Омская аномалия

Три спектакля из Омска на фестивале "Золотая маска" У сибирского города Омска всегда была завидная репутация во всем, что касалось драматического театра. Что ни весна, то в Москве обязательно какой-нибудь спектакль из Омска. Такая регулярность связана с тем, что как раз в эту авитаминозную пору у нас идет фестиваль «Золотая маска», и почти всегда в афишу попадает что-нибудь омское. В этом году Омск побил все собственные рекорды, сравнявшись по количеству выдвинутых на «Золотую маску» спектаклей с таким большим городом, как Санкт-Петербург. Три спектакля – не шутка. Пройдет годик-другой, так они, глядишь, и Москву обставят.

По-нашему, по-российски

Говоря о географических соотношениях в фестивальной афише, следует, впрочем, помнить, что согласно неписаным правилам «Золотой маски» у провинции всегда имеется солидная фора по отношению к столицам. Существует что-то вроде трех лотов под названиями «Москва», «Санкт-Петербург» и «Вся Россия», и каждый из них при формировании фестивальной афиши требуется равномерно насытить энным количеством спектаклей. Тот же принцип действует и при распределении наград – не может жюри, хоть убейся, обидеть ни славный город Петербург, ни тем паче российскую глубинку. Избери «Маска» другой, более гамбургский подход, и она уничтожит самое себя. О каком Национальном театральном фестивале сможет вообще идти речь, если в афише останутся одни москвичи плюс какой-нибудь спектакль из Питера?

Упрекать провинциальные театры в таких диспропорциях было бы глупо: дескать, что-то вы там, ребята, не дотягиваете до столиц, не стараетесь. Выбраться из этой неравноправной для нашего театра ситуации практически невозможно, пока в России коренным образом не изменится социальная ситуация. Просто такая уж у нас держава - большая и неравномерная. Это в европейских странах культура размазана, как повидло, ровным слоем по всей территории, а у нас она непропорциональными комками бугрится.

Вряд ли здесь дело в обветшалой системе репертуарных театров, которую склонна корить моя уважаемая коллега из «Известий» Марина Давыдова, недавно посвятившая нашим театральным диспропорциям специальный газетный текст. Система-то наша, возможно, и архаична, но дело здесь в чем-то ином, более глобальном. Спектакли ростовчанина Кирилла Серебренникова идут сегодня в Москве, а не в Ростове, вовсе не из-за порочности репертуарной системы. Просто на берегах Дона он получил бы за них куда более скромные гонорары. Причина, однако, не только в спонсорских деньгах или во властной поддержке, но и в том, насколько востребован сегодня в провинции хороший театр. Вот, например, Анатолий Васильев – Серебренникову земляк, но лично мне трудно представить, какая публика ходила бы на его экспериментальные спектакли, живи он и по сей день в Ростове.

Омская театральная аномалия своим возникновением, таким образом, обязана не хорошим режиссерам, не сильной труппе, а социальным причинам, в частности омской публике, которая, к счастью, нуждается сегодня именно в таком театре, а не в спектаклях типа «Сюда еще бы пару мужиков». Такой-то публике и «Золотую маску» вручить не грех.

По-нашему, по-гамбургски

Привезенные в этом году на фестиваль три омских спектакля заслуживают уважения уже хотя бы тем, что о них возможно говорить честно, без недомолвок, на время похерив всю политичность и всеми подразумеваемую фору для провинции. Если задаться праздным вопросом: «Попала бы эта работа в программу, поставь ее эксперты на одну доску с московскими и питерскими постановками?» - то выйдет вот что. Относя этот вопрос к спектаклю камерного «Пятого театра» «Чудаки» в постановке Анатолия Праудина, получим ответ: «Нет, ни за что не попал бы и даже в числе возможных кандидатов не рассматривался бы». Что до двух спектаклей Омского театра драмы - «Вишневый сад» и «Фрекен Жюли» в постановке Евгения Марчелли, - то какой-нибудь из них мог бы запросто оказаться в афише «Золотой маски». Это работы хотя и спорные, но вполне конкурентоспособные по отношению к столичным. И актеры там выдвинуты на соискание «Маски» не для галочки, не чтоб провинцию утешить, а оттого что действительно сильны и хороши.

Единственное достоинство спектакля Анатолия Праудина по «Чудакам» Горького заключено в неуловимой субстанции, которую принято определять как «высокая постановочная культура». Справедливости ради поясним, что «Чудаки» (1910) – это одна из самых слабых горьковских пьес, и браться за ее постановку можно было, лишь твердо осмыслив все драматургические недостатки и составив верный рецепт их преодоления.

«Чудаки» - это, если огрублять, не столько пьеса самостоятельного драматурга Максима Горького, сколько Чехов б/у. В тексте масса отсылок и к конкретным деталям чеховских произведений, и к чеховской манере философствования, к его разговорам ни о чем. Люди пьют чай, а в это время рушатся их жизни. Праудин, будучи режиссером профессиональным, сумел точно показать, как люди очень по-чеховски пьют чай, а вот насчет рушащихся жизней – здесь как-то не очень. Пресловутый мхатовский сверчок ни на секунду не хочет унять своего стрекотания, актеры правдиво проживают все мелкие бытовые ситуации, но и сами они почти столь же некрупны, как и сверчок, а потому их пребывание на сцене не вызывает решительно никакого интереса. Порой кажется, что приглуши сейчас звук и убери таким образом все это блеклое «бу-бу-бу», оставив разве что стрекотание сверчка, и спектакль от этого только б выиграл. Да и о каких рушащихся жизнях можно говорить, если все эти «чудаки» мертвы уже с самого начала и режиссеру нечем их гальванизировать? Предложенная Праудиным модель старого доброго театра, если не наполнять ее каждый раз новым содержанием, сама по себе, кстати, тоже не слишком жизнеспособна, все-таки сверчки так долго не живут.

Режиссер Евгений Марчелли, привезший к нам два спектакля Омской драмы, – это Анатолию Праудину полная противоположность. Известный враг общих мест, которому свою страсть к уничтожению сценической рутины надо порой, наоборот, умерять, чтоб не занесло на повороте. Берется ли он за Горького или за Чехова (на прошлых «Золотых масках» мы видели его провокационных «Дачников» и «Трех сестер»), его главная задача – побороть усталость текстов, которые до него в последнее столетие кто только не ставил. Страх зрительской скуки – самый сильный для него страх, и показанный в этот раз «Вишневый сад» можно упрекнуть в чем угодно, но только не в банальности. Засиживаться не дают ни актерам, ни зрителям. Спектакль длится 160 минут, и из них минут 40, считай, уходит под антракты. Три перерыва, четыре, как и предусмотрено Чеховым, акта, каждый из которых при таком раскладе длится минут по тридцать. Учет времени у Марчелли вообще поставлен жестко, а к последней сцене здесь вообще хронометр включат, задающий обратный отсчет оставшимся минутам. «Через 17 минут на станцию ехать», - объявит Лопахин (Михаил Окунев), и тут же щелкнет секундомер. Марчелли демонстрирует честный подход: если ему самому какие-то куски в чеховском тексте окажутся скучны, то он не позволит актеру прожурчать набором пролетающих мимо наших ушей звуков, а обязательно что-нибудь да придумает. Начнет, например, Петя Трофимов (Александр Гончарук) разглагольствовать об идущем вперед человечестве, а Марчелли раз – и поворотный круг запустит, прокатив на этой карусели заскучавших чеховских персонажей. Пустые и ненужные Петины слова несутся то по кругу, то вообще из-за закрытой кулисы («вся Россия – наш сад!»), когда зритель уже было приподнимется для очередной прогулки в фойе.

В спектакле «Фрекен Жюли» Евгений Марчелли тоже выкажет свою безжалостность по части сокращений ненужного ему текста. История Августа Стриндберга о благородной фрекен, отдавшейся собственному лакею, оказалась ему малоинтересна, и потому здесь вычищен почти весь социальный подтекст, а все, что оставлено, - похотливые и безудержные любовные игры. Виталий Кищенко играет здесь скорее не Жана, а Жуана, коварного и умелого обольстителя, и лакейского в нем ни на грош. Прогнозы – штука неблагодарная, но у Кищенко, как и у Марчелли с двумя спектаклями в афише, есть хорошие шансы получить в этом году «Золотую маску». Тем более что российскую провинцию, как вы помните, у нас полагается оценивать по специальным критериям.

10.04.2006 / Глеб Ситковский Материал опубликован в "Газете" №62 от 11.04.2006г.