «Досталось солдатикам на орехи!» Несколько молодых людей с символикой нацболов мгновенно сгруппировались, образовали подобие клина, и с наскока разорвали плотный строй спецназа. Сразу видно, что опытные ребята. В образовавшуюся брешь устремился людской поток, неумолимо подхвативший и меня, замелькали флаги, полетели во все стороны сломанные древки - в общем, "смешались в кучу кони, люди". Милиция пыталась применить слезоточивый газ, но демонстранты стремительно проскочили ядовитое облако. «Революция! Революция!» - понеслись яростные крики.

Контрудар

Новый заслон ОМОНа наглухо перекрыл путь к Смольному. Издали люди в касках и черной униформе напоминали немецких рыцарей из фильма «Александр Невский» и, судя по всему, были готовы умереть сами или поубивать всех демонстрантов. Чтобы не доводить до греха, лидеры оппозиции взобрались на высокие ступеньки бывшей городской думы и начали последний митинг. Секретарь президиума Российского народно-демократического союза (РНДС) Константин Мерзликин и депутат заксобрания Санкт-Петербурга Сергей Гуляев произнесли патетическую речь, чем сильно разозлили спецназовцев, и те грубо стащили ораторов с трибуны. Однако оппозиционеры тут же попытались отбить своих. В результате ожесточенной драки омоновцы все-таки победили и утащили в машину "пленного" - депутата Гуляева. Было видно, как здоровенный детина взял его в удушающий захват. Толпа загудела, как растревоженный улей.

Ток нервной дрожи еще долгое время волнами пробегал по толпе, но по всему было видно, что арест руководителей сбил боевой настрой протестантов. Народ медленно расходился под окрики и тычки милиционеров, которые вновь чувствовали себя хозяевами положения и отыгрывались за минуты страха.

Через полчаса город уже жил обычной жизнью.

Пятнадцать суток для "несогласных"

В ходе марша были задержаны, по данным пресс-службы ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области, 113 человек. Пять человек приговорены к 15 суткам ареста: трое - за перекрытие Невского проспекта, а охранники Эдуарда Лимонова Дмитрий Корюнов и Николай Медведев - за организацию беспорядков. Остальные отделались штрафами.

Среди задержанных оказались спецкор «Новой газеты» Илья Васюнин и корреспондент газеты «Невское время» Илья Снопченко. По сведениям «Газеты», от действий милиции пострадали двое сотрудников представительства «Комсомольской правды» (фотографа ударили дубинкой по спине, корреспондента стукнули по голове, но уже рукой).

Депутат петербургского заксобрания Сергей Гуляев, который также был задержан ОМОНом, сообщил вчера «Газете», что намерен подать иск в суд к милиционерам. По словам депутата, он обратился по поводу нанесения ему побоев в Елизаветинскую больницу, где врачи зафиксировали у него "ряд гематом по всему телу, а также ушибы в позвоночной и грудной областях".

04.03.2007 / АЛЕКСАНДР СИДЯЧКО, АРТЕМ КОСТЮКОВСКИЙ / САНКТ-ПЕТЕРБУРГ Материал опубликован в "Газете" №39 от 05.03.2007г.