Это не фантастика, сынок

«451 по Фаренгейту» в театре Et Cetera Свой 15-й день рождения московский театр Et Сetera под управлением Александра Калягина задумал отметить не просто премьерой, а очень серьезной премьерой. Повесть Рэя Брэдбери «451 градус по Фаренгейту» стала для постановщика Адольфа Шапиро не очередной инсценировкой классической книги, а программным высказыванием обо всем, что наболело. Получилось что-то вроде персонального бунта известного режиссера против массовой культуры.

Фантастическая книжка Брэдбери написана больше чем полвека тому назад, и ее персонажи живут в счастливом завтра. Для того чтобы всеобщему счастью людей в этой антиутопической стране никто не препятствовал, и существуют доблестные пожарники. Все дома в эту пору прекрасную уже давным-давно стали несгораемыми, и потому в долг этим героическим людям вменено не тушить пожары, а, наоборот, разжигать их. Попросту говоря, они выполняют завет дальновидного Павла Афанасьевича Фамусова «собрать все книги бы да сжечь», а на их эффектной форме написано: «451» (это температура, при которой горит бумага).

Адольф Шапиро, по-видимому, сразу решил, что фантастика - это не по его части, и вместо этого замыслил спектакль-диагноз. «451 по Фаренгейту» - это не о каком-то там обществе будущего, а о нас с вами. Никакое не предостережение, а сбывшийся прогноз. Для того чтобы приладить фантастическую книжку к своему обличительному замыслу, режиссеру мало что пришлось изменить в тексте. Ну разве что актуализировать названия телепередач, которые атакуют героев буквально со всех стенок. Отрывки из мыльных сериалов сменяются музыкальной заставкой к игре «Как стать миллионером?», дамы щебечут про душку-президента, а над страной уже летают бомбардировщики: война на носу.

«Или мы их, или они нас!» - вот что захотел, срываясь чуть ли не на мальчишеский фальцет, выкрикнуть в зал режиссер Шапиро. Они - это милиция, зубная паста «Колгейт» и «Поле чудес», мы - это Ахматова с Бродским и прочее книжное воинство, мобилизованное режиссером Шапиро на священную битву со всепроникающим злом. Свою гвардию, на сторону которой он призывает встать зал и чуть ли не сейчас, сразу после спектакля идти штурмовать «Останкино», он называет пилигримами. Теми самыми пилигримами Иосифа Бродского, что идут «мимо ристалищ и капищ, мимо храмов и баров, мимо шикарных кладбищ». Покинув блудливый Вавилон, они в повести Брэдбери живут где-то за городом, удерживая в своей бесконечной памяти тысячи и тысячи книжных страниц. В этом откровенно манихейском спектакле между силами добра и зла мечется пожарник Монтэг, которого сыграл эстонский актер и режиссер Эльмо Нюганен. Представитель сил зла брандмейстер Битти (Виктор Вержбицкий) смахивает здесь на ушлого гэбэшника. Светлое воинство представляет профессор Фабер (Сергей Дрейден) - старый мудрый еврей, опасающийся за свою жизнь.

На юбилей к Et Cetera пришли многие, в том числе и Юрий Петрович Любимов. Именно о легендарных постановках Таганки 1970-1980-х годов не раз вспоминалось во время этого представления. Не побоявшись быть старомодным, Адольф Шапиро замыслил свой «451 по Фаренгейту» как спектакль прямого действия. Но бунт не получился: то ли время не то, то ли дидактики в этом призыве к восстанию оказалось многовато.

26.12.2007 / ГЛЕБ СИТКОВСКИЙ Материал опубликован в "Газете" №244 от 27.12.2007г.