"Именно теперь время фотографировать"

В Москве проходит выставка фоторабот победителей одного из самых престижных конкурсов фотожурналистики в мире – World Press Photo 2009. Победитель конкурса, автор «фотографии года» Энтони Суо рассказал корреспонденту GZT.RU как получаются его невероятные фотографии.

Фонд "Объективная реальность" организатор выставки World Press Photo 2009 помог представить зрителям фотографии 62 победителей 27 стран мира. На них запечатлены горячие точки, спортивные достижения и обычная жизнь обычных людей. Эти снимки подтверждают, что этот мир, чтобы в нем не происходило – прекрасен.

Лауреатом первой премии этого года – «Фотография года» – назван американский фотограф Энтони Суо, во второй раз удостоившийся высшей награды WPP. На черно-белой фотографии вооруженный офицер полицейского управления округа Кайахога, штат Огайо, движется по жилому дому, подлежащему выселению и продаже на основании невыплат по ипотечной ссуде. Он поделился с GZT.RU своими мыслями и впечатлениями о России.

Энтони, вы разделяете мнение, что хорошая фотография получается, когда у того, кто снимает, происходит некая душевная работа? Фотография должна идти из души?

Думаю, что да – по-моему, вы все точно сформулировали. Лично я уверен: необходима страстная увлеченность, одержимость этим делом. Именно в результате такой увлеченности, возможно, и получаются лучшие фотографии.

За этот снимок Энтони Суо получил премию "фотография года" на конкурсе World Press Photo 2009

Биография Энтони Суо

Энтони Суо (Anthony Suau) родился в Пеории, штат Иллинойс, в 1956 году и окончил Технологический Институт Рочестера в 1979 году.

В 1979-1985-х состоял штатным фотографом в Chicago Sun-Times и Denver Post. В 1984 году получил Пулитцеровскую премию за фотографии, отображающие голод в Эфиопии.

В 1985-м переехал в Нью-Йорк и начал сотрудничать с фотоагентством Black Star, которым руководил Говард Чапник (Howard Chapnick). В том же году Международный Центр Фотографии (ICP) отметил его премией «Выдающийся фотограф моложе тридцати». За одну из своих работ 1987 года ему была присуждена премия «Журнальный фотограф года» конкурса «Фотографии Года» NPPA (Национальной ассоциации фотографов), а в 1988-ом он был награжден премией «Фотография года» на конкурсе World Press Photo за снимок из Южной Кореи.

В 1991-м Суо становится контрактным фоторепортером журнала TIME...

Читать биографию Энтони Суо полностью...

Откуда эта душа, по вашему, берется? Где ее взять? Это врожденное?

Если у вас это есть, это можно взращивать и развивать. Но задатки, я думаю, всегда врожденные, генетические. У разных людей все по-разному. Одни обретают хорошую визуальную хватку без посторонней помощи, других нужно воспитывать и образовывать. Но в любом случае что-то врожденное должно быть. Сейчас считается, особенно в США, что любой, у кого есть камера или мобильный – уже фотограф. На ресурсах вроде The New York Times вывешиваются чьи угодно картинки – увидеть там свой снимок может любой человек с камерой. Но большинство этих фотографий никуда не годятся. Музыкантом, например, просто так не станешь – нужны все-таки определенные способности. Думаю, что с фотографами дело обстоит так же.

В фотографии важна техническая сторона, знакомство с которой не может быть врожденным. Как вы думаете, возможны ли в этом искусстве случаи ярко выраженной гениальности, когда человека вообще не нужно ничему учить?

Думаю, что возможны. Технические навыки всегда можно приобрести, в отличие от многого из того, что не относится к сфере технологий.

Что вы думаете о положении российской фотографии как направления в искусстве? О российской репортажной съемке?

У русской фотографии великая история – думаю, она обязательно должна быть известна каждому специалисту. В мировой фотографии это один из лучших примеров, он достоин подражания. Валерий Щеколдин, Владимир Семин, Евгений Халдей, с которым я успел познакомиться, когда работал в России – творчество этих фотографов стоит знать всем, это большие мастера. Они сильно на меня повлияли. Сейчас некоторые российские фотографы подвержены влиянию не самой лучшей эстетики, идущей с Запада, они перенимают чисто коммерческие тенденции. Но я надеюсь, что русские будут неизменно ценить свое, ведь они обладают поистине удивительным взглядом. Хотел бы верить, что русская фотография не потеряется в мире коммерции, не будет испорчена чрезмерной тягой к деньгам, и великие традиции будут продолжены.

Но ведь от коммерциализации никуда не денешься – людям нужно зарабатывать.

Да, это вечная дилемма, с которой сталкиваются все фотографы и я в том числе. На определенные компромиссы, возможно, надо идти. Но тут есть вот какая любопытная вещь: чем больше вы придерживаетесь вашего собственного взгляда, тем больше у вас шансов добиться коммерческого успеха. По-моему, это так, хотя поначалу это порой бывает не столь очевидно.

Вам, конечно, доводилось бывать на выставках российских фотографов? Можете назвать какого-нибудь фотографа, чью выставку вы смотрели, что вам на ней понравилось?

Я тесно сотрудничаю с директором Московского Дома фотографии Ольгой Свибловой. И хотя я не бывал в России последние пять лет и не видел многих московских выставок, я знаю, что здесь работают Семин, Щеколдин, Игорь Мухин… Еще я дружу с замечательным фотографом Глебом Косоруковым. Все они – авторы совершенно экстраординарных проектов, выставок и книг.

Снимок, который стал фотографией года, он ведь был частью самой обычной съемки?

Да, когда следствием кризиса стало выселение людей из их домов, я поехал в Огайо, чтобы увидеть это воочию. Потому, что там последствия кризиса были особенно велики. Мне удалось увидеть многое. Но в тот день мы пошли с шерифом в дом, откуда выселили всех. Шериф должен был проверить, не осталось ли в покинутых квартирах оружия. Я снял его как раз в момент обыска. Но никакой чрезвычайной ситуации там не было. Я никогда не думал, что этот снимок станет фотографией года .

Чего по вашему не может фотография?

Фотография не может заставить людей отказаться от войны, и это очень печально. Кажется, многие в свое время надеялись, что работы военных фотографов изменят ситуацию, помогут удержать человечество от войн, но, к сожалению, фотография не оказала в этом плане никакого действия. Это – одно из самых больших разочарований.

А лично вы чего не можете, но очень стремитесь?

Мне удалось сделать очень многое из того, что я хотел. Моя карьера сложилась удачно. Здорово, когда твои работы видит множество людей во всем мире. Ныне в моей области возникает все больше проблем с финансированием, США терпят крах из-за экономического кризиса. Изыскивать подходящие способы работы становится все труднее. Я не испытываю особых проблем, но у многих они есть. Однако именно теперь самое время фотографировать – столько всего происходит, особенно в Америке. Время сейчас бросает нам больше вызовов, чем когда-либо раньше.

Вы пять лет прожили в России. Что среди российских реалий кажется вам самым неприятным?

На самом деле я провел в России даже не пять, а десять лет. Мои отношения с Россией были отношениями любви-ненависти, для меня это действительно было такое место, которое любишь и ненавидишь одновременно. Этим-то Россия меня и привлекает. Конечно, грубость, особенно в Москве, иногда немного обескураживает, но она компенсируется тем радушием, которое проявляют русские, когда знакомишься с ними ближе. Мои русские друзья не похожи ни на каких других, это совершенно особая история, особый тип дружбы. Это на всю жизнь. Друг в России – это не тот, с кем ты общаешься несколько дней или несколько месяцев. Это человек, с которым можно даже поссориться, но невозможно расстаться.