Дополнительные материалы

Правда, спасибо! Живу в Венгрии, зврнки от родственников и друзьей телефон накалили. Никакой паники здесь нет, службы...

О катастрофе в Венгрии я узнал прежде всего от тещи. Которая туда недавно ездила и которая выделила сообщение о выбросе химических отходов из всей череды новостей по радио.

Алексей Тимошенко

Сейчас ведет раздел "Наука". По образованию физик, который немного занимался нейробиологией памяти и тестированием программы для распознавания рукописного текста

Закончив писать статью про Нобелевскую премию по химии, я стал читать новости о разливе красно-коричневой жидкости вблизи города Айка. И удивился.

Прежде всего – оксид железа очень сложно назвать "химическим отходом". Это не зловонная субстанция, от одного соприкосновения с которой кожа покрывается волдырями и от одного запаха которой замертво падают птицы. Более того, он не ядовит вовсе.

Оксид железа бывает двух типов, и один из них, оксид железа (II) сертифицирован как краситель для косметики в США, где администрация по вопросам продуктов питания и медикаментов, FDA, вообще-то прославилась довольно строгими требованиями. Второй тип, оксид железа III – это, если говорить о его встречаемости в быту, ржавчина – вы слышали об отравлении ржавчиной?

Однако пострадавшие есть, причем даже за вычетом четырех погибших при прорыве дамбы. И это уже никак не тот случай, который можно списать на массовую истерию – подобно той, которой объясняли странные симптомы у рабочих на китайском анилиновом заводе в 2009 году. В чем дело?

Для ответа на этот вопрос сначала ответим на другой – что делали на том предприятии, которому принадлежала злополучная дамба? Короткий поиск информации дает ответ: глинозем, оксид алюминия. Глинозем служит сырьем для алюминиевых заводов и получается из бокситов, алюминиевой руды.

Карл Бауэр, австрийский химик. Разработал процесс очистки глинозема, названный его именем. Примечательно, что делал он это в 1887 году, работая в Санкт-Петербурге, правда не для алюминиевых заводов (которых еще не было), а для текстильных мануфактур. Которые использовали глинозем при отбеливании хлопка.

Боксит – это отчасти тоже глинозем, но именно "отчасти", больше половины в нем приходится на примеси, в числе которых оксиды железа. Чтобы получить чистый глинозем, бокситы растворяют в горячем растворе щелочи (NaOH) и затем отфильтровывают. Образовавшийся в результате реакции с водой и очищенный от примесей гидроксид алюминия уходит дальше, на прокалку при температуре свыше тысячи градусов, после чего он снова становится глиноземом. Но уже чистым, его можно отправлять прямо в печи для электролиза.

С другой стороны фильтров при этом остается жидкая грязь характерного красного цвета. В ней вода, щелочь, оксиды железа и соединения кремния – проще говоря, мелкий песок; именно этот "продукт" надо куда-то девать, ибо образуется его немало. Красная грязь сливается в специальные хранилища, которые со временем высыхают, такие резервуары с отходами горнообогатительного производства называют шламохранилищами.

Прорыв дамбы, ограждающей шламохранилище, стал бы катастрофой даже если внутри была бы чистейшая вода – сотни тысяч кубометров жидкости опасны вне зависимости от ее химического состава. Но так как вода содержала в себе щелочь, затопившая улицы Колонтара (деревни вблизи шламохранилища) жижа оказалась еще и небезопасной при продолжительном контакте с кожей. Щелочь, как известно, вызывает ожоги и не меньше 90 человек уже обратились за медицинской помощью.

Стоит подчеркнуть еще раз – отходы нельзя просто назвать химическими, горнодобывающая промышленность неспроста выделена в отдельную отрасль. И отравиться красной грязью тоже проблематично, поэтому происшествие ничего не говорит об опасности химических комбинатов, о необходимости пересмотреть санитарные нормы на оксид железа или оксид алюминия. Эти вещества как были безопасны, так и остались – ожоги причиняет щелочь, а тонут в потоке грязи из прорвавшейся дамбы.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции GZT.RU