Наше дело — темная сторона

"Звездные войны" в Каннах На мировой премьере «Звездных войн» зал был переполнен до отказа еще за полчаса до официального начала сеанса. На входе обычно непробиваемый охранник, проверяя мою аккредитацию, прочувствованно шепнул: «Да пребудет с вами Сила, месье».

На красных ступенях зала 'Люмьер' публику встречали имперские штурмовики в белом и с автоматами. Оркестр играл знакомые темы Джона Уильямса, однако слышнее были транслируемые на всю набережную Круазетт звуки дыхания Дарта Вейдера. Когда погас свет и начался фильм, зрители не смогли удержаться от аплодисментов ни при звуке литавр на начальных титрах («Давным-давно, в одной далекой галактике...»), ни при виде черного шлема темного лорда Дарта Вейдера. В финале после еще одной овации, благосклонно принятой съемочной группой, можно было наблюдать трогательную картину: один из штурмовиков аккуратно протирал желтой тряпочкой - такие и в российских магазинах продаются - тот самый шлем, напяленный на еще одного горе-актера.

То, что «Звездные войны» невозможно и противопоказано судить по законам «нормального» кино, известно давно. Самое простое и общепринятое объяснение: «При чем тут логика и здравый смысл, это же сказка». В III/VI эпизоде «Месть ситхов» сказочный концепт заметно пошатнулся. Впрочем, это было запланировано: Анакин Скайуокер обречен на превращение в Дарта Вейдера, многие джедаи - на гибель, а Республика - на превращение в тоталитарную Империю. А значит, сказочной утешительности и хеппи-энда не будет. Мрачные сказки нынешней публике привычны; в тех же Каннах накануне представляли 20-минутную нарезку из «Братьев Гримм» Терри Гиллиама - зрелище не для слабонервных и уж точно не для детей. На «Месть ситхов» Джордж Лукас советует ходить как минимум всей семьей, чтобы было кому утешать особо чувствительных зрителей (особенно малолетних), приговаривая на ухо: «Ну что ты, это же все не по правде». По правде - та философия, которую Лукас развивает в своих фильмах на протяжении вот уже нескольких десятилетий и которая становится окончательно ясной именно после просмотра «Мести ситхов». Это достаточный мотив сходить на фильм, даже если вы не понимаете и не любите мифологию «Звездных войн».

Подобно своему предшественнику, великому теоретику войны Льву Николаевичу Толстому, особое внимание Лукас уделяет роли личности в истории (считать ли все происходящее на экране историей - другой вопрос, но сказано же там: «давным-давно»!). По последней версии, роль эта ничтожна: не потому ли своим Анакином-Вейдером режиссер сделал одаренного, но на редкость безликого Хайдена Кристенсена, который запросто меняет цвет, переходя со светлой стороны на темную и обратно? Новые персонажи, развлекавшие зрителей двух предыдущих эпизодов, в «Мести ситхов» практически не появляются, и когда на экране мелькает армия Вуки с Чуббакой во главе или ненадолго объявляется колоритный андроид-генерал с плащом на сутулых плечах, все это носит лишь декоративный характер. Куда важнее, как и у Толстого, «мысль народная».

Ничего в истории решить или изменить человек, даже самый могущественный и умный, по Лукасу, не в силах; этот фатализм стократно усиливает превосходное знание будущего всеми зрителями, смотревшими эпизоды IV-VI. Да и как можно что-то менять, если нормальное состояние Вселенной - война? Особенно отчетливо это ощущается, когда провозвестник раздора, лорд ситхов и будущий император, соблазняет Анакина словами о будущем мире и благоденствии. Таким образом, перемирие - лишь видимость, необходимая для перетягивания противника на свою сторону. Разумеется, лишь в том случае, если ты не способен его победить. Наконец становится ясно, какие «звездные войны» имел в виду Лукас в 1977-м, когда начинал сагу (в тех, первых фильмах вроде бы присутствовала лишь одна война повстанцев против Империи). Планетарные войны - нормальное состояние человечества, и они не прекратятся до тех пор, пока не будет окончательно определено, что есть добро и что есть зло. Но если даже Библия не дает однозначный ответ на этот вопрос, то кто такой Лукас, чтобы постулировать нечто большее, нежели невозможность ответа? Противостояние бесконечно, и забавным образом непримиримые противники (Палпатин и Йода, Оби-Ван и Вейдер) после жестоких поединков остаются в живых. Они встретятся вновь, и война продолжится.

Что же касается Силы между темной и светлой сторонами, которой столь успешно балансирует режиссер, очевидно лишь одно: ее секретом Джордж Лукас обладает уже давно и вряд ли с кем-то поделится. Интересно лишь, куда он ее вложит теперь, когда цикл завершен. Быть может, после трилогии приквелов возьмется за трилогию сиквелов, и наконец-то укокошит постаревшего Хана Соло, а заодно Люка и Лею Скайуокер в очередной жестокой баталии. Войны не кончаются, даже в самых далеких галактиках.

16.05.2005 / Антон Долин, Канны