Самый бесправный класс

Начинал в Интернете (polit.ru) и после семи лет работы в газете «Ведомости» в него же вернулся (Slon.ru). Получает удовольствие от удачной попытки рассказать о сложной проблеме понятным языком. Интересный экономический доклад приносит не меньше радости, чем диск с музыкой балканской группы или завоевание города в старых версиях Civilization. Об авторе

Практически любое улучшение условий жизни требует инвестиций. Не обязательно инвестировать деньги. Вложить в какое–либо дело время, навыки, ум, душу – это тоже инвестиции. Но это всегда предпочтение будущего настоящему. Ведь можно вообще ничего никуда не инвестировать, вместо того получив удовольствие прямо сейчас. Но после этого придется вернуться в мир, в котором ничего не изменилось и не улучшилось.

Инвестиции связаны с отказом от более или менее приятных мелких сиюминутных удовольствий. В случае с деньгами это наиболее очевидно: помещая капитал на долгий срок в дело, его владелец не может те же деньги «проесть». Тратя на приоритетное дело время, мы тоже лишаем себя мелких радостей, надеясь, что предпринятые улучшения перекроют эту потерю, повысив удовольствие от жизни в будущем.

Одна только сложность – нужно быть уверенным, что это будущее наступит. Инвестор, неуверенный, что сможет воспользоваться плодами трудов своих, – это уже никакой не инвестор, а старик из притчи, сажающий яблоню. Инвестор в отличие от того старика не просто творит добро. Он улучшает будущее, делая это корыстно, для себя, в расчете на рост капитализации. Поэтому инвестициям очень мешает мысль, что завтра потоп, чума, что до светлого будущего не дожить, а плоды трудов могут быть отняты. Яблоню же посадить можно в любом случае.

Без веры в будущее инвестиции не делаются. Скажем, срок реализации инвестпроекта – два года, а окупаемость – еще пять, и все это время деньги нельзя «вынуть». «Деньги более ликвидны, чем стройка», – заметил на днях предприниматель Евгений Островский, потерявший свой бизнес (топливное обеспечение аэропортов), после того как стал главным кредитором обанкротившегося авиаальянса «Эйрюнион». У него этой веры оказалось, возможно, даже чересчур много – передача госпакета в авиакомпаниях «Ростехнологиям» не привела к погашению долга. А когда предприниматели настроены слишком оптимистично, они делают избыточные инвестиции и накапливают большие долги.

Не стоит удивляться, что предпринимательская активность в России – на стабильно низком уровне. Год назад Россия по уровню активности была последней, а в этом году, по предварительным данным, обойдет ЮАР. Предпринимателями называют себя всего 4–5% населения. И почти треть из них – вынужденные, те, кто иначе не может прокормиться.

Кризис ситуации не исправил. Количество зарегистрированных в стране за январь–сентябрь новых компаний упало по сравнению с прошлым годом более чем вдвое – на 57,2%, с 396,1 до 169,5 тыс., подсчитала Федеральная налоговая служба. Уменьшилась за последние годы и доля респондентов, отмечающих, что их к открытию своего дела побудил опыт знакомых, что они часто видят в СМИ статьи об успешных предпринимателях. Зато увеличилась доля респондентов, считающих, что большинство людей в России предпочло, чтобы у всех в стране был одинаковый уровень жизни.

А с чего бы россиянам стремиться в предприниматели? Это же самый бесправный класс, созданный, по мнению чиновников, разве что для того, чтобы платить им вторую зарплату. Регулирование предпринимательской деятельности никак не соотносится со здравым смыслом.

Вот Минфин – ведомство, чей руководитель слывет за большого либерала (когда дело не касается доходов казны). В октябре «Ведомости» написали, что налоговики требуют от подрядчиков проекта «Сахалин–2», работающего в рамках СРП, платить налог на прибыль по ставке 32%.

Соглашение о разделе продукции – это такой специальный режим, применяемый иностранными инвесторами в странах третьего мира, чьим правительствам они не доверяют. В нем инвесторам гарантируется, что условия их работы не будут ухудшаться. Соглашение по «Сахалину-2» подписывали в 1994 г., и его налоговые условия не должны быть хуже, чем действовавшие в стране на тот момент.

Минфин рассудил, что ставка налога на прибыль в 32% должна применяться в течение всего срока действия проекта. Это, конечно, изощренное издевательство над инвесторами, побоявшимися 15 лет назад инвестировать на общих правилах. Но издевательство, соответствующее букве закона: условия ведь не хуже, чем были 01.01.1994.

Этот пример показывает, что от «понятийного беспредела» у нас не застрахован никто, даже глобальные нефтекомпании. Но от них, по крайней мере, нужны только деньги. Владельцы среднего и малого бизнеса легко могут лишиться и свободы на 10–15 лет. Практически к любой экономической статье следователь может «пристегнуть» обвинение в легализации доходов. А в сочетании с легализацией даже мелкое преступление становится особо тяжким.

Главбухи и руководители иностранных фирм уже много лет просят Россию отменить уголовную ответственность за мелкие налоговые правонарушения. Бесполезно. Это приведет к декриминализации преступности, отвечают силовики.

А как работают суды – известно. Вот недавно Хангалысский райсуд Якутии приговорил к 5 годам в колонии строгого режима Николая Ефремова. Он обвинен в ложном доносе: будучи доставлен на пост ГАИ для оформления протокола, «причинил себе телесные повреждения, неоднократно ударившись о стену стационарного поста». А полученные травмы «использовал как доказательства противоправных действий сотрудника милиции». Дело против милиционера даже не возбудили – только против водителя.

Отношение к тем, кто не может за себя постоять, – предельно циничное. Дорогие часы на руках чиновников – и ужасающее содержание к старикам в доме престарелых в Ямме Псковской области. К чести псковских властей, решение было принято за два дня – в среду директор дома престарелых уволен.

Это тоже про бизнес и инвестиции – такие вот дома престарелых создают климат. Невозможно инвестировать свои деньги, когда власть проводит выборы, которые иначе как издевательством не назовешь. Когда нет национального консенсуса по поводу долгосрочных целей развития. Вернее, инвестировать можно – но ради безопасности чужие средства. Лучше всего взятые в долг (потом звенят много margin calls). Деньги будущих пенсионеров, которым не нужно обеспечивать большой доходности, особенно хорошо вкладывать в автодороги с неясными перспективами. Особенно если средства собрал карманный НПФ. А свои средства – нет. Климат не тот, недружелюбный. Власть считает, что это мы работаем, чтобы ей было хорошо, а не наоборот.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции GZT.RU